Глава 2104. Путь мира
Когда появился второй Монарх-Владыка, невольно содрогнулось множество людей — основа Рода Цянь превзошла все ожидания.
Все знали, что Род Цянь, имеющий в своей истории девять Монархов, слывёт величайшим наследием Тринадцати континентов и обладает наибольшим числом Великих Монархов. Всем было известно, что фундамент Рода Цянь непостижим, но до сих пор никто не имел о нём чёткого представления.
Сегодня, увидев второго Монарха-Владыку, люди наконец осознали всю мощь Рода Цянь. Подумать только, за миллионы лет накоплений они смогли создать второго Монарха-Владыку — насколько же это пугающая сила!
— Даже если он уступает воплощённому телу, разница невелика, — прошептал один из Великих Монархов Небесной расы. — Если бы Род Цянь не сдерживали, кто в этом мире смог бы им противостоять? Кто посмел бы стать их врагом? Если так пойдёт и дальше, быть может, Род Цянь сможет объединить Тринадцать континентов!
Вид второго Монарха-Владыки Рода Цянь заставил многих похолодеть, включая представителей самой Небесной расы. Некоторые их Великие Монархи в глубине души даже испытали облегчение: возможно, присутствие Тёмного Ворона — это благо? По крайней мере, в мире есть кто-то столь устрашающий, кто способен подавить Монарха-Владыку и Род Цянь.
Если бы Тёмный Ворон, подобно тени, не кружил над Тринадцатью континентами, кто в подлунном мире смог бы противостоять Монарху-Владыке и Роду Цянь? Возможно, они уже давно поглотили бы Девять Миров и все остальные владения.
Кто знает, не будь давления со стороны Тёмного Ворона, Род Цянь давно бы установил единоличное правление над Тринадцатью континентами.
«Дзынь, дзынь, дзынь…» В этот момент раздался перезвон, похожий на звук доспехов, соприкасающихся с телом. Это было дивное, почти чарующее звучание. Когда мелодия доспеха заполнила пространство, вокруг второго Монарха-Владыки вспыхнуло бессмертное сияние, а небо заполнила бескрайняя водная гладь.
Эта гладь была столь необъятной, что могла бы поглотить сами Тринадцать континентов. Если бы поднялись волны высотой в триста миллионов саженей, они могли бы затопить мир и в одно мгновение погасить само солнце.
В этой безбрежной синеве высоко в небе застыла холодная луна, чей бледный свет, словно серебряный наряд, укрывал водную пучину.
Безграничное море и холодный лик луны — казалось, будто море ласково обнимает луну.
— Море обнимает луну! — воскликнул один из высокопоставленных Бессмертных Королей, наблюдавший издалека. — Истинно бессмертный комплект Монарха-Владыки! Один из пяти существующих в мире!
— Истинно бессмертный комплект! — Услышав это, многие задрожали от потрясения. Все взгляды устремились на доспехи Монарха-Владыки. Хотя о них ходили легенды, большинство присутствующих, включая Великих Монархов и Бессмертных Королей, видели их впервые.
Имя этого истинно бессмертного комплекта гремело веками, но мало кто знал его истинное название.
«Море обнимает луну» — так назывался этот комплект, и имя его отражало суть небесных законов, заключённых в нём.
Вид этих доспехов заставил многих невольно сглотнуть слюну, в сердцах людей разгорелась неистовая зависть.
Истинно бессмертных комплектов в мире было всего пять. Артефакты Бессмертного Монарха Мин Жэня и Короля Людей Шести Путей были утеряны, и лишь три оставались в этом мире. Какая же это редчайшая драгоценность!
Теперь стало ясно, почему Монарх-Владыка с самого начала не носил этот комплект — он всегда хранился в Роде Цянь, и лишь сейчас, в критический момент, второй Монарх-Владыка облачился в него!
«Клац!» — Монарх-Владыка в левой руке сжал гигантский щит. Он был подобен небу: стоило поставить его перед собой, как путь оказывался закрыт для любого врага. От одного лишь лёгкого содрогания щита содрогались звёзды на небосводе.
«Дзынь!» — В правой руке Монарх-Владыка держал небесный меч, закалённый в водах Небесной Реки. Он был огромен и ослепительно бел, а каждый взмах мог рассечь саму землю.
Этот щит и меч также являлись частью истинно бессмертного комплекта; ведь он состоял не только из одних доспехов!
— Поразительно. Род Цянь поистине бросает вызов небесам, — Древний бог Гуйфань громко рассмеялся, когда второй Монарх-Владыка преградил ему путь.
