Глава 1556. Мать и дочь
Ступив на землю Северного Безбрежного Океана, Ли Цие невольно сделал глубокий вдох. В лицо ударил поток прохладного и чистого морского воздуха, мгновенно даря бодрость духа.
Хотя и там, и здесь был океан, атмосфера Мира Небесного Духа разительно отличалась от Северного Безбрежного Океана. В Мире Небесного Духа воздух был перенасыщен влагой; каждый вдох казался глотком густого тумана, в котором явственно ощущался солоноватый привкус морской тины.
Северный Безбрежный Океан был иным. Воздух здесь был кристально чистым и свежим, а в этой чистоте едва уловимо сплетались ароматы родной земли и благоухание цветущих трав.
Место, где оказался Ли Цие, представляло собой россыпь островов. Эти острова были весьма обширны: самые крупные раскинулись на тысячи и даже десятки тысяч миль, а те, что поменьше — на сотни. Острова соединялись друг с другом величественными мостами, порой достигавшими сотни миль в длину, образуя тем самым невероятно протяжённую цепь архипелага.
Эта цепь островов, словно верная стража, окружала континент площадью в миллион квадратных миль. Этот массив суши дрейфовал посреди безбрежных вод, напоминая исполинский, непотопляемый корабль.
Оказавшись на этой земле, Ли Цие неспешно побрёл куда глаза глядят, наслаждаясь просторами этого края.
— Эволюция видов — пожалуй, самая сокровенная тайна вечности. Порой развитие некоторых рас заходит так далеко, что это наверняка превосходит даже ожидания Творца. Сколько же тайн, неведомых миру, скрывает в себе народ, когда-то вышедший из глубин океана? — пробормотал Ли Цие, охваченный философскими раздумьями во время прогулки.
Незаметно для самого себя он подошёл к стенам древнего города. Подняв голову, он увидел над воротами два иероглифа: «Вэнь».
Бросив взгляд на городские врата, Ли Цие вошёл внутрь и растворился в шумном, суетливом человеческом потоке.
Город Вэнь был весьма процветающим местом. Конечно, по меркам Северного Безбрежного Океана поселение с населением в несколько сотен тысяч человек нельзя было назвать мегаполисом, но благодаря умелому управлению люди здесь жили в достатке и спокойствии, что придавало городу особый колорит оживлённости.
Весь город находился под юрисдикцией рода Вэньжэнь и, по сути, являлся их личной собственностью.
Ли Цие шагал по многолюдным улицам, следуя за толпой. Он двигался без особой цели, просто наслаждаясь этой редкой атмосферой мирской суеты.
— И всё же Мир Императора Людей мне по душе больше, — с улыбкой произнёс Ли Цие, чувствуя биение жизни вокруг.
После возвращения из Мира Небесного Духа, Мир Императора Людей дарил совершенно иные ощущения. И хотя Мир Небесного Духа считался краем, где небо и земля полны духовности, долгое пребывание там рождало в душе необъяснимое чувство подавленности, словно над головой вечно парила какая-то невидимая тень.
В конце концов Ли Цие зашёл в приглянувшуюся ему гостиницу. Сев у окна, он заказал несколько нехитрых закусок и кувшин подогретого вина. Потягивая напиток и закусывая, он наблюдал за прохожими за окном. В этом была своя непередаваемая прелесть — в кои-то веки выкроить полдня для праздного отдыха.
Глядя на людской круговорот, Ли Цие невольно усмехнулся. Он прибыл в этот край вовсе не случайно: его целью была одна конкретная вещь.
В Северном Безбрежном Океане он в своё время оставил немало ценностей. В этот визит он намеревался забрать несколько видов оружия. Эти артефакты он не трогал долгое время, но теперь, когда он готовился покинуть Девять Миров и устроить грандиозную битву, ему следовало взять с собой несколько по-настоящему веских козырей.
Как и говорил Морской Бог Чжэнь У со слов Бессмертного Монарха Мин Жэня, Ли Цие действительно владел вещами, способными напугать кого угодно, включая пару-тройку по-настоящему ужасающих клинков.
Более того, у него была та самая вещь, способная вызвать Обрушение Небес и уничтожить землю. Бессмертный Монарх Мин Жэнь не лгал: в мире действительно существовал предмет такой мощи, что перед ним в мгновение ока обратились бы в прах не только простые смертные, но и божества вместе с монархами.
Это не было выдумкой — этот предмет существовал на самом деле, и Ли Цие в своё время приложил колоссальные усилия, чтобы завладеть им, заплатив при этом немалую цену!
Как гласит пословица, у хитрого кролика три норы. Для Ли Цие Северный Безбрежный Океан был одной из таких «нор». Здесь он спрятал множество вещей, в том числе и два вида своего самого грозного оружия.
На этот раз он решил забрать их. Это были его главные козыри. Грядущая битва могла стать последней в его жизни, и исход всего пути — победа или поражение — зависел от этого единственного броска. Возможно, второго шанса начать всё сначала у него уже не будет.
Ли Цие медленно потягивал вино, глядя на улицу. Гостиница была полна народу; посетители разбились на группки, обсуждая всякую всячину.
Ли Цие с удовольствием слушал их разговоры. В обычное время сплетни, которые обсуждали эти люди, показались бы ему недостойными внимания — сущими пустяками, мельче кунжутного зёрнышка. Однако сейчас он слушал их с неподдельным интересом.
