Глава 167

В этот день Виктор наконец-то стал драконьим всадником.

Конечно, это не то, о чём могли подумать извращенцы. Он просто летел на спине огромного дракона. Это было опасно. Если бы не его сила, он бы не смог удержаться на спине дракона, когда она летела сквозь свистящий ветер, и разбился бы насмерть.

«Чёрт возьми, без поводьев и седла стать драконьим всадником — это всего лишь фантазия. Только если дракон не будет размером со страуса или жирафа, которого можно схватить одной рукой».

Пока он летел, он подсчитал свою прибыль. Прежде всего, очки души. Древний Леший дал ему около двух тысяч очков души, а тысячи призванных им лесных зверей добавили ещё две тысячи. За один полёт он получил около четырёх тысяч очков души. Это как полмесяца упорного труда. Его общая сумма очков души выросла до восьми тысяч.

«Надо брать больше заданий у богинь. Это и благое дело, и награда. И, конечно, возможность полакомиться богиней».

Помимо очков души, Виктор получил сердце Лешего и несколько похожих на лозы корней, которые, казалось, содержали в себе магию Хаоса. Он не знал, для чего они, но был уверен, что чародейки смогут сделать из них что-то полезное. Он уже решил, кому их подарить — директрисе Маргарите. Она всегда была добра к нему.

Тела убитых зверей были бесполезны. Он сжёг их все.

К сожалению, у Лешего, в отличие от драконов, не было привычки собирать сокровища. Виктор долго искал, но так и не нашёл логово Лешего.

После того как он собрал все трофеи, он и Саския вылетели из леса. За пять-шесть часов они преодолели большую часть Аэдирна и Темерии и приземлились на острове Отмель. Виктор подсчитал, что скорость Саскии была около девяноста километров в час. Это, конечно, медленнее, чем современная машина, но намного быстрее, чем лошадь. На лошади он бы ехал сюда десять дней.

Виктор привёл Саскию в лагерь и познакомил её с другими: дриадой Ивор, вампиршей Анной и Кэролиной с её сыном.

Присциллы здесь не было. Она стала очень знаменитой после того, как написала «Песнь о Богинях» и была постоянно занята выступлениями. На днях ее пригласили в Оксенфурт, и она, должно быть, хвасталась перед своими сверстниками.