Глава 1129. Храм Лаоу
— Ха-ха-ха! — от слов Ли Цие Сяо Ницю лишь сухо рассмеялся. Он выпятил грудь, принимая величественный вид, и заявил: — Великий господин, ваш покорный слуга никогда не боялся трудностей: встречу бога — убью бога, встречу демона — сражу демона! Хе-хе, впрочем… кто в Девяти Мирах и во всех землях может сравниться в величии с вами? Я жду здесь только для того, чтобы своими глазами увидеть, как вы выбьете всю дурь из этих старых монахов. Иначе я бы уже давно спалил их лачугу дотла!
Сяо Ницю разглагольствовал с таким апломбом, будто действительно был на это способен. Чэнь Баоцзяо и остальные девушки невольно прыснули в кулак, прекрасно понимая, что этот пройдоха просто пускает пыль в глаза.
— Ладно тебе, хватит хвастаться, — Ли Цие отвесил ему лёгкий подзатыльник и с усмешкой добавил: — Если ты и впрямь так силён, я прямо сейчас прикажу тебе пойти и отобрать у них тот паршивый сосуд.
Эти слова Ли Цие так напугали Сяо Ницю, что тот вздрогнул всем телом и мгновенно втянул голову в плечи. Сухо хихикнув, он затараторил:
— Хе-хе, великий господин, я же пошутил! Пошутил! Пожалуйста, не принимайте мои слова всерьёз. Я ведь всего лишь слуга на побегушках: ни талантов у меня, ни способностей… Откуда мне взять сил, чтобы украсть тот паршивый сосуд?
— В таком великом деле не обойтись без вашего личного участия! — Сяо Ницю принялся неистово льстить Ли Цие. — Во всех Девяти Мирах и мириадах владений, кроме вас, господин, никто не сможет заполучить этот сосуд. Даже Бессмертному Монарху такое не под силу!
Хоть Сяо Ницю и безбожно подлизывался, в его словах была доля истины: если бы ту вещь было так легко забрать, кто-нибудь из Бессмертных Монархов уже давно бы это сделал.
— Ладно, довольно пустой болтовни. Сиди смирно и не вздумай выкинуть какую-нибудь глупость, — Ли Цие бросил на него строгий взгляд.
Кожа Сяо Ницю была толще крепостных стен: он лишь хихикнул, ни капли не смутившись. Конечно, если нужно было поорать у подножия горы, он старался вовсю, считая это своим священным долгом, но вот когда дело доходило до того, чтобы ворваться в храм Лаоу — тут он трезво оценивал свои возможности.
Сяо Ницю уже однажды обжёгся на этом месте, и если бы не помощь Ли Цие, он бы навсегда остался заперт внутри. Зная, насколько страшен храм Лаоу, он, хоть и вопил на всю округу, не смел сделать и шага в сторону входа.
— Эй, вы, старые ослы в храме, слушайте внимательно! — Сяо Ницю, вновь почувствовав уверенность за спиной Ли Цие, задрал голову и заорал, подражая лисе, пользующейся могуществом тигра. — Наш великий господин, владыка Девяти Миров и правитель вечности, лично почтил вашу развалюху своим присутствием! Живо выметайтесь и встречайте его с почестями!..
Он вел себя до крайности нагло и заносчиво, так что случайный прохожий мог бы подумать, что перед ним какой-то мелкий выскочка, внезапно обретший силу.
— Помолчи хоть немного, никто не примет тебя за немого, — Ли Цие отвесил ему ещё один подзатыльник, усмехаясь.
Сяо Ницю осклабился и ответил: — Я всего лишь хотел придать вам веса, господин, чтобы эти старые монахи знали, кто к ним пожаловал.
Ли Цие покачал головой: — Ты их недооцениваешь. Им не нужно выходить из храма, чтобы узнать, кто пришёл. Здесь, да и на всём плато Захороненных Будд, мало что может укрыться от их ока Будды.
Эти слова заставили Сяо Ницю замолчать — возразить было нечего. Побывав однажды в ловушке, он знал, насколько опасны монахи храма Лаоу. Более того, сейчас они стали ещё сильнее, чем прежде.
— Вы все останетесь здесь, — Ли Цие перевёл взгляд на вершину пика и серьёзно обратился к Ли Шуанянь и остальным. — Не делайте ни шага в сторону горы, иначе накличете на себя беду. Если вас затянет в поле просветления храма Лаоу, я не смогу отвлечься, чтобы спасти вас.
Услышав это, девушки замерли. Бай Цзяньчжэнь и другие уже видели, как происходит обращение на Горе Духов, и знали, какая пугающая сила за этим стоит. В храме Лаоу жили сменявшие друг друга Повелители Будд, ушедшие на покой — можно было только представить, насколько мощным было их поле просветления. Оно наверняка было в сотни раз сильнее того, что они видели раньше.
— Я пойду с тобой, я расчищу тебе путь! — видя, что Ли Цие собирается уходить, поспешно сказала Бу Ляньсян.
Среди них только она имела право на подобные слова, будучи сильнейшей в группе. Даже Божественные Императоры вынуждены были считаться с её мощью.
Ли Цие мягко покачал головой: — Нет, это не та проблема, которую можно решить грубой силой. Здесь махать кулаками — не самое мудрое решение.
