Глава 1510. Мощь великой формации
— В этом мире не бывает бесплатных обедов, — Ли Цие лишь небрежно усмехнулся, услышав слова, которые произнёс Древний Тёмный Принц.
— Верно, бесплатных обедов и впрямь не бывает, — медленно проговорил Древний Тёмный Принц. — Впрочем, мы просим не так уж и много. Нам нужна лишь одна вещь: отдай нам метод, позволяющий развить тринадцать Дворцов Судьбы. Если сделаешь это, мы забудем все старые обиды. Впереди тебя будет ждать блестящее будущее, и ты наверняка сможешь стать Бессмертным Монархом.
Слова Древнего Тёмного Принца заставили многих практиков, наблюдавших со стороны, затаить дыхание. Кто бы ни услышал подобное предложение, его сердце невольно бы ёкнуло от волнения.
С древнейших времён считалось прописной истиной, что пределом для практика являются двенадцать Дворцов Судьбы; так было на протяжении миллионов лет. Однако само существование Ли Цие разрушило это укоренившееся представление. Никто не знал, как именно юноше удалось этого достичь.
За всю историю вечности в мире рождалось бесчисленное множество гениев и бесподобных Бессмертных Монархов, но ни одному из них не удавалось развить тринадцать Дворцов Судьбы. Ли Цие же воплотил это в реальность, сломав все шаблоны. Это означало, что в его методе кроется некая неведомая тайна, некий скрытый ключ, который ещё никто не сумел нащупать.
Если бы Ли Цие действительно раскрыл метод развития тринадцати Дворцов Судьбы, это означало бы, что в будущем и другие могли бы достичь того же совершенства.
Тринадцать Дворцов Судьбы… Какое невероятное искушение! Ходили легенды, что Бессмертный Монарх Цзяо Хэн обладал двенадцатью дворцами и благодаря этому был непобедим всю свою жизнь. Если же владеть тринадцатью, то мощь была бы и вовсе запредельной. Живой пример стоял прямо перед ними — если Ли Цие станет Бессмертным Монархом, его будущие достижения наверняка затмят даже славу Бессмертного Монарха Цзяо Хэна.
В этот миг бесчисленные взоры обратились на Ли Цие. У многих в глазах вспыхнула жадная зависть; конечно, никто не осмеливался открыто посягнуть на секреты юноши, но в глубине души каждый мечтал об этом.
Что касается предложения Древнего Тёмного Принца, то среди четверых верховных мастеров ни заместитель предка Лунчжу, ни Монарх Морской Раковины не возражали. Даже Мэн Чжэньтянь хранил молчание. Не было сомнений: эти четверо в кратчайшие сроки достигли соглашения и теперь выступали единым фронтом.
Ли Цие лишь усмехнулся в ответ на требование Древнего Тёмного Принца и лениво произнёс:
— Как же красиво вы мечтаете. К сожалению, я вынужден сказать, что вы строите воздушные замки. Я никогда не заключаю сделок с врагами.
Договорив, Ли Цие с улыбкой добавил:
— Если вы проявите благоразумие и сейчас же уберётесь прочь, оставив здесь Мэн Чжэньтяня, я, так и быть, сохраню ваши собачьи жизни. Иначе скоро вы будете горько об этом жалеть, но будет уже поздно.
— Невежественный мальчишка, тогда готовься к смерти! — яростно выкрикнул Монарх Морской Раковины. Он уже давно сгорал от гнева. Будучи сыном морского бога, когда он терпел подобное пренебрежение? Если бы не желание заполучить метод развития тринадцати Дворцов Судьбы, он бы уже давно набросился на врага.
— Ты сам упустил свой шанс. Жаль, ты мог бы стать Бессмертным Монархом, но сегодня ты сам выбрал путь к гибели, — ледяным тоном произнёс Древний Тёмный Принц, криво усмехнувшись.
Ли Цие лишь непринуждённо улыбнулся и сказал:
— Ладно, хватит пустой болтовни. Давайте уже начнём. Я покончу с вами и заодно заберу то бессмертное лекарство долголетия, о котором вы говорили.
— Какое бахвальство! Ты даже собственную жизнь сохранить не сможешь, а всё ещё мечтаешь о бессмертном лекарстве, — холодно хмыкнул заместитель предка Лунчжу.
До этого Мэн Чжэньтянь и остальные ломали голову над тем, как преодолеть Великий Расклад, но так и не нашли способа пробраться внутрь. Если бы это было возможно, они бы уже давно прибрали так называемое бессмертное лекарство к рукам.
— Ли Цие, умри! Сегодня я отомщу за своего павшего ученика! — неистово закричал Мэн Чжэньтянь.
В этот миг Древний Тёмный Принц и трое его союзников одновременно перешли в наступление. Для них Ли Цие, отказавшийся от сделки, стал источником величайшей тревоги. Если не уничтожить его сейчас, то когда же ещё?
К тому же Ли Цие был заперт внутри их бесподобной великой формации. Древний Тёмный Принц и остальные были преисполнены уверенности: каким бы сильным ни был Ли Цие, даже если бы он обладал мощью, позволяющей сражаться на равных с Бессмертным Монархом, они верили, что смогут задавить его здесь.
— Бум! — раздался оглушительный грохот. В это мгновение бесподобная великая формация вспыхнула ослепительным сиянием. Свет был настолько ярким, что озарил небеса и землю, осветив даже самые отдалённые уголки Шэньчжичжоу.
В этом бесконечном сиянии Мэн Чжэньтянь, его трое союзников и все мастера четырех легионов разом высвободили свою энергию крови. В этот момент никто из них не сдерживался: ни Мэн Чжэньтянь, ни Древний Тёмный Принц, ни любой рядовой воин. Вся их энергия крови, подобно ревущему потоку прорвавшей плотину реки, неистово хлынула в бесподобную великую формацию.
