Глава 521. Поместье Эрнас (часть 2)
— ВЕРХОВНЫЙ МАГ ЛИТ ВЕРХЕН И СТАРШИЙ ЛЕЙТЕНАНТ КАМИЛА ЙЕХВАЛЬ, — громко объявил главный дворецкий магически усиленным голосом.
Как и опасалась Камила, все взгляды были прикованы к ней. Лит уже перестал быть диковинкой после того, как сам Король дал ему фамилию. С каждым его достижением, древние благородные семьи все больше презирали его, в то время как новые магические родословные считали его главной фигурой и главным представителем их класса.
Половина комнаты с восхищением наблюдала, как он спускается по ступеням, ведущим в главный зал, в то время как другая половина всей душой желала, чтобы он упал и сломал себе шею. Взгляды задержались на нем всего лишь на долю секунды, прежде чем перейти на его спутницу.
У многих благородных дам была жестокая ухмылка, их рты уже были готовы извергать желчь в отношении грязной бедной социальной альпинистки, которой, по их мнению, не было места среди них.
Они на собственном горьком опыте узнали, что у Лита не было слабых мест. Его одежда и манеры всегда были безупречными. Принижение каких либо аспектов его личности было сродни плевкам в зеркало, поскольку ни один из их наследников не мог считаться равным ему, даже когда он только окончил Академию.
Что уж говорить сейчас, когда он являлся Верховным Магом и даже готовился стать Разрушителем Магии. Многим семьям пришлось пробежаться далеко в прошлое по своему генеалогическому древу, чтобы иметь возможность назвать имя родственника, которого можно было бы сравнить с ним.
Но в отличии от Лита, сопровождавшая его безымянная государственная служащая должна была стать легкой добычей. По крайней мере, так они думали, пока прочие дворяне их поколения не начали высмеивать их, принимая выражение лиц последних за благоговение.
Даже после тщательного визуального изучения девушки, они не нашли к чему придраться в ее внешности. Напротив, многие благородные дамы поглядывали на нее с завистью.
На Камиле было красное вечернее платье из шелкового атласа с v-образным вырезом, открывающим плечи, а также шикарно подчеркивающим грудь. Лит сделал ей золотую диадему, которая, казалось, была соткана из малых переплетенных камелий.
Золото подчеркивало ее шикарные черные волосы, сияющие с ним в унисон в волшебном свете комнаты. А на ее правом запястье в качестве корсажа красовалась камелия, подаренная Литом.
Видя ее ожесточенный серьезный взгляд, дворяне думали, что она относится к ним с презрением, в то время как на самом деле Камила просто сосредоточилась на том, чтобы не зацепиться за свое платье, а также скрыть ужас, который она испытывала.
Через несколько секунд она уже с облегчением слушала, как дворецкий объявляет оставшихся членов семьи Верхен, понимая, что сейчас взгляды переместятся на новоприбывших, позволяя ей выдохнуть.
Каждая женщина из семьи Лита имела на шее диадему и корсаж из волшебного цветка на запястье. Каждый из них был проекцией оригинального цветка с Земли и все они были созданы из разных природных элементов: пламенная роза у Элины, ледяная орхидея у Рены и черный лотос у Тисты.
Ознакомившись с Камелией его девушки, все они набросились на Лита, упрашивая его сделать такое и для них.
На Тисте было обтягивающее бальное платье, из-за которого многие гости мужского пола с ненавистью смотрели на ее спутника, в то время как их спутницы настолько сильно хмурились от зависти, что практически можно было услышать треск стекол их моноклей.
«Я потратила более ста золотых монет на косметическую магию, но в сравнении с ней я все еще жалкое пугало!» — Думала каждая из них.
— Лит! Мы так рады снова тебя видеть, — несколько человек начали собираться вокруг него, но сам он понятия не имел, кто они такие.
[Клянусь моим создателем, это же твои товарищи по Академии. Как ты можешь не помнить ни одного из них?] — Солус помогла ему “вспомнить” имя каждого человека.
[У меня было всего четыре товарища в Академии, остальные были конкурентами или сторонними наблюдателями. Их дружба, проявляющаяся только в хорошую погоду, так же бессмысленна, как и тогда.] — Холодно ответил он.
— Профессор Верхен! Я так вам благодарен! — Воскликнул один из бывших студентов Лита.
— Признаться честно, во время учебы в Академии я ненавидел ваши занятия. Но слава Богам, что вы были так строги ко мне. Ваши учения не раз спасали мне жизнь.
— Рад слышать это, Цинью. Как твои дела? — ответил Лит, пожимая ему руку. Он помнил имена всех своих учеников. В каком-то смысле он считал себя их создателем.
— Достаточно хорошо, чтобы позволить себе приглашение на это мероприятие. Моя компания также иногда могла бы позволить себе принять вашу помощь. Разрешает ли армия вам выполнять внештатную работу?
— Вы спрашиваешь не того человека, — Лит с улыбкой взял один бокал для себя и один для Камилы.
— Позволь представить, это мой Куратор.
— О Боги! Когда ты перестанешь расти? — вопрошал знакомый голос, наполненный притворным гневом.
— Малышка! Ты даже не представляешь, как я скучал по тебе, — Лит обнял Квиллу, подняв ее с пола, словно маленького ребенка.
Ей хотелось возразить против столь унизительного обращения, но ее ступни болтались на высоте 20 сантиметров над землей, и она опасалась, что одно резкое движение может привести к тому, что разрез ее платья обнажит гораздо больше желаемого.
— Я почти такая же высокая, как Фрия. Почему ты никогда не зовешь ее “малышкой”?
— Потому что, когда я встретил ее впервые, она была выше меня. А ты в моем сердце всегда будешь малышкой, — он выпустил ее из объятий и показал рукой ее прежний миниатюрный рост.
— Ты все еще проводишь свои сумасшедшие исследования? — Спросила она.
— Конечно, но что-то леди удача никак не повернется ко мне. А как насчет тебя?
— Аналогично. Скульптурирование тела — это кошмар. Кажется, что каждое маленькое достижение требует многих лет изучения и практики, но я не могу и не хочу ждать годами! Я хочу стать Профессором, составить свой собственный график и не работать, как мул, пока волосы седеют.
— Даже если я приближаюсь к открытию, я все равно не могу сделать его в одиночку. И нет никого, кому бы я достаточно доверяла, чтобы быть уверенной в том, что он или она не присвоит себе мои исследования. Академия — это мир подколодных змей каннибалов. Лит, как ты считаешь, ты сможешь мне помочь? — спросила она, глядя на него своими фирменными щенячьими глазками.