Глава 1067. То, что надо
На какое-то время воцарилось молчание, и окружающие уставились на Бай Сяочуня с очень странными выражениями на лицах. Конечно, все были привычны к хвастовству, но не до такой же степени невероятности описанного… Более того, Бай Сяочунь говорил это так серьёзно, что казался очень убедительным. Потом люди вспомнили о том, как он хвастал, что собирался похитить коварного императора, и тому просто повезло, что этого не произошло. Тут Чэнь Су прочистил горло и сменил тему разговора, начав обсуждать культивацию с Гу Тяньцзюнем. Остальные тоже отвернулись и стали смеяться и болтать между собой. Никто больше не упоминал семена лотоса, очевидно, не желая давать Бай Сяочуню нового повода для хвастовства. От его сказок у них по спине поползли мурашки.
«Стотысячелетний снежный лотос?.. Я думаю, что ему повезло, что его не сорвали за всё это время!»
«Уничтожающие небеса и разрушающие землю духовные хвостатые куры?.. Хвастать — это нормально, но почему он при этом настолько серьёзен? А имя у кур действительно громкое! Если бы это было правдой, то, если бы у них были небесные карпы, они получили бы название непревзойдённые подзвёздным небом неуязвимые в царстве бессмертных небесные карпы! Но самое ужасное — это пятьсоттысячелетние бессмертные перчики. Чёрт побери! Я никогда не слышал ни о чём, что было бы пятьсоттысячелетним».
Так все про себя ругались, но при этом лишь молча игнорировали Бай Сяочуня, что его полностью устраивало. Гордо оглядев толпу, он хмыкнул про себя. Хотя он и не считал себя законченным хвастуном, но если его спровоцировать, то он мог начать хвастать так, что никто в Вечных Землях не смог бы с ним соперничать.
Всё больше культиваторов приходили на банкет, среди них и префект Морская Глубина. Хотя префект Морская Глубина страстно ненавидел Бай Сяочуня, но он улыбнулся ему и вежливо поздоровался. Другие люди, которым Бай Сяочунь в своё время дарил небесных карпов, тоже подходили к нему, чтобы переброситься парой слов.
Они презирали его, относясь с предубеждением, и их улыбки не могли до конца скрыть их истинных чувств. Однако учитывая, сколько времени Бай Сяочунь успел провести в городе Святого Императора, он уже привык к этому. На самом деле, если бы вдруг они стали вести себя как-то иначе, он бы забеспокоился. И так как он уже ко всему привык, он тоже натянул на лицо улыбку и доброжелательно вступил в беседу, пользуясь любой малейшей возможностью прихвастнуть.
Вскоре большинство мест было занято, и снова зазвучали колокола. Все притихли, и вошёл святой император. Он тепло улыбнулся, и все поднялись на ноги, чтобы поприветствовать его поклоном. Когда он занял почётное место, он посмотрел на собравшихся и даже кивнул Бай Сяочуню.
— Садитесь, господа. Сегодня у нас лотосовый банкет, на котором многим из вас я подарю семена лотоса.
— Спасибо, Ваше Величество! — в один голос ответили собравшиеся и сели. Бай Сяочунь тоже сел, потом он огляделся и с нетерпением посмотрел на императора, ожидая, когда начнётся раздача наград.