Одновременно с этим все кристаллы сущности, вмонтированные в построение, мгновенно выбросили всю накопленную эссенцию неба и земли. Количество этих кристаллов было неисчислимым — можно сказать, Мэн Чжэньтянь и его союзники поставили на кон всё своё невероятное состояние. Когда столь колоссальное количество эссенции неба и земли вырвалось наружу, это было похоже на пробуждение гигантской земной жилы, извергающей бесконечные потоки силы.
— Бум! — раздался очередной мощный взрыв. По мере того как бесподобная великая формация вращалась, она окончательно соединилась с Великим Раскладом, заимствуя из него часть мощи. От этого формация стала ещё более ослепительной, а её сила — ещё более сокрушительной. Мощь построения была доведена до абсолютного предела; казалось, этой силы достаточно, чтобы разнести вдребезги весь Мир Небесного Духа.
В этот момент Мэн Чжэньтянь исчез. Древний Тёмный Принц исчез. Четыре легиона исчезли. В мгновение ока исчезла даже сама бесподобная великая формация.
Взорам всех присутствующих предстала величественная, исполинская фигура. Этот силуэт источал бесконечное бессмертное сияние и ауру такой силы, что она была способна потрясти весь Мир Небесного Духа — мощь самого Бессмертного Монарха.
Когда эта фигура замерла в небесах, она была точь-в-точь как живой Бессмертный Монарх. Казалось, будто в этот миг великий правитель снизошёл в мир смертных и стоит прямо перед ними.
— Бессмертный Монарх?.. — увидев этот величественный образ, бесчисленные практики один за другим начали падать на колени. Бессмертная мощь была слишком велика, ей невозможно было противостоять; она вызывала трепет, дрожь и первобытный ужас.
— Нет, это не Бессмертный Монарх. Это его воля. Вся сила бесподобной великой формации влилась в этот образ, призвав волю четырёх артефактов монарха. Четыре предмета объединились в единую, целостную волю Бессмертного Монарха. Теперь эта воля и есть сама формация, а формация — это воля Монарха, — пробормотал старый Божественный Король, во все глаза глядя на исполинскую фигуру.
На руках этого величественного силуэта были закреплены четыре артефакта монарха: два на запястьях и два на плечах.
В этот миг исполин обладал не только волей Бессмертного Монарха, но и всей мощью бесподобной великой формации.
Эта сила была невероятно огромной. Хотя это и не была настоящая формация Небесного мандата Бессмертного Монарха, как и говорил Ли Цие, она могла проявить примерно две десятых её истинной мощи. Но даже этих двадцати процентов было достаточно, чтобы породить невообразимый ужас; такая сила могла бы сокрушить даже того, кто способен сражаться на равных с Бессмертным Монархом!
Эта мощь мгновенно прокатилась по всему миру. В Мире Небесного Духа многие спящие старые монстры внезапно пробудились; ощутив эту энергию, они пришли в неописуемый ужас.
— Неужели кто-то стал Бессмертным Монархом? Невозможно, Небесный мандат ещё не явился! — восклицали поражённые старые монстры, чувствуя эту силу.
— Формация Небесного мандата Бессмертного Монарха? — проснулись и более искушённые древние существа. Тщательно проанализировав эту непобедимую энергию, они нахмурились: — Нет, это не она. Неужели это та самая бесподобная великая формация из Изначальной Земли?
Величественный силуэт неподвижно стоял в небесах; он был настолько огромен, что любому приходилось задирать голову, чтобы увидеть его. Под гнётом этой исполинской фигуры и непобедимой силы Бессмертного Монарха бесчисленные мастера были мгновенно подавлены, лишившись возможности даже пошевелиться.
Перед лицом такой мощи любой, даже самый сильный практик, чувствовал себя ничтожной пылинкой.
— Если даже это — лишь часть силы, то насколько же ужасна настоящая формация Небесного мандата Бессмертного Монарха? — пробормотал один из мастеров, прижатый к земле мощной аурой и пребывающий в глубоком потрясении.
Величественная тень перед ними не была результатом полноценной формации Небесного мандата, но уже внушала такой страх. А ведь она проявляла лишь малую толику истинной мощи. Трудно было даже вообразить, что произошло бы, если бы настоящая формация Небесного мандата развернулась в полную силу.
Людям было трудно представить: в эпоху, когда правил Бессмертный Монарх, что же за враг должен был появиться и что за существа должны были противостоять ему, чтобы Монарх счёл нужным задействовать формацию Небесного мандата? Некоторые мастера невольно задумались: Бессмертный Монарх и без того непобедим, зачем же ему создавать такое построение? Неужели в мире есть что-то, чего опасается даже он?
— Сможет ли Ли Цие вырваться? — глядя на исполинскую тень, многие чувствовали сухость во рту. Люди облизывали пересохшие губы; даже говорить им было трудно.
В этот момент величественный силуэт медленно повернулся. Его взор упал вниз — это была непобедимая воля. Стоило этому взгляду коснуться земли, как воля многих практиков мгновенно рухнула; под этим взором люди дрожали всем телом, не в силах сдержать страх.
Глядя на величественную тень, Ли Цие лишь улыбнулся и сказал:
— Что ж, я не прочь испытать, насколько велика эта мощь.
Как только слова сорвались с его губ, его правая рука мгновенно озарилась светом.
— Бум, бум, бум… — Ли Цие мгновенно применил Кулак Десяти Тысяч Путей. В эту секунду он задействовал слияние двенадцати кулаков; свет, исходящий от его правого кулака, был настолько ослепительным, что на него невозможно было смотреть — многим пришлось зажмуриться, не в силах вынести это сияние.