Глава 1852. Род Дунгун
В одно мгновение взоры множества людей обратились к Ли Цие. Те, кто не знал предыстории, терялись в догадках: как этот обычный на вид человек умудрился до такой степени враждовать с родом Дунгун?
И хотя подробности были известны не всем, глядя на Дунгун Чжэна, который сейчас напоминал побитую дворнягу, каждый понимал: наследник рода потерпел от рук Ли Цие сокрушительное поражение.
Стоя перед высокими воротами поместья рода Дунгун, Ли Цие слегка улыбнулся и произнёс:
— Ты не станешь со мной считаться? Как красиво сказано. К несчастью, уже слишком поздно. У вашего рода Дунгун есть два пути: либо вы открываете ворота, сдаётесь и отдаёте всё своё имущество, либо я вхожу сам, и тогда кровь здесь потечёт рекой.
От этих слов Ли Цие у многих практиков, пришедших поглазеть на зрелище, перехватило дыхание. Род Дунгун хоть и пришёл в упадок, но всё же оставался великим орденом с родословной монарха! Их фундамент был невероятно крепок, а родовые земли находились под защитой благословения Великих Монархов, Бессмертных Королей и Высших богов. Даже мастеру уровня Небесного Дао было бы не так-то просто прорваться сквозь такую защиту, не говоря уже о представителях молодого поколения.
Слышать, как такой юнец, как Ли Цие, во всеуслышание заявляет о намерении уничтожить род Дунгун — это казалось верхом безрассудства. Его спесь была просто безграничной.
— Кто этот парень? Как он смеет нести такую чушь? — переглядываясь, недоумевали некоторые зрители.
— Это Ли Цие, Первый свирепый человек, — ответил один из гостей, недавно покинувших пир семьи Пэн. — Он уже во всеуслышание объявил, что сегодня перебьёт тысяч сто учеников рода Дунгун.
Разумеется, гость изрядно преувеличил — во всём роду Дунгун не набралось бы и десятой части от этого числа учеников.
— Тот самый Первый свирепый человек, что убил наследного принца Тяньхуана? — изумлённо переспросил кто-то. — Боги, да он просто безумец! Мало того что он средь бела дня расправился с принцем, так теперь ещё и грозится стереть с лица земли род Дунгун. Куда бы он ни пришёл, везде за ним тянется шлейф из трупов и хаоса.
— Ха, принц — это уже дела минувших дней! — многозначительно хмыкнул гость. — Буквально только что в поместье Пэн он превратил в кровавые лепешки самого Владыку-Императора Тяньхуана и их старейшину Линя. Правитель Тяньхуана пришёл отомстить за сына, а в итоге сам сложил голову.
— Что?! — эта новость повергла собравшихся в настоящий шок. — Невероятно! Неужели он совсем не боится навлечь на себя погибель всего рода? Ведь он убил тестя самого Цзинь Гэ!
— Да ему плевать на Цзинь Гэ. Он открыто объявил войну Роду Военного Императора и высказал полное пренебрежение к Роду Цянь, — продолжал нагнетать обстановку рассказчик, явно смакуя подробности.
— Он окончательно лишился рассудка… Объявить войну Роду Военного Императора и оскорбить Род Цянь? Он что, так страстно желает смерти? — эти слова заставили многих попятиться. В Тринадцати континентах вражда с Родом Цянь была самым страшным кошмаром, какой только можно представить.
— На что он надеется? На чью поддержку опирается, раз ведёт себя столь дерзко? Неужели он тоже выходец из ордена с родословной монарха? В Цинчжоу лишь Учение Сотянь и Город Дракона могли бы рискнуть и схлестнуться с Родом Военного Императора. Но никто никогда не слышал, чтобы в этих школах был такой ученик, — даже мастера сферы Небесного Дао, присутствовавшие в толпе, не могли разгадать истинную суть Ли Цие.
На первый взгляд в Ли Цие было всего несколько сотен доу энергии Хаоса. То, что такой мелкий практик смог убить Владыку-Императора Тяньхуана и бросить вызов величайшим силам мира, казалось чем-то за гранью логики и здравого смысла.
Пока толпа негромко спорила, Дунгун Чжэн, стоявший на крепостной стене, кипел от ярости и страха. Он действительно был напуган до смерти, иначе давно бы уже осыпал Ли Цие проклятиями.
— Ли… Ли, не смей переходить границы! — закричал Дунгун Чжэн. — Наш род Дунгун — это не мягкое тесто, из которого ты можешь лепить всё что угодно! Наш фундамент прочнее, чем ты можешь себе представить. Если наши Высшие боги вмешаются, ты труп! Будь благоразумен, убирайся прочь, и тогда мы забудем все обиды!
— С каких это пор Дунгун Чжэн стал таким покладистым? — удивились местные жители. В Запредельном Небесном Городе наследник рода Дунгун всегда славился своим скверным и заносчивым характером, а сейчас он явно пытался пойти на попятную.
Лишь те, кто видел бой в поместье Пэн, понимали: Дунгун Чжэн просто смертельно напуган. Несмотря на то что он прятался за высокими стенами, его воля была сломлена.
— Нет, это я проявляю милосердие, давая вашему роду шанс, — усмехнулся Ли Цие. — Если бы я действительно решил «перейти границы», ты бы сейчас даже не стоял на этой стене. У тебя всё ещё есть время увести из дома женщин и детей. Поторопись, иначе потом не вини меня в том, что я не проявил жалости.
От этих слов Дунгун Чжэн снова затрясся от гнева:
— Паршивец, не будь таким самонадеянным! Стоит тебе сделать хоть шаг на территорию нашего рода, и наши Высшие боги сотрут тебя в порошок!
Всем было ясно, что слова Дунгун Чжэна — лишь пустая угроза. Многие знали, что в роду Дунгун больше не осталось по-настоящему великих мастеров.
Их Великий Монарх пал под ударом Небесной кары. Высшие боги, которыми когда-то славился их род, либо погибли, либо бесследно исчезли. Последний из них, Высший бог Гунчэн, был сражён Высшим богом Тасином из семьи Пэн. Сейчас Дунгун Чжэн просто пытался пустить пыль в глаза, надеясь на громкие титулы предков.
— Высшие боги? — Ли Цие рассмеялся. — Я как раз искал достойную закуску к вину. Если в вашем роду и впрямь завалялся лишний Высший бог, забить его на ужин будет в самый раз.
Люди в толпе переглянулись. Хвастовство этого юноши переходило все границы. В глазах любого практика Высший бог был величественным существом, а Ли Цие говорил о них так буднично, словно речь шла о домашнем скоте. Столь запредельная дерзость заставляла сердца свидетелей трепетать.
— Огонь! — внезапно взревел Дунгун Чжэн. Всё это время он лишь тянул время, давая ученикам возможность подготовить божественные самострелы.
— Свист! Свист! Свист!..
В одно мгновение небо почернело от тучи стрел, обрушившихся на Ли Цие неистовым потоком.
Это были не обычные стрелы. Каждая из них была выкована из крошечных фрагментов законов. Когда такой рой обрушивался на цель, стрелы не просто летели вперёд — они блокировали пространство вокруг жертвы, лишая её всякой возможности уклониться. Но самым страшным было то, что миллионы этих стрел били в одну точку. Какой бы крепкой ни была защита, под таким сосредоточенным огнём она должна была рассыпаться в прах.
Это были снаряды, лично созданные Высшим богом, и их мощь была ужасающей. Даже мастер сферы Небесного Дао не смог бы долго выдерживать такой обстрел, если только у него не было Комплекта Истинного Бессмертного или артефактов Великого Монарка.
Ли Цие взирал на чернеющее небо с полным спокойствием. Когда стрелы уже были готовы вонзиться в него, он небрежным жестом подбросил в воздух небольшую вещицу.
Раздалась серия резких щелчков: «Крак! Крак! Крак!..» В мгновение ока этот предмет начал стремительно перестраиваться и расширяться, превращаясь в высокую божественную стену прямо перед Ли Цие.
Артефакт, который Ли Цие достал, изначально выглядел как маленький трехцветный шарик размером с жемчужину. Он не казался ни металлическим, ни деревянным; три цвета переплетались в нём так причудливо, словно он состоял из миллиардов микроскопических пластинок.
Стоило Ли Цие подбросить этот шарик, как тот начал менять форму, подобно самособирающемуся конструктору. Скорость трансформации была поразительной: из крошечной бусины он за долю секунды превратился в несокрушимую преграду.
«Дзынь! Дзынь! Дзынь!..» — звон металла о стену слился в бесконечный гул. Несмотря на всю ярость и остроту стрел законов, они не смогли оставить на божественной стене даже царапины.
Стрелы законов были выдающимся оружием, но предмет, который Ли Цие так легко пустил в ход, был куда более грозным. Этот артефакт назывался «Восемнадцать Вспышек Прародительского Древа». Он был создан из тел трёх Прародительских древ с Земли Предков и закалён в пламени мириад законов неба и земли. Его мощь была поистине безграничной, в нём заключалась сила сразу трёх древних гигантов.
— Свист! Свист! Свист!..
Раздался очередной свист. Поняв, что первая атака провалилась, ученики рода Дунгун выпустили новую волну. На этот раз туча стрел, подобно рою саранчи, внезапно изменила траекторию в воздухе. Описав широкую дугу, стрелы ускорились и с невероятной силой ударили Ли Цие в спину, намереваясь превратить его в решето.
«Крак! Крак! Крак!..» — вновь послышался звук механической перестройки. В одно мгновение «Восемнадцать Вспышек Прародительского Древа» превратились в исполинский щит. Он стал похож на огромный перевёрнутый котел, который полностью накрыл Ли Цие, создав абсолютную защиту со всех сторон.
«Бам! Бам! Бам!» — стрелы бессильно бились о поверхность щита, не в силах преодолеть его сопротивление.
Как бы яростно ни стреляли божественные самострелы рода Дунгун, они не могли пробить эту уникальную и причудливую оборону.
Следует знать, что этот артефакт был выкован из самой сути тел трёх Прародительских древ. Он не только обладал их сокрушительной силой, но и унаследовал их легендарную прочность. Тело такого существа, как Прародительское древо, могло выдержать атаки даже на уровне Бессмертного Монарха!
Для такой защиты самострелы Высшего бога были не более чем детскими игрушками.
В каком-то смысле «Восемнадцать Вспышек Прародительского Древа» были даже удобнее в использовании, чем оружие Великих Монархов или Бессмертных Королей. Будучи созданными из чистой жизненной силы древ, они не требовали от владельца сложных техник или колоссальных затрат энергии Хаоса для активации. Ли Цие уже давно запечатлел на артефакте свою глубокую метку, и теперь «Восемнадцать Вспышек» были словно продолжением его собственного тела, повинуясь малейшему движению его воли.