Когда Монарх-Владыка облачился в истинно бессмертный комплект, даже Древний бог Гуйфань помрачнел. — Облачённый в истинно бессмертный комплект и обладающий таким воплощённым телом… В этом мире мало кто сможет с тобой сравниться!
Даже столь непобедимый Древний бог, как Гуйфань, осознал всю опасность, увидев соперника во всеоружии.
«Грох!» — В это мгновение энергия крови Древнего бога Гуйфаня изверглась мощным потоком, двенадцать тотемов взмыли ввысь, превращаясь в бескрайний небосвод.
«Вжух!» — Его энергия крови начала расти и крепнуть, словно ожившее растение. Она стала настолько обширной и мощной, что, казалось, вот-вот разорвёт этот древний мир. Суммарная энергия крови всех Великих Монархов и Бессмертных Королей вместе взятых едва ли могла сравниться с этим океаном мощи.
— Родословная Короля Людей! — прошептал кто-то, видя, как растёт сила Древнего бога.
Вид родословной Короля Людей вызывал жгучую зависть у сотен рас. Это была бессмертная кровь предков, идущая от самого Короля Людей Шести Путей! Её мощь не уступала священной крови Богов, Демонов и Небожителей.
Родословная Короля Людей обладала высшими способностями к самовосстановлению и передаче знаний, и многие Бессмертные Короли мечтали заполучить её, но не могли.
— Смерть! — Гуйфань издал клич, сотрясая звёзды, и, подобно первобытному чудовищу, бросился на второго Монарха-Владыку. Сила его удара была столь ужасающей, что даже Великие Монархи и Бессмертные Короли почувствовали удушье. Титул Древнего бога был заслуженным — перед ним трепетали даже сильные мира сего.
«Бам!» — В тот же миг щит Монарха-Владыки преградил путь, мгновенно изолируя пространство и отсекая атаку Древнего бога.
«Грох!» — Мощнейший удар Гуйфаня пришёлся по щиту, подобно падению миллиардов звёзд. Взрывная волна была такова, что, казалось, она должна была стереть мир в порошок!
Тем временем Ли Цие, продолжая бороться с проклятием «Формулы Подавления Смуты», вступил в схватку с первым Монархом-Владыкой.
«Грох!» — Когда Монарх-Владыка нанёс удар, Изначальная Жизнь Ли Цие устремилась навстречу. Двенадцать законов переплелись, блокируя безжалостную атаку.
«Вжух!» — Высший Путь Монарха-Владыки развернулся во всей красе. Мощь Великого Монарха была неодолима, двенадцать Небесных мандатов кружились вокруг него, подавляя законы Девяти Миров и законы сущего.
Под давлением Высшего Пути Монарха-Владыки многие Великие Монархи и Бессмертные Короли почувствовали, как их собственные мандаты тускнеют, и были готовы пасть ниц в благоговении.
Когда Путь Монарха-Владыки раскрылся, в нём отразились тысячи судеб, суета человеческого мира, его скорби и богатства, но прежде всего — надежда.
Когда рождалась эта надежда, ничто в мире не могло ей противостоять. Это было самое сокровенное стремление всего живого. Сила этой надежды, казалось, была готова пронзить Ли Цие и пригвоздить его к земле.
— Ты называешь себя Высшим Монархом, но когда ты успел стать защитником всех живых существ? — расхохотался Ли Цие, взывая к ответному приёму: — Пятая Ночь: Есть Желания, Упадок Пути Мира! — В этот миг его Путь Семи Ночей раскрылся навстречу противнику.
Надежда — прекраснейшее из чувств, но стоит человеку поддаться желанию, как она расцветает пышным цветом, словно прекрасный, но дурманящий цветок.
Когда надежда превратилась в желание, возникла иллюзия шумного, яркого мира, где каждый терял своё «сердце Пути», ослеплённый мишурой и соблазнами.
Но цветы, достигнув пика расцвета, неизбежно вяли, и всё сущее погружалось в разложение и тьму.
«Ш-ш-ш…» В этом упадке надежда гасла, умирая и исчезая без следа.
Сила надежды Монарха-Владыки не смогла пронзить Ли Цие, захлебнувшись в собственном упадке.
— Сжалься над живыми! — голос Монарха-Владыки раздался из пустоты, перекрывая гул сражения, словно доносясь из вечности.
В тот же миг Монарх-Владыка выступил из гущи существ, излучая свет милосердия. Этот свет пронзил все времена и эпохи, принеся спасение миллиардам живых сущностей.
В одно мгновение жалкое, увядающее Дао Ли Цие было раздавлено мощью милосердия. Этот свет был повсюду, согревая сердца и возрождая надежду, которую Ли Цие пытался погасить.