Глава 1316. Раздавить ногой
Бао Юйцян пришёл в себя и поспешно сложил руки в приветственном жесте перед Чжо Цзяньши и Лю Жуянь: — Глава Чжо, глава Лю, эта девица — ученица вашего ордена?
Лю Жуянь лишь загадочно улыбнулась, а Чжо Цзяньши лишь слегка усмехнулась. Её облик был полон благородного очарования, но взгляд её был прикован лишь к Ли Цие.
— Не пригласить ли нам эту девушку в «Небесный Сон» в качестве гостьи? С одной стороны, это позволит нам лучше изучить «Небесный Сон», а с другой — позволит нам выразить своё почтение в знак будущего сотрудничества между нашими школами… — Бао Юйцян говорил с нескрываемым нетерпением.
На самом деле, нетерпелив был не только Бао Юйцян. Му Шаолун тоже поспешил вставить слово: — Глава Чжо, глава Лю, двери нашей «Небесной Бессмертной Башни» всегда открыты для ордена «Сияющей Чистоты»…
— Довольно. Хватит позориться передо мной. Ступайте туда, откуда пришли, — Ли Цие безразлично прервал Бао Юйцяна и Му Шаолуна, прежде чем Лю Жуянь или Чжо Цзяньши успели ответить.
То, что Ли Цие грубо оборвал их на полуслове, крайне разозлило Бао Юйцяна и Му Шаолуна. Тем более что оба они были очарованы этой загадочной феей.
— Ли Цие, я не трогаю тебя, так не лезь и ты ко мне! — Бао Юйцян принял жёсткую позу и холодно добавил: — Это дело между «Небесным Сном» и орденом «Сияющей Чистоты»…
— Здесь решаю я, — Ли Цие вновь перебил Бао Юйцяна. — Раз вы не понимаете по-хорошему, немедленно проваливайте!
— Ты! — Бао Юйцян пришёл в ярость и уставился на Ли Цие, его глаза горели огнём. Его редко кто осмеливался так отчитывать, а теперь, когда его предок вернулся в мир, кто вообще смел так с ним разговаривать!
Му Шаолун не был столь вспыльчив, как Бао Юйцян, но тоже холодно произнёс: — Ли Цие, даже если здесь решаешь ты, это не даёт тебе права на такую грубость. К тому же мы обсуждаем дела с орденом «Сияющей Чистоты», а ты даже не являешься их учеником…
— Именно так, — усмехнулся Бао Юйцян. — Ли, хоть ты и ведёшь себя повсюду так властно, лучше протри глаза. Ныне эпоха другая. В наше время даже непревзойдённые гении должны вести себя тише воды, ниже травы. Это уже не эпоха гениев, это эпоха моего предка…
«БАМ!» — Ли Цие ответил максимально прямо. Не дожидаясь, пока Бао Юйцян закончит, он опустил ногу и со всей силы наступил на него, впечатав прямо в палубу. Бао Юйцян исторг фонтан крови!
— Ли… ты посмел ранить меня? Мой предок не оставит этого безнаказанным… — взвизгнул Бао Юйцян, корчась под ногой Ли Цие.
Раздался хруст ломающихся костей. Ли Цие надавил сильнее, дробя кости Бао Юйцяна, отчего тот захлебнулся кровью и, не в силах больше произнести ни слова, посинел от боли.
— Ли Цие, ты зашёл слишком далеко! — Му Шаолун в гневе бросился на помощь другу.
Но разрыв в силах был слишком велик. Му Шаолун не успел даже толком ударить, как Ли Цие схватил его за горло и подвесил в воздухе.
Ли Цие не удостоил Бао Юйцяна даже взглядом, холодно глядя лишь на Му Шаолуна: — Путешествуя по миру, полезно заводить друзей, но раскрой свои собачьи глаза пошире и разгляди, кого можно задирать, а кого — нет! Не позорь свою семью! Род Му славился своей мудростью веками, не дай себя опозорить из-за собственной глупости!
— Какое тебе дело до меня? Моя семья Му ко мне не относится, делаю что хочу! — Му Шаолун, задыхаясь в его руке, упрямо пытался сопротивляться.
«ШЛЕП!» — Ли Цие с размаху влепил ему пощёчину. Видя, что тот не унимается, он принялся отвешивать одну за другой с десяток мощных пощёчин, пока лицо Му Шаолуна не раздулось до размеров свиной головы.
— Ещё одно слово, и я сломаю тебе ноги так, что родная мать не узнает, — ледяным тоном процедил Ли Цие, глядя прямо в глаза Му Шаолуну.
Почувствовав исходящий от Ли Цие холод, Му Шаолун впервые по-настоящему испугался. В этом взгляде он увидел, что Ли Цие способен на всё, что говорит.
