Глава 2038. Провокация
— Жестокий наставник… — Юный лорд Зонтянь холодно хмыкнул. — Быть наставником и прибегать к насилию… Как вообще такой человек имеет право зваться учителем?
— Тсс, брат Зонтянь, потише, — поспешил напомнить Божественный сын Секты Размышлений. — Всё-таки он наставник академии.
Взгляд Юного лорда Зонтяня стал острым, как мечи; от него исходила подавляющая аура, внушающая трепет. Юноша холодно произнёс:
— И что с того, что наставник? Даже будучи учителем, нельзя творить в академии всё, что заблагорассудится. Хм, если понадобится, я обязательно подам жалобу наставнику Ци Хану и другим учителям академии. Разве можно позволять кому-то портить нравы в этих стенах?
— Эта затея брата Зонтяня весьма недурна, — похвалил Юный Монах Шести Мечей, услышав эти слова.
Всем было известно, что Юный лорд Зонтянь пользуется особым расположением Ци Хана, «Короля среди юношей», и наличие такого покровителя в Небесной Академии Богов давало ему преимущество, которого не было у других студентов.
Тот же Божественный сын Секты Размышлений подумывал подать жалобу на Ли Цие, но понимал, что влияния их собственного предка недостаточно. Предок Секты Размышляющих Богов вряд ли смог бы сместить наставника академии. Для этого потребовалось бы вмешательство их Бессмертного Короля, но даже он, будучи наследником ордена, не мог гарантировать, что монарх снизойдёт до такой просьбы.
Слова Юного лорда Зонтяня открыли перед Юным Монахом и Божественным сыном новый путь. Если жалоба поступит изнутри самой Небесной Академии Богов, Ли Цие точно несдобровать, ведь Ци Хан занимал в иерархии академии одно из ключевых мест.
— Хм, этот Ли слишком заносчив. Он изувечил княжну Е только из-за того, что их мнения разошлись. Мы обязаны проучить его, — подстрекал Божественный сын Секты Размышлений. Он понимал: если «Тройка избранных» выступит единым фронтом, это станет силой, способной пошатнуть чьё угодно положение в академии.
— Я бы и сам не прочь с ним встретиться, — холодно процедил Юный лорд Зонтянь, и в его глазах блеснул опасный огонёк.
— Кажется, я слышал, как кто-то упоминал моё имя, — раздался в этот момент небрежный, ленивый голос.
Обернувшись, студенты увидели неспешно идущего Ли Цие, за которым следовали Мэй Суяо и Лю Цзиньшэн. Движения Ли Цие были естественными, а каждый его шаг подчинялся особому, неуловимому ритму.
— Наставник идёт! — выкрикнул кто-то из учеников. Окружающие тут же притихли. Прозвище «Жестокий наставник» прочно закрепилось за Ли Цие, и после того как весть об искалеченной Е Мяосюэ разлетелась повсюду, сердца многих студентов уходили в пятки при виде его. Никто не хотел навлекать на себя гнев такого человека.
Лица Божественного сына Секты Размышлений и Юного Монаха Шести Мечей помрачнели. Несмотря на статус Ли Цие, с которым они не могли открыто враждовать, в их душах кипела ярость и жажда мести. Они лишь ждали подходящего момента.
Подойдя ближе, Ли Цие окинул студентов ленивым взглядом и весело произнёс:
— О, все в сборе! Кажется, я не ослышался? Вы тут совещались, как бы посильнее меня взгреть? Знаете, в последнее время у меня прямо руки чешутся, так что если кто-то хочет меня поколотить — милости прошу, я буду только рад.
Студенты лишились дара речи. Такого непедагогичного наставника они видели впервые. Сначала он до полусмерти избивает Е Мяосюэ, а теперь открыто провоцирует учеников на драку — Ли Цие по праву мог считаться самым странным учителем в истории академии.
Юный Монах Шести Мечей и Божественный сын Секты Размышлений лишь недовольно хмыкнули. Наличие у оппонента статуса учителя связывало им руки, и им оставалось только бессильно злиться.
— Если у вас есть какие-то претензии, не стесняйтесь, говорите прямо в лицо, нечего шептаться за спиной, — с улыбкой продолжил Ли Цие, игнорируя их кислые мины. — Я человек широких взглядов и всегда готов выслушать чужое мнение.
Ученики переглядывались. Никто не хотел нарываться на неприятности, и взгляды большинства невольно обратились к Юному лорду Зонтяню. В этой толпе только он обладал достаточным весом, чтобы бросить вызов наставнику.
Оказавшись в центре внимания, Юный лорд Зонтянь был вынужден выступить вперёд — в конце концов, только что он говорил весьма уверенно.
— Мы глубоко уважаем учителей академии за их нелёгкий труд и самоотдачу, — холодно начал он. — Однако есть те, кто своим поведением порочит звание наставника. Такие люди не заслуживают нашего почтения и не имеют права нас учить!
Эти слова были произнесены с явным намёком; Юный лорд Зонтянь искусно использовал иносказание, чтобы ударить побольнее.
— О, стало быть, этот недостойный наставник — я, — Ли Цие ничуть не обиделся на завуалированное оскорбление. Напротив, он весело рассмеялся: — Знаешь, мне совершенно не нужно твоё уважение. Более того, ты и сам не дорос до того, чтобы быть моим учеником.
— Ты!..
Лицо Юного лорда Зонтяня вспыхнуло от гнева. Он пытался играть тонко, надеясь, что наставник либо возмутится, либо сделает вид, что не заметил колкости. Но Ли Цие не только открыто признал обвинение, но и ответил прямой грубостью, совершенно не заботясь о сохранении лица. Эти язвительные слова стали для гордого юноши хлёсткой пощёчиной.
