Глава 1247. Радужный остров
Если озеро Дунтин было жемчужиной перед хребтом Гигантского Дракона, то Радужный город стал изящным украшением у самого его хвоста.
Там, где заканчивался хребет Гигантского Дракона, словно рассыпанный жемчуг, расположились многочисленные острова. Они не отличались большими размерами, но были необычайно изысканны: коренные жители возвели на них причудливые деревянные дома, искусно вписанные в заросли деревьев.
Говоря о хребте Гигантского Дракона и Радужном городе, невозможно не упомянуть об одном наследии — крайне загадочном для Мира Небесного Духа царстве Гигантского Дракона.
Одни твердили, что такое государство действительно существует, другие — яростно отрицали его наличие. Истина же была скрыта от глаз простых смертных.
Предания гласили, что предком этого царства был Бог Гигантского Дракона. Существование самого государства оставалось под вопросом, но реальность Бога Гигантского Дракона признавалась в Мире Небесного Духа повсеместно.
Легенды описывали Бога Гигантского Дракона как высшее существо среди морских демонов. После смерти его колоссальное тело превратилось в хребет Гигантского Дракона, и его потомки, расплодившись на этих землях, основали в самых недрах горного массива своё тайное царство.
Где именно оно находится и как выглядит — потомки не могли даже вообразить. Внешний мир пребывал в полном неведении, гадая, не является ли всё это лишь красивым мифом.
Однако по Радужному городу можно было составить некоторое представление об этом наследии. Говорили, что город служит своего рода «окном» в царство Гигантского Дракона — чудесной небесной обителью, которую таинственный народ намеренно явил миру.
Радужный остров же, расположенный у подножия хребта, был лишь отправной точкой. Чтобы попасть в Радужный город, необходимо было сначала прибыть на Радужный остров, иначе путь к небесному граду никогда бы не открылся.
Ли Цие ступил на берег Радужного острова и, взглянув на небо над городом, едва заметно улыбнулся.
Остров представлял собой цепочку клочков суши, где жизнь била ключом. Здесь можно было встретить представителей человеческой расы, морских демонов и расы древесных существ. Для одних это место было лишь временным пристанищем во время долгого странствия, но большинство практиков прибывали сюда с единственной целью — попасть в Радужный город.
Едва оказавшись на острове, Ли Цие заприметил вдалеке роскошную карету, застывшую у переправы, ведущей к небесному городу. Экипаж поражал своим великолепием: он был полностью отлит из редчайшего железа династии Погружённого Моря и украшен восемью магическими артефактами. Эти сокровища извергали божественное сияние, прокладывая в небе сверкающую дорогу, по которой карета могла нестись с невероятной скоростью.
В упряжке стояли восемь фениксовых лошадей — редчайших и прекраснейших созданий Мира Небесного Духа. Их длинные перистые хвосты оставляли за собой переливающийся след, отчего всё шествие напоминало выезд Бессмертного Короля.
Управляла экипажем очаровательная служанка, а подле кареты бежали юные пажи, рассыпающие цветы. Где бы ни проезжал этот кортеж, в радиусе десяти ли воздух наполнялся ароматом лепестков. Подобная демонстрация богатства была за гранью воображения.
В Мире Небесного Духа мало кто позволял себе столь вызывающую роскошь. Большинство практиков стремились к могуществу, а не к внешнему блеску, поэтому подобные помпезные выезды были большой редкостью.
Такое поведение легко могло вызвать зависть или навлечь беду, однако владельца экипажа, похоже, это совершенно не заботило.
На самом деле, завидев маленький флажок, прикреплённый к карете, большинство прохожих спешили уступить дорогу. Знающие люди понимали: это знамя Божественного Короля Морской Раковины. Лишь самым приближённым к нему особам дозволялось выставлять этот символ напоказ.
— Гунсунь Мэйюй прибыла, — прошептал один из практиков, провожая взглядом карету.
— Тсс, потише! — одёрнул его товарищ. — Лучше называй её императрицей Гунсунь. Говорят, в Глубинном Море Ущелий она приходит в ярость, если её величают иначе, и горе тому, кто попадётся ей под горячую руку.
Кто-то смотрел на роскошный выезд с благоговением, кто-то — с завистью, но большинство предпочитало держаться подальше.
Гунсунь Мэйюй была наложницей Божественного Короля Морской Раковины и пользовалась его безграничным расположением. Ходили слухи, что вскоре Король может официально провозгласить её своей супругой, и тогда она станет императрицей династии Погружённого Моря!
Впрочем, Гунсунь Мэйюй покорила сердце владыки не только красотой. Ещё до замужества она была широко известна среди молодого поколения блуждающих духов как выдающийся гений, обладающий недюжинной силой.
— Императрица Гунсунь лично прибыла в Море Морских Демонов… Неужели и сам Божественный Король скоро будет здесь? — гадал кто-то в толпе, глядя, как карета исчезает в небесах по пути к Радужному городу.
— Тише ты! — зашипел на него спутник. — Говорят, императрица не в духе. Её любимая служанка была убита каким-то юнцом по имени Ли Цие. Скорее всего, она прибыла сюда, чтобы развеяться, а может — чтобы выследить этого наглеца.
Ли Цие, не удостоив роскошный экипаж даже взглядом, зашёл в ближайший постоялый двор. Он заказал кувшин вина и принялся неспешно пить, ожидая прибытия Чжан Баиту.
