Весенние деревья и закатные облака ☣

Размер шрифта:

Глава 1

Когда вспыхнул огонь, даже вдыхаемый им воздух обладал резким запахом гари. Испытывая невыносимую боль, он понял, что смерти не избежать. По сути он действительно умер. А когда снова открыл глаза, понял, что стал ребенком в какой-то стране в другом мире. Рядом с ним в кроватке лежал младенец еще младше его.

В настоящий момент он являлся принцем этой страны, а младенец, лежавший с ним рядом, был его младшим братом от той же матери. Прежде он был самым нормальным и совершенно обыкновенным второкурсником колледжа, родившимся в мирную эпоху и живущим в счастливой семье. Однако сейчас стал членом роскошной, но мрачной королевской семьи, в самом центре водоворота борьбы разных сил.

Всего за неделю он разочаровался в бесполезных слабостях и перестал полагаться на удачу. Он больше не был счастливым студентом; он должен был выжить ради своего младшего братишки и ради себя. Как раз к моменту его пробуждения их наложница-мать скончалась от отравления в результате борьбы за власть во дворце. Вероятно, причина, по которой он смог начать здесь свою новую жизнь, заключалась в том, что первоначальный владелец этого тела также отошел в мир иной, и он смог продолжить жить вместо него, позаимствовав его тело.

Едва открыв глаза, первым, кого он увидел в этом незнакомом ему мире, стал тот ребенок. Возможно, это было нечто вроде забавного импринтинга или ему просто нужна была причина, чтобы жить дальше, но он инстинктивно отнесся к этому ребенку как к своему единственному спасению, единственной причине жить в этом незнакомом мире.

Он посвятил тринадцать лет своей жизни тому, чтобы научить маленького ребенка выживать в этой роскошной клетке, используя разнообразные бесчестные приемы и грязные интриги, чтобы избавиться от всех конкурентов. Наконец, в огромном дворце они остались только вдвоем. Когда распутный правитель, наконец-то, скончался, трон, конечно же, унаследовал самый достойный кандидат в его сердце.

Сам он никогда не желал этого трона и не стремился к власти или богатству. Он возвел своего младшего брата, человека, которого превыше всего ценил, на трон, просто потому, что считал, что это единственный действенный способ его защитить.

На протяжении более чем десятка лет они походили на молодых зверьков, полагавшихся друг на друга и прижимавшихся друг к другу в поисках тепла. Они никогда не доверяли никому, кроме друг друга, — по крайней мере, так он считал. Он думал, что их мысли похожи.

Поэтому когда его заточили в дворцовой темнице, поначалу он думал, что его младший брат так решил пошутить. Когда его безжалостно высекли, он подумал, что этот ребенок, вероятно, был обманут интригами, но в итоге все же одумается и поймет, что было на уме у его старшего брата. Когда на нем использовали Бронзовый Тостер (1), он мог только внушать себе, повторяя, что его брат поймет, его брат все поймет…

В конце концов, с расцарапанным лицом и испещренным серьезно загнившими ранами телом, его выбросили в воды бескрайнего океана, приняв за труп. Только тогда он понял, что ошибался. Перед тем как, захлебнувшись, потерять сознание, он, как будто освободившись, в душе насмехался над самим собой.

Душе, которая давно должна была умереть, подарили в незнакомом мире еще один шанс, но она так ничего и не добилась. В итоге он лишь обагрил свои ранее чистые руки кровью, создав параноидального, своенравного и деспотичного правителя. «Наконец-то, все кончено… Тот, кого я хотел защитить, вовсе и не нуждался в моей защите. Я, наконец, возвращаюсь туда, где и должен быть».

Однако судьба решила сыграть с ним еще одну грандиозную шутку.

***

Открыв глаза, он обнаружил, что все еще жив; по-прежнему живет в другом мире с этим разбитым телом и изуродованным лицом. Что ж, если говорить откровенно, то проведя в той темной клетке бесчисленное количество лет, он уже давно позабыл, как выглядел поначалу. И даже постепенно начал забывать свою прежнюю мирную жизнь. Неуверенность и страх всегда будут занимать большую часть человеческого сердца, чем стабильность и счастье. Однако он все еще жил, с этой уродливой оболочкой и душой, испещренной бессчетными ранами, наполовину человек, наполовину призрак, в этом ранее незнакомом мире.

Когда он наглотался воды, его каким-то чудесным образом подхватило океанским течением, которое перенесло его в до невозможности сельский городок в другой стране. Неизвестно, по скольким невероятным путям его пронесло, но ему как-то удалось очутиться на берегу возле небольшого городка, невероятно далеко от океана, где протекали лишь реки.

Его поселили в ужасно тесной, обшарпанной комнатке. На первый взгляд ее полностью заполняли обветшалый стол и несколько стульев, а также облупившаяся мебель, которая тоже выглядела очень ветхой. Выцветшая до белого цвета занавеска на двери приподнялась. В комнату вошел старик с маленькими усиками и восково-желтым лицом, он держал в руках коробочку с лекарствами, краска на которой облупилась.

Даже не удивившись тому, что он пришел в себя, старик приподнял веки и вскользь окинул его взглядом. Он умело потянул его за руку и, не обращая внимания на ужасные раны, прикоснулся к его запястью.

— Ты очнулся? — безразлично спросил старик.

Он довольно долго молчал, прежде чем задать вопрос:

— Господин, могу я узнать, где нахожусь?

— Округ  Гуантянь, — сухо ответил старик, прежде чем открыть свою коробку с лекарствами и использовать одно из них на нем.

Округ Гуаньтянь?.. Где это? В его памяти не было места с таким названием. Вынужденный окружающей обстановкой, он выучил названия почти всех мест в своей стране. И был уверен, что в его памяти такого названия нет.