Это невольно заставило его вспомнить слова Цзянь Вэньсинь: «Небеса и земля слишком далеки. Быть муравьём, припавшим к земле, тоже не так уж плохо».
Ли Цие горько усмехнулся. К сожалению, он не мог быть просто мирным муравьём. Он был тем самым беспокойным муравьём, который вознамерился растоптать слона!
Окружить себя внуками, купаться в роскоши и почёте — если бы Ли Цие захотел, он мог бы вести такую счастливую жизнь. Но, увы, не в этом заключались его стремления. В мире не было силы, способной остановить его поступь.
В конце концов Ли Цие отбросил лишние думы, лишь легко улыбнувшись своим мыслям. Прошлое и будущее на миг слились в этой улыбке.
— Тук… тук… тук… — послышались чьи-то шаги. Походка была лёгкой и быстрой. Спустя мгновение в зал поднялись двое — взрослая женщина и маленькая девочка, по виду — мать и дочь. Они торопливо прошли в самый неприметный угол и сели, женщина заказала пару простых блюд.
Ли Цие бросил на них мимолётный взгляд. Женщине на вид было около тридцати лет, она была совсем молодой. На ней были простые холщовые одежды, а на груди была приколота маленькая белая точка — цветок. На лице не было ни грамма косметики.
Её одежды были весьма широкими, а капюшон натянут на голову так низко, что почти полностью скрывал лицо от посторонних глаз.
Несмотря на простоту наряда и отсутствие украшений, скрыть её природную красоту было невозможно. Ясные глаза, напоминающие осенние воды, брови, словно нарисованные тушью — в её облике сквозило очарование, смешанное с едва уловимой томностью.
Она была по-настоящему прекрасна, а её фигура была великолепна. Даже мешковатая одежда не могла утаить соблазнительных изгибов тела. Очарование зрелой женщины было очевидным; она напоминала спелую, налившуюся соком виноградину, которую так и подмывает сорвать и попробовать на вкус.
Женщина была крайне насторожена. Сев за стол, она быстро огляделась и тут же низко опустила голову, ещё сильнее натянув капюшон, словно желая окончательно спрятаться.
В отличие от матери, её дочь вела себя куда смелее. Девочке было лет шесть-семь. Её большие круглые глаза сияли умом и любопытством. Она была похожа на изящную куколку, выточенную из нефрита; было ясно, что когда она вырастет, то станет неописуемой красавицей.
Устроившись рядом с матерью, малышка с интересом принялась разглядывать всё вокруг. Казалось, она редко бывала в столь людных местах, и всё — от обстановки до людей — вызывало у неё восторг.
Заметив, что Ли Цие наблюдает за ними, девочка ничуть не испугалась. Напротив, она грозно зыркнула на него и даже шутливо погрозила маленьким кулачком.
Мать тут же притянула её к себе, тревожно огляделась и поправила капюшон. Было видно, что она сильно нервничает.
В этот момент снаружи раздался шум и крики. Послышался топот копыт и грохот колесниц. В мгновение ока гостиница оказалась в плотном кольце окружения.
— Что происходит? — услышав суету снаружи, посетители начали испуганно вытягивать шеи, пытаясь рассмотреть происходящее.
— Это люди из рода Вэньжэнь! — увидев воинов, оцепивших здание, многие побледнели от страха.
Сидящая в углу женщина тоже изменилась в лице. Она мгновенно прижала дочь к себе, пряча её за своей спиной.
— Тук… тук… тук… — по лестнице загремели уверенные, тяжёлые шаги. Спустя мгновение в зал ворвались несколько десятков человек.
Все пришедшие были облачены в дорогие шёлковые одежды. Возглавлял их молодой человек в роскошном наряде. У него была величественная осанка, он был статен и красив. Его глаза светились умом, а на лице играла солнечная, приветливая улыбка, располагающая к себе.
— Юный господин, что… что случилось? Разве моё заведение чем-то прогневало вас? — управляющий гостиницей, увидев юношу, задрожал от страха и поспешил принести извинения.
— Нет, это не касается вашего заведения, — юноша обвёл зал взглядом, который в конце концов остановился на женщине в углу. Затем он обратился ко всем присутствующим: — Господа, сегодня роду Вэньжэнь нужно уладить одно личное дело. Прошу всех на время покинуть зал. Сегодня Вэньжэнь Цзяньши угощает всех за свой счёт!
С этими словами юноша вложил в руку управляющего увесистый золотой слиток.
Лицо того мгновенно расплылось в улыбке, и он больше не смел возражать. Что же касается гостей, то никто не решился перечить. Все начали поспешно уходить, не желая задерживаться ни на секунду.
Вэньжэнь Цзяньши был старшим сыном в роду Вэньжэнь, а их семья была полновластным хозяином города Вэнь. В этих краях не нашлось бы безумца, который не проявил бы почтения к роду Вэньжэнь и их старшему наследнику.
Вскоре в зале остались только Ли Цие и та самая пара — мать с дочерью. В гостинице воцарилась тишина.
Ли Цие вёл себя так, словно ничего не произошло. Он всё так же неспешно потягивал доброе вино и закуривал, лениво поглядывая в окно на прохожих.
— Друг мой, сегодня Вэньжэнь Цзяньши угощает. Не сочти за труд, не мог бы ты тоже удалиться? — вежливо произнёс Вэньжэнь Цзяньши, глядя на Ли Цие, который продолжал в одиночестве наслаждаться трапезой.