Лицо его теперь напоминало раздутую тушу, и Му Шаолун покорно замолчал, не смея больше спорить.
«БАМ!» — Ли Цие швырнул его на палубу. Холодно взглянув на него, он произнёс: — Проваливай обратно в свою «Небесную Бессмертную Башню». Если ещё раз увижу тебя здесь — убью на месте!
Му Шаолун лишь фыркнул, но, несмотря на ярость, ответить не рискнул.
Однако чувство уязвлённого достоинства взяло верх, и он пробормотал себе под нос: — Я… я тебя не боюсь!
— Тебе и не нужно меня бояться, — равнодушно заметил Ли Цие. — Просто катись отсюда в род Му и сиди тихо! Иначе я сам солью с тебя шкуру!
— У тебя… у тебя духу не хватит прийти в мою «Небесную Бессмертную Башню»! Мы не из тех, кто боится трудностей. Если посмеешь там вести себя так же нагло, то… хе-хе, оттуда ты уже не выйдешь. Наш Основатель уничтожит тебя одним движением руки!
— Ты ведь о фее Чжай Юэ? — Ли Цие холодно усмехнулся.
— Именно! — Му Шаолун фыркнул. — Хоть ты и сильнее меня и многих других, что ты значишь в сравнении с нашим Основателем?
— Фея Чжай Юэ, говоришь? — Ли Цие холодно посмотрел на него и, улыбнувшись, добавил: — Хорошо. Тогда ступай и передай ей: Ли Цие из гор Цилянь хочет с ней увидеться!
— А… а с чего бы ей встречаться с тобой? — Му Шаолун заметно сник, но упрямство не позволило ему отступить.
— Или тебе не хватило смелости передать эти слова своему предку? — насмешливо бросил Ли Цие и, не дожидаясь ответа, ударом ноги отправил Му Шаолуна за борт. Тот с громким всплеском полетел в морские воды.
Затем Ли Цие перевёл взгляд на Бао Юйцяна, всё ещё валявшегося у него под ногами: — Даже на войне послов не казнят. Тебе сегодня повезло, я оставлю тебя в живых. Убирайся, и если ещё раз посмеешь появиться у меня на пути — убью без колебаний.
С этими словами он пинком отбросил Бао Юйцяна, и тот исчез за горизонтом, словно промелькнувшая звезда.
— Ли Цие, ты… ты пожалеешь! — донеслось издалека эхо голоса Му Шаолуна, который с трудом выбрался из воды. — Попомни моё слово, я передам твои слова!
На самом деле Му Шаолун был напуган до смерти, но по привычке продолжал хорохориться.
Ли Цие лишь усмехнулся и больше не обращал на него внимания. Му Шаолун, поняв, что второго шанса не будет, поспешно скрылся, боясь, что Ли Цие передумает.
— Кажется, господин питает к роду Му не совсем обычные чувства, — улыбнулась Лю Жуянь, когда тот ушёл. Её взгляд был полон очарования.
Ли Цие вёл себя так, что это было очевидно каждому. Если Бао Юйцяна из «Небесного Сна» он даже не удостаивал взглядом, считая муравьём, то с Му Шаолуном он поступил иначе. Хоть он его и избил, в этом сквозило странное «наказание из лучших побуждений».
Ли Цие лишь слегка улыбнулся: — «Небесная Бессмертная Башня»… всё же судьба связывает нас.
— Ты собираешься противостоять фее Чжай Юэ? — обеспокоенно спросила Чжо Цзяньши. — Хотя говорят, что Мэн Чжэньтянь может стать Бессмертным Монархом, один из наших предков как-то проговорился: если фея Чжай Юэ решит выйти в мир и побороться за мандат, Мэн Чжэньтяню придётся потесниться.
— Величайшая соперница Императрицы Хунтянь, — задумчиво добавила Лю Жуянь. — Говорят, она обладает такой красотой, что невольно хочется взглянуть на неё хоть раз.
О фее Чжай Юэ ходило бесчисленное множество легенд. Её существование было столь долгим, что если бы она явила свой лик миру, её слава могла бы затмить даже самого Мэн Чжэньтяня.
Ли Цие лишь молча прикрыл глаза, не отвечая на их слова.
— Куда мы направимся? — спустя некоторое время спросила фея, чей взгляд был полон отчуждённости и задумчивости. Она часто погружалась в духовные странствия, и никто не знал, о чём она грезит.
— В Костяное Море, — глядя на неё, тихо ответил Ли Цие. — Возможно, там ты вспомнишь что-то важное, или, по крайней мере, обретёшь то, что должна обрести.
— Костяное Море… — она наклонила голову, словно пытаясь ухватиться за ускользающую мысль.
— Когда прибудем — поймёшь. Это место стоит того, чтобы там побывать, — Ли Цие нежно погладил её по волосам.
Фея задумчиво кивнула.