Глава 346

— Есть ли намёк, о чём именно это соглашение?

— Нет. Только то, что они намерены использовать друг друга для какой-то цели. Учитывая их натуру, я ожидаю, что всё закончится предательством. — Она даже надеялась на это. Чем быстрее всё развалится, тем меньше им придётся волноваться о последствиях.

— Стоит за ними присмотреть. За ними обоими следят, и сообщения к ним уже переданы. Если мы выясним, кто передаёт их, узнаем, что там говорится, — заключила Джилл холодным, деловым тоном. — Но я сомневаюсь, что их договорённость коснётся нас. Это скорее проблема, с которой придётся разбираться Ирине.

Когда она высказала своё мнение, Патриарх завершил своё заявление, и зал взорвался радостными криками, за исключением нескольких недовольных. Результат был очевидным: иконы восстановлены. Морриган не особенно интересовал этот вопрос, но она внимательно наблюдала за недовольными, даже за теми, кто сохранял спокойное выражение лица и аплодировал из вежливости. Их легко было заметить — их нити меняли оттенок, выражая личные мысли и меняющиеся убеждения.

Зигфрид был человеком чести. Как бы раздражающей или оскорбительной ни была для него задача, он никогда не нарушал своего слова. Даже тогда, когда следовало бы.

Морриган таких ограничений не испытывала. Власть была бесполезна, если её не использовать, и использовать её нужно было беспощадно, без колебаний и угрызений совести.

Христиане были врагами её народа. Их народа. Зигфрид считал, что сосуществование возможно, и это действительно могло быть так. Его проект в Норланде был для него моделью, чтобы проверить и найти ответ на этот вопрос. Но сосуществовать с врагом нельзя. Его нужно уничтожить. Полностью и бесповоротно, а землю, на которой он стоял, засыпать солью, чтобы никто больше не смог жить на этом месте.

Христиане уже доказали свою уязвимость перед подобными «расколами». Разделённый враг — это ослабленный враг.

Искры уже тлели… нужно было лишь раздуть их в пламя, решила Морриган, бросив взгляд на Отто, который сидел в стороне.