Сидя у окна и глядя на морскую гладь, за которой в дымке виднелся хребет Гигантского Дракона, Ли Цие невольно вздохнул.
— Хребет Гигантского Дракона… — не только Ли Цие предавался раздумьям; многие посетители трактира, отдыхавшие после дороги, с любопытством поглядывали на величественные горы.
— Неужели в этих горах и впрямь живут драконы? — спросил один из практиков у своих друзей. — И существуют ли они в нашем мире на самом деле?
Этот вопрос заставил его собеседников призадуматься. Пожилой мастер, сидевший во главе стола, после недолгого молчания ответил:
— Всё зависит от того, что именно ты называешь драконом. Насчёт обитателей хребта сказать трудно, но раса морских драконов в Мире Небесного Духа определённо существует — это высший род среди морских демонов. Предки полагали, что легендарные существа хребта Гигантского Дракона и есть те самые морские драконы.
— Раз уж заговорили о драконах, я слышал одну легенду, — вставил другой собеседник. — Говорят, давным-давно в этих водах появился маленький чёрный дракон. Он даже приплывал к Радужному острову. Кто знает, правда это или вымысел.
— Я тоже слышал об этом! — подхватил третий. — Ходили слухи, что этот чёрный дракон когда-то наделал шума на озере Дунтин, но позже был усмирен неким небожителем.
— Небожителем? — первый практик загорелся любопытством. — Неужели в мире действительно есть бессмертные?
— Сказки всё это, — старейшина усмехнулся и покачал головой. — Вряд ли в нашем мире найдётся хоть один истинный небожитель.
— А я слышал другую версию, — вмешался ещё один гость. — Говорят, того чёрного дракона одолел вовсе не бессмертный, а Владыка Демонов — жестокий и беспощадный монстр. Рассказывают, что, победив дракона, он заживо содрал с него чешую, выпил кровь, а мясо сварил и съел.
Услышав это, Ли Цие, сидевший в углу, едва не поперхнулся вином. Удивительно, как людская молва способна извратить события прошлого, превращая их в нелепые небылицы.
Он лишь покачал головой, забавляясь этим россказням, и перестал прислушиваться к чужим разговорам.
Спустя некоторое время появился Чжан Баиту. Завидев Ли Цие, он поспешно отвесил глубокий поклон. Ли Цие кивнул, приглашая его за стол.
— Ты опоздал, — бросил Ли Цие, не отрывая взгляда от морского пейзажа.
— Прошу прощения, возникли небольшие затруднения, — Чжан Баиту неловко замялся, потирая руки.
Ли Цие внимательно посмотрел на старика, нахмурился и медленно произнёс: — Кто-то доставил тебе неприятности?
— Нет-нет, что вы! — испуганно замахал руками Чжан Баиту, увидев, как похолодел взгляд юноши.
Однако под пронзительным взором Ли Цие он не смог долго отнекиваться и, виновато улыбнувшись, признался: — Господин, на самом деле ничего страшного не произошло. Просто из-за недавнего шума ученики озера Дунтин забеспокоились о моей безопасности и решили расспросить о случившемся. Они не чинили мне препятствий, честное слово.
Чжан Баиту прекрасно понимал: Ли Цие — человек крутого нрава. Он из тех, кто сначала убивает, а потом задаёт вопросы. Старик искренне боялся, что Ли Цие может не так его понять и, чего доброго, перебьёт учеников озера Дунтин, чего его сердце просто бы не выдержало.
Ли Цие ещё раз окинул его взглядом и, ничего не сказав, снова отвернулся к окну.
Чжан Баиту с облегчением выдохнул. Можно было только представить, в какой ужас пришли люди с озера Дунтин, обнаружив сотни трупов, развешанных у Зала Сотни Святых.
Старик больше всего на свете не хотел, чтобы его сородичи ненароком разгневали Ли Цие, ведь это стало бы для них смертным приговором.
— Го-господин, — спустя некоторое время робко начал он, — куда же мы теперь направимся?
Ли Цие перевёл на него взгляд и ответил: — В Радужный город. Там я подготовлю всё необходимое, после чего ты должен будешь уничтожить свою нынешнюю основу Пути и начать всё с самого начала.
— Уничтожить основу Пути? — Чжан Баиту замер, поражённый этими словами. Пусть его достижения были ничтожны, но он потратил десятки лет упорного труда, чтобы достичь нынешнего уровня, и мысль о том, чтобы в один миг всё разрушить, была для него невыносима.
Ли Цие спокойно заметил: — Тебе нечего терять. Не сочти за грубость, но твоя нынешняя основа Пути — пустая трата времени. Только разрушив её, ты сможешь воздвигнуть нечто истинно великое. Это и есть принцип: разрушить, чтобы воздвигнуть.
Чжан Баиту замолчал, признавая правоту этих слов. Его культивация и впрямь была лишь жалким подобием настоящего искусства.
— Но… я ведь уже не молод. Выдержу ли я такое испытание? — с сомнением спросил он. В его возрасте разрушение основы Пути часто приводило к упадку энергии крови и скорой смерти.
— Не беспокойся, — равнодушно отозвался Ли Цие. — Пока я рядом, тебе будет трудно даже просто умереть.
— Тогда… я доверюсь вашему слову, господин, — после недолгого колебания решился Чжан Баиту. Он понимал, что Ли Цие нет никакого смысла ему вредить — при его могуществе он мог бы раздавить старика одним пальцем, не прибегая к таким сложным планам.