— Это страна Цзюньяо. А ты откуда? — небрежно спросил старик, словно пытаясь завести разговор, но его руки по-прежнему искусно делали свое дело.

Действие лекарства заставило его почувствовать резкую боль от ран, мучившую его. Страна Цзюньяо… Так он и правда все еще был в этом мире. Этот ответ его позабавил. Какое же случайное стечение обстоятельств смогло переместить его из самой северной части страны Фанцзюнь в самую южную страну этого мира? Кроме того, чтобы очутиться здесь, нужно было пересечь немало континентов.

«Возможно ли, что судьба еще недостаточно наигралась со мной? Она все еще хочет, чтобы я задержался здесь?»

— Эта правительственная гостевая комната. Тебе придется отдохнуть здесь в течение месяца, после чего ты сможешь уйти, — пусть ответа и не последовало, старик не стал его больше расспрашивать. Сказав эту фразу, он со стуком захлопнул свою коробку с лекарствами. — Я вернусь завтра, — с этими словами старик отточенным движением поднял занавеску и вышел.

Он провел долгое время, полностью погруженный в свои мысли, и вернулся к реальности лишь когда осознал, что сказал тот старик.

«Правительственная… гостевая гомната? Такая ветхая комната для гостей? Она еще и правительству принадлежит?»

Он всерьез начал подозревать, что старик бредил. Не то чтобы ему никогда не приходилось бывать в домах простолюдинов. По необходимости, чтобы узнать, как живется обычным людям, в прошлом он инкогнито наведался в несколько отдаленных городов. И обстановка в этой так называемой «правительственной гостевой комнате» была ничем не лучше домов бедняков.

«Возможно, старик решил, что я выгляжу слишком мерзко, и сказал это, чтобы поднять мне настроение», — цинично посмеивался он в душе над собой.

Таким образом, он смог понять, почему его кормили лишь овощами, и смог принять тот факт, что только изредка мог отыскать среди овощей маленькие кусочки рубленого мяса.

Даже при том, что еда была простой, лекарство этого доктора оказалось по-настоящему эффективным. Через полмесяца он почувствовал, что может сам о себе позаботиться. Еще через полмесяца, как и предсказывал врач, он полностью выздоровел. Конечно же, эти безобразные и пугающие шрамы на его лице и теле было вылечить невозможно.

Он думал, что уже это можно было считать за чудо, ведь он прекрасно осознавал свое собственное состояние — он был почти что на грани между жизнью и смертью. Более того, ему удалось прокатиться по океанским течениям и даже прибыть в маленький городок в самой южной стране, о котором он раньше и слыхом не слыхивал. И каким-то образом, пребывая в таком состоянии, он смог поправиться всего-то за месяц. Даже лучшие врачи в Фаньцзюнь не смогли бы этого сделать!

В итоге, когда этот старик объявил, что он уже выздоровел и может идти, он попросту растерялся. Во-первых, он не мог поверить, что этот старик настолько искусен в медицине. А во-вторых, понятия не имел, куда ему идти. Хотя он и находился в настолько огромном мире, у него не было ни единого места, куда он мог бы вернуться. Или лучше было сказать, что единственное место, которому он принадлежал, больше не приняло бы его.

— В чем дело? — старик быстро собирал свои вещи, кидая на него случайные взгляды. — Тебе некуда идти?

Этот вопрос заставил его промолчать.

Собравшись, старик внимательно посмотрел на него, после чего снобистки вздернул нос и хмыкнул:

— Тут нет зарплаты.

— А? — он был ошеломлен.

— Даже если твои раны полностью зажили, твоя пяточная кость сильно повреждена и вылечить ее невозможно. Ты не сможешь выполнять какую-либо тяжелую работу, так как с этих пор она такой и останется, — ответил старик.

Он снова промолчал. Ему было известно, что пусть на первый взгляд и казалось, будто его раны излечены, на самом деле его жизненная сущность была ужасно повреждена. Даже если он выживет, отныне его дни будут отнюдь не прекрасными. Он не сможет выдержать жару летом или холод зимой. Легкая простуда могла бы приковать его к постели или даже убить его. В конце концов, для него было уже чудом пережить эти три года мучений в вечно лишенном света, наполненном промозглой водой подземелье.

— Ты все равно умрешь, если уйдешь отсюда, — продолжил старик. — Сяньшэн (2) Мо Шу упомянул, что правительственной службе все еще нужны помощники. Если хочешь, можешь остаться. Тебя обеспечат питанием и жильем, но зарплаты не будет. Можешь уйти, если захочешь, или остаться, если решишь не уходить. Сам-то что думаешь?

Какое-то время он ошеломленно молчал, затем кивнул:

— Хорошо.

Исходя из слов пристава, который приносил ему еду, он понял, что стоявший перед ним старик был единственным врачом в этом городе, а сяньшэн Мо Шу — чиновником этого уездного города. Но почему-то никто не называл Мо Шу «господином магистратом», вместо этого все обращались к нему как к сяньшэну Мо Шу.

__________________________________________________________________

1. Бронзовый Тостер (The Bronze Toaster) — устройство для пыток и казни, впервые предложенное Дацзи. Это бронзовое цилиндрическое устройство, более двадцати футов высотой и восьми футов в ширину. С каждой стороны у него было по два колеса, так что его можно было перемещать. Внутри устройства было три слоя древесного угля над тремя слоями горящего огня. Жертв раздевали догола и связывали, прежде чем положить в яму. Вот такая вот жуть.

2. Сяньшэн — китайский эквивалент господина.

Весенние деревья и закатные облака ☣

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии