Глава 2035. Постижение тайн Пути

Услышав слова Ли Цие, Тао Тин не удержалась от любопытства:

— Мы и впрямь пришли сюда только ради чаепития?

На самом деле она очень мало знала о Чайном саде, ведь это было её первое в жизни чайное собрание.

— Речь идёт о постижении Пути, — с улыбкой пояснил Лю Цзиньшэн, решив проявить доброту и дать совет. — «Чаепитие» и «постижение Пути» неразрывно связаны, это место идеально подходит для медитации. На самом деле Академия открывает сад именно для того, чтобы студенты могли вникнуть в суть законов мироздания. Как и сказала фея Мэй, это земля Великого Пути, полная таинств. Подобная возможность выпадает лишь раз за всё время обучения, и её нужно ценить. Опускаться до поисков сокровищ или выкапывания редких трав здесь — значит упускать главное.

— Дедушка Лю, а вы бывали в Чайном саду раньше? — спросила Тао Тин, поражённая тем, насколько хорошо старик во всём этом разбирается.

Лю Цзиньшэн не ответил, лишь загадочно улыбнулся, но выражение его лица в этот миг было крайне сложным и многогранным.

Вскоре Ли Цие и его спутники подошли к подножию одной из гор. Пик был величественным и массивным, его вершина терялась высоко в облаках. Стоя перед этой громадой, невольно чувствовалось, будто путь преградила божественная гора, которую невозможно ни обойти, ни перелезть.

На самой вершине росло исполинское дерево. Его густая крона тихо шелестела на ветру, а листья отливали чистым серебром. Издалека оно походило на железное изваяние, усыпанное драгоценными серебряными цветами — зрелище было по-настоящему захватывающим.

— Говорят, это и есть то самое серебряноцветное железное древо! На его корнях растут серебряные грибы — редчайшее сокровище. Если добавить их в лекарство, можно значительно укрепить свою культивацию!

У подножия уже собралась внушительная толпа студентов. Здесь были как гении из Дома Монархов и Святого института, так и любопытные ученики из Байтана.

Один из студентов Дома Монархов, взмыв в воздух, активировал Небесное Око. Вглядевшись в крону и корни дерева сквозь туман, он сглотнул слюну и воскликнул:

— И впрямь! Похоже, на это дерево уже очень давно никто не забирался, корни буквально усыпаны серебряными грибами. Эх, если бы только удалось подняться туда! Из них вышла бы отличная порция пилюль, которая разом добавила бы мне десять лет тренировок!

— Жаль, что здесь нет Юного Монарха Шести Мечей или Божественного сына Секты Размышлений, — с досадой произнёс другой ученик, глядя на манящие грибы. — Будь они здесь, у них был бы шанс взойти на вершину и собрать урожай.

Студент из Святого института покачал головой:

— Юный Монах и Божественный сын уже отправились за чаем Великого Пути, грибы их не интересуют. Хоть это и редкость, но такие ордены, как Секта Размышляющих Богов, в подобных вещах нужды не знают. Им подавай только чай Великого Пути.

Толпа студентов толпилась у подножия, пуская слюни на сокровища, но подняться никто не мог. Стоило кому-то ступить на склон, как он тут же соскальзывал обратно. Гора была подобна скользкому камню в бурном потоке, а сами студенты — воде, которая никак не могла зацепиться за поверхность.

— Смотрите, наставник пришёл! О, это же Жестокий наставник… то есть, наставник Ли и фея Мэй!

Появление Ли Цие вызвало немалое волнение. После расправы над Е Мяосюэ его слава гремела по всей академии, и за глаза ученики теперь называли его не иначе как «Жестокий наставник».

Студенты тут же расступились, освобождая путь. Сам по себе Ли Цие выглядел слишком заурядно, чтобы привлекать внимание, но его статус наставника заставлял многих трепетать от страха. Единственной, кто по-настоящему приковывал к себе все взгляды, была Мэй Суяо.

Подобная бессмертной фее, она шла с такой легкостью и изяществом, что сердца студентов замирали. Куда бы она ни направилась, она невольно заставляла людей влюбляться в себя с первого взгляда. Многие адепты совершенно потеряли голову от её красоты.

— Фея Мэй… — некоторые ученики Дома Монархов не удержались и поспешили поприветствовать её.

Мэй Суяо вела себя совершенно непринужденно, отвечая на приветствия лишь легким кивком, не вступая в долгие беседы.

— Серебряноцветное железное древо — и впрямь неплохая вещь, — Ли Цие мельком взглянул на гору и обратился к Тао Тин. — Поднимайся. Тебе нужны не грибы, а само место для медитации. Путь этого дерева звонок и тверд, словно металл и камень. Если сможешь постичь хоть малую его часть, это принесет тебе неоценимую пользу в будущем.

— Я… я? Но разве я смогу подняться? — растерялась Тао Тин. Видя, что даже гении из Дома Монархов и Святого института пасуют перед горой, она, простая ученица Байтана, совершенно потеряла уверенность в своих силах.

Ли Цие посмотрел на неё и тихо вздохнул:

— Что ж, на этот раз я помогу тебе. Но помни: путь Дао бесконечен, и в будущем тебе придётся полагаться только на собственные усилия.

С этими словами он протянул руку к горному пику.

Раздался оглушительный рокот. Стоило руке Ли Цие шевельнуться в сторону горы, как серебряноцветное железное древо мгновенно отозвалось, выбросив потоки ослепительного серебряного сияния. Этот свет закрыл собой небо и землю, выстроив перед Ли Цие несокрушимую преграду, которую, казалось, невозможно преодолеть.

Послышался резкий хруст ломающегося пространства. Рука Ли Цие была подобна неостановимой силе; он буквально разорвал завесу серебряного сияния, словно ветхую ткань. Прежде чем окружающие успели опомниться, Ли Цие подхватил Тао Тин и одним точным движением забросил её на вершину горы, поставив прямо под серебряное дерево.

— Медитируй прилежно. Я помогаю тебе сейчас, но не смогу помогать вечно, — приказал он ей.

Оказавшись на вершине, Тао Тин всё ещё не могла прийти в себя от испуга. Такая невероятная удача свалилась на неё столь внезапно, что в обычные дни она не посмела бы о таком даже мечтать.

Услышав приказ Ли Цие, она сделала глубокий вдох, усмиряя дрожь в сердце. Сев в позу лотоса и прикрыв глаза, она погрузилась в созерцание. Сейчас ей было не до редких серебряных грибов; она беспрекословно следовала указанию наставника, стараясь постичь законы Пути.

Увидев это, многие студенты были глубоко потрясены. До этого они слышали об избиении Е Мяосюэ и втайне считали, что Ли Цие просто пользуется своим положением, чтобы обижать слабых. Но теперь, когда они своими глазами увидели, как он голыми руками разорвал мощнейшую защиту горы, до них наконец дошло: наставник Небесной Академии Богов не может быть слабым по определению.

— Пойдемте, — Ли Цие взглянул на вошедшую в транс Тао Тин, удовлетворенно улыбнулся и, развернувшись, повел Мэй Суяо и Лю Цзиньшэна прочь.

— Какая жалость! Забраться на такую гору и вместо того, чтобы собирать серебряные грибы, просто сидеть там с закрытыми глазами! — сокрушались некоторые студенты. — Это же вопиющая трата шанса, медитировать можно где угодно!

— Эх, пойдемте отсюда, поищем другое место, — студенты, так и не сумевшие покорить пик, один за другим начали расходиться.

Весь Чайный сад бурлил: ученики носились в поисках артефактов и лекарственных трав, и лишь считанные единицы находили в себе силы остановиться для медитации. Большинство считало, что на постижение Пути у них будет вся жизнь, а вот шанс разбогатеть в саду выпадает лишь раз.

Наставники Академии не вмешивались в их выбор. Для Небесной Академии Богов роль учителя заключалась лишь в том, чтобы подвести ученика к дверям, а какой дорогой тот пойдет дальше и к чему придет — зависело исключительно от воли и стараний самого студента.

Истинная цель проведения чайного собрания заключалась в том, чтобы предоставить ученикам это благодатное место, где само небо и земля способствовали озарению. Но если кто-то из них хотел лишь выкапывать духовные лекарства и пилюльные травы, Академия не видела смысла их останавливать — это был их собственный выбор и их упущенная возможность.

Именно за такую свободу и возможность разделить общие блага студенты, особенно выходцы из простых семей, так ценили Небесную Академию Богов. Здесь никто не диктовал им волю, но и выгода зависела только от личных способностей.

Будь это какой-нибудь великий орден или царство, доступ в подобную Святую Землю получили бы только высшие мастера, а Академия щедро открыла двери для всех.

Чайный сад был открыт, и многие студенты уже набивали карманы добычей. Особенно преуспели те, кто следовал за Юным Монархом Шести Мечей и Божественным сыном Секты Размышлений — их покровительство приносило немалые плоды.

В конце концов Юный Монах и Божественный сын подошли к очередной горе. Там уже собралось немало талантливых учеников из Дома Монархов.

Весь склон был окутан густым туманом, сквозь который на самом хребте виднелось древнее чайное дерево. Оно было очень старым; его толстая кора в местах трещин напоминала грубую чешую дракона. От этих трещин исходил тонкий, едва уловимый аромат чая.

На ветвях дерева росли пучки молодых побегов. Листочки в них тесно прилегали друг к другу, образуя некое подобие многоярусных облачных башен — зрелище было по-настоящему чудесным.

Но самым удивительным был цвет — нежно-золотой, будто это были не листья, а тончайшие пластины из чистого золота. Вокруг каждого такого побега вились крохотные нити законов. В движении они походили на бессмертные нити или парящие в воздухе пушинки, наполняя листья невероятной духовной энергией.

Причем каждый пучок листьев отличался от другого. На самых нижних ветвях вокруг каждого листа вилась лишь одна тонкая, как волосок, нить законов. Уровнем выше — по две нити, на третьем ярусе — по три…

Так продолжалось до самой вершины, где на самом кончике верхней ветви рос лист, окруженный сразу двенадцатью мерцающими нитями законов.