Он внимательно посмотрел на Бу Ляньсян и добавил: — Если бы всё решалось силой, это не ждало бы сегодняшнего дня, и уж точно не досталось бы мне. Бессмертный Монарх Фэй Ян и остальные давно бы всё решили мечом.
— Сейчас мы столкнёмся не с врагом, а с самими собой, — улыбнулся Ли Цие. — Нам предстоит встреча со своими собственными желаниями и жадностью.
Помолчав, он закончил: — В такие моменты я должен идти один. Здесь нельзя полагаться на чужую помощь.
Бу Ляньсян долго смотрела на него, но в конце концов кивнула: — Будь осторожен. Если что-то пойдёт не так, немедленно отступай.
Ли Цие лишь улыбнулся и неспешно начал подъём. Видя это, Сяо Ницю крикнул вслед: — Господин, берегитесь! Не попадитесь на удочку того паршивого сосуда!
Несмотря на свою привычку бахвалиться и молоть чепуху, в решающие моменты Сяо Ницю был надёжнее многих. Он понимал, с чем придётся столкнуться Ли Цие, и в его голосе звучала неподдельная тревога.
Ли Цие не обернулся и ничего не ответил. Он медленно шёл вверх, зная, что сейчас слова не нужны. Всё решится в тот миг, когда он триумфально вернётся назад.
Когда Ли Цие скрылся в дверях храма Лаоу, Сяо Ницю обернулся к девушкам: — Давайте отойдем ещё немного. Скоро здесь начнётся нечто невообразимое.
Ли Шуанянь и остальные последовали за ним, пока не достигли безопасного расстояния. Теперь все они, включая Бу Ляньсян, с тревогой вглядывались в сторону храма. Сяо Ницю тоже не находил себе места, то и дело принимаясь мерить землю шагами.
Его цель пребывания здесь отличалась от цели Ли Цие. Ли Цие пришёл за «Книгой Пустоты», в то время как Сяо Ницю больше жаждал выплеснуть гнев.
Его прежний хозяин погиб из-за храма Лаоу, и потому Сяо Ницю ругался здесь в надежде на месть. Конечно, он понимал, что его брань никак не вредит храму, но так ему самому на душе становилось хоть немного легче.
Внутри храма Лаоу не было ни золотого блеска, ни искусной резьбы. Всё здание можно было описать лишь одним словом — ветхость.
Стоило Ли Цие переступить порог, как навстречу ему вышел монах и, сложив ладони в приветствии, безмолвно пригласил следовать за ним. Это был старый монах с седыми бровями и добрым взором, на вид — самый обычный старик. Но кто бы мог подумать, что этот человек когда-то правил Буддийским царством, будучи великим Повелителем Будд, чьи познания в учении были безграничны.
Старик ничего не спрашивал. Как и говорил Ли Цие, от ока Будды в этом месте ничего не скрывалось: монахи и без слов знали, откуда он пришёл и зачем.
Оказавшись в главном зале, Ли Цие замер, осматриваясь. Здесь не было ничего лишнего — даже статуй Будды. Ли Цие стоял неподвижно, словно в этой пустоте было нечто настолько прекрасное, что он не мог отвести глаз.
Прошло немало времени. Старый монах всё это время стоял рядом, сложив ладони, не тревожа гостя и не издавая ни звука.
— Когда же Монарх Ши явится в мир в своём истинном обличье? — наконец Ли Цие отвел взгляд и медленно обратился к монаху.
— Амитабха, — старик склонил голову. От него не исходило ни мощной ауры, ни давления просветления — он казался совершенно обыденным. — У Будды есть свой день пришествия.
Ни Ли Цие, ни старый монах не нуждались в демонстрации силы. На их уровне, с их пониманием законов, попытки духовного подавления были бессмысленны: никто из них не смог бы обратить другого, а любая попытка стала бы лишь напрасной тратой времени.
Глядя на пустой зал, Ли Цие усмехнулся: — День пришествия? Боюсь, день, когда Монарх Ши явится в мир, станет началом великой катастрофы.
— Благо и добро, — монах вновь сложил ладони. — Разрушить, чтобы воздвигнуть. Без разрушения нет созидания. Новая эпоха и великий мир нуждаются в новом порядке и новом владыке.
Ли Цие лишь слабо улыбнулся на эти слова: — Я тоже надеюсь на такой исход, я ведь не пессимист. Однако, честно говоря, я в вас не верю.
— Амитабха, — пропел монах буддийское имя и больше ничего не добавил.
Ли Цие развернулся и направился во внутренние покои храма Лаоу. Старый монах продолжал безмолвно вести его в самую глубь обители.
По пути Ли Цие встречал и других монахов. Все они выглядели древними и совершенно заурядными. Но трудно было даже представить, что каждый из этих стариков когда-то был владыкой Буддийского царства — существом столь могущественным, что они могли обратить даже Божественного Императора.
И сегодня эти величайшие сущности добровольно оставались здесь, ведя жизнь простых послушников. Тайны, скрытые в этом месте, были недоступны пониманию простых смертных.
Разумеется, тот, кто мог войти в храм Лаоу и удостоиться сопровождения, не мог быть обычным человеком. Простому смертному, будь он даже Божественным Императором, не так-то легко было попасть внутрь этого священного и пугающего места.