Глава 96. Охота

Человечество не может ждать!

Эта фраза, граничащая с безумным высокомерием, в сознании Мориарти не вызывала даже слабой ряби.

Потому что для того, чтобы человечество шагнуло на следующую ступень развития, предстояло пройти ещё более тернистый путь.

Открытие Врат Ада определило всю историю новой эры и сформировало современное мышление. Люди привыкли считать, что, пока существует Святой Престол, человечество не погибнет. Святой Свет вечно будет оберегать свой народ — в этом и заключалась основа их существования.

А Империя и её так называемые законы позволяли жизни идти своим чередом. Да, жизнь была тяжёлой, утомительной, и вид нарядных богачей, входящих в дорогие рестораны, вызывал душевный диссонанс, но, по крайней мере, это не доводило всех до самоубийства. В этом заключалась основа их жизни.

Существование и жизнь — вот и всё, к чему стремилось большинство. Никто не хотел перемен. Никого не волновало, что потери на фронте становятся всё ужаснее, что с каждым годом набирать рекрутов всё труднее. Никто не замечал, что тучи на небе сгущаются, дожди становятся всё гуще, что урожаи скудеют из-за кислотных осадков, что леса уже не успевают вырастать с той скоростью, с какой их сжигают, что реки наполняются запахом гнили, что добыча стали сокращается, что имперские деньги теперь печатают не раз в два года, а раз в год и четыре месяца. Никому не было дела до того, что мир медленно катится в пропасть.

Мир должен измениться!

А перемены неизбежно несут боль!

И если не найдётся тот, кто, обладая верховной властью, осмелится принять на себя эту агонию перемен — всю клевету, проклятия, поношения, резкое сокращение населения, экономический коллапс и промышленный упадок, — ничего не выйдет.

И этот человек навсегда войдёт в историю как самый безумный и самый отъявленный злодей!

Но он всё равно должен будет начать эти жестокие, радикальные преобразования!

Даже если со стороны это будет выглядеть как величайшее преступление против всего человечества!

Впрочем, легко сказать. Совершить это преступление — уже несбыточная мечта. Два вековых противника, Святой Престол и Империя, никогда не допустят ничего подобного.

Папа и император — не дураки.

Если только… Папа и император не будут одним и тем же человеком!

— Что делает тот парень? — спросил Мориарти, не открывая глаз.

Он знал, что Моран рядом.

— Только что звонили из первого разведывательного отдела. Мистер Холмс переносит свои вещи.

Моран лишь докладывала, но голос её дрожал. При одной мысли о том, какую боль только что перенёс её господин, ей хотелось разрыдаться, но она из последних сил старалась говорить ровно.

— Ты беспокоишься обо мне, — как всегда мягко улыбнулся Мориарти.