— Ты ведь тот самый Юный лорд Зонтянь, верно? — Ли Цие посмотрел на него с лёгкой усмешкой. — Если хочешь бросить мне вызов — выходи и говори прямо, нечего ходить вокруг да около. Настоящий мужчина должен сражаться открыто. Уловки и интриги — это удел слабых, путь тех, кто боится. Истинный Путь воина — это просто вбить врага в землю.
Сделав глубокий вдох, Юный лорд Зонтянь с каменным лицом ответил:
— Не нужно читать мне нотации о Великом Пути. Если хотите меня поучать, для начала сами станьте достойным примером для подражания.
— Справедливо, — рассмеялся Ли Цие, ничуть не рассердившись. Он согласно кивнул: — Раз ты так ставишь вопрос, то ты и впрямь не стоишь того, чтобы я тратил на тебя слова.
От этих слов взгляд Юного лорда Зонтяня мгновенно заледенел, а его аура вспыхнула с новой силой. Он холодно произнёс:
— Наставник, я всегда чтил традиции и уважал старших. Но если вы сами ищете ссоры со мной, что ж… Я, Ван Сюаньцзи, готов принять ваш вызов.
В его голосе зазвучала властность. Остальные студенты с опаской смотрели на Ли Цие, но Ван Сюаньцзи чувствовал себя уверенно — его положение в Небесной Академии Богов было непоколебимым.
— Идёт. И сколько же ходов ты надеешься продержаться против меня? — небрежно поинтересовался Ли Цие с лёгкой улыбкой.
Ван Сюаньцзи на мгновение опешил. Он никак не ожидал, что Ли Цие согласится так легко и сразу. Юноша думал, что наставник начнёт увиливать или оправдываться, и тогда он сможет выставить его на посмешище перед всеми, но Ли Цие без колебаний принял бой.
Ван Сюаньцзи впервые столкнулся с таким учителем. Обычно педагоги старались сохранять достоинство и проявлять великодушие, не опускаясь до разборок с учениками. Ли Цие же полностью игнорировал правила приличия, что застало Юного лорда врасплох.
— Состязаться можно по-разному, вовсе не обязательно лезть в драку, — тихо шепнул на ухо другу Юный Монах Шести Мечей.
Он понимал: раз Ли Цие стал наставником в такой академии, он не может быть слабаком. И хотя Юный лорд Зонтянь уже стал Высшим богом с одним тотемом, прямой поединок мог обернуться не в его пользу.
— Мне всё равно — хоть силой, хоть умением, — холодно бросил Ван Сюаньцзи, вновь обретая уверенность. Как наследник Учения Вертикального Неба, он обладал не только мощными техниками, но и божественным оружием, что позволяло ему с одним тотемом бросать вызов Высшим богам с двумя или даже тремя тотемами.
— Раз так, давайте устроим литературный поединок, — вмешался Божественный сын Секты Размышлений, и его глаза хитро блеснули. — Путь Дао — это прежде всего талант. Чай Великого Пути прямо перед нами. Всем известно, что его сбор — это испытание понимания законов. Почему бы не сравнить ваши таланты в этом деле?
— Верно, отличная мысль! — подхватил Юный Монах Шести Мечей, у которого в голове мгновенно созрел план. — Наш наставник — самый выдающийся мастер Небесной Академии Богов. С точки зрения таланта, вряд ли кто-то в целом мире сможет с ним сравниться. Я уверен, что для наставника сорвать чай Великого Пути — пустяковое дело.
— Именно! — Божественный сын Секты Размышлений так и сиял. Они с Юным Монахом понимали друг друга с полуслова. — Раз наставник получил свою должность в столь юном возрасте, значит, его талант таков, что даже Святой Людей или «Король среди юношей» Ци Хан должны чувствовать стыд в его присутствии. Уж в сборе чая он точно с лёгкостью превзойдёт брата Зонтяня.
На первый взгляд Юный Монах и Божественный сын рассыпались в комплиментах, вознося Ли Цие до небес, но на деле они искусно расставляли для него ловушку.
Юный лорд Зонтянь, будучи их близким другом, мгновенно уловил суть их манёвра. Он понял, что был слишком горд, пытаясь идти напролом, тогда как избавиться от Ли Цие можно было гораздо изящнее.
— Это была лишь моя грубость, — с улыбкой произнёс Ван Сюаньцзи. — В стенах академии лучше состязаться в мастерстве, чем махать мечами. Наставник, как вы смотрите на то, чтобы сравнить наши успехи в сборе чая Великого Пути? Ваш талант не имеет равных, а я лишь посредственный ученик — мне с трудом удалось добыть несколько листков с восемью нитями. Думаю, при вашей силе и понимании Дао собрать три-пять десятков листьев с десятью нитями для вас не составит никакого труда…
— …Если наставник сможет добыть хотя бы тридцать или пятьдесят таких листьев, я тут же признаю своё поражение и склоню перед вами голову, — Юный лорд Зонтянь стал подчёркнуто вежлив и даже отвесил Ли Цие глубокий поклон. — Уверен, наставник заставит нас всех искренне восхититься своим мастерством. С его-то способностями какие-то пятьдесят листков с десятью нитями — сущая мелочь. Студентам сегодня несказанно повезло: мы своими глазами увидим божественное искусство нашего наставника!
Эти трое были не разлей вода. Юный Монах и Божественный сын заманили Ли Цие в ловушку сладкими речами, а Юный лорд Зонтянь вырыл для него глубокую яму, в которой они собирались похоронить его репутацию. Сорвать чай с десятью нитями само по себе было задачей запредельной сложности, а добыть тридцать или пятьдесят таких листьев было в тысячи раз труднее, чем взойти на небо.