Глава 2184. Чэнь Тайхэ
Пэн Чуцзюнь буквально вкатился в лагерь рода Чэнь, принадлежащего Верхнему подразделению. Как только он пересёк черту их расположения, силы окончательно оставили его, и он рухнул наземь. Он был тяжело ранен и, добравшись до союзников, фактически исчерпал последние крохи жизни, уподобившись стреле, чей полёт подошёл к концу.
— Спасите меня! — из последних сил выкрикнул Пэн Чуцзюнь, распластавшись на земле.
Поместье Пэн являлось побочной ветвью Верхнего подразделения, и на протяжении нескольких поколений их семьи были связаны узами брака. Хотя поместье Пэн не было самым могущественным союзником рода Чэнь, оно оставалось их верным вассалом. Сам Пэн Чуцзюнь водил давнюю дружбу с главой рода Чэнь и многими старейшинами, поэтому Верхнее подразделение не могло оставить его погибать на глазах у всех.
Как только Пэн Чуцзюнь рухнул в пыль, ученики рода Чэнь немедленно подхватили его и унесли вглубь лагеря для оказания срочной помощи.
В то же мгновение над лагерем Верхнего подразделения разнёсся резкий лязг металла. Под звон мечей и удары щитов отряды один за другим занимали свои позиции. Главные ворота, а также левый и правый фланги были мгновенно перекрыты тяжёлой конницей легиона Чэнь. За считанные секунды лагерь превратился в неприступную стальную крепость, которую, казалось, невозможно было взять штурмом.
Стало очевидно: спасая Пэн Чуцзюня, род Чэнь немедленно перешёл в состояние полной боевой готовности. Они вели себя так, будто перед ними стоял самый опасный враг в их жизни.
При виде этого зрелища зрители невольно затаили дыхание. Все взгляды метались между Ли Цие и ощетинившимся сталью лагерем.
Ли Цие лишь слегка усмехнулся и неспешно двинулся в сторону укреплений. Он шёл прогулочным шагом, не выказывая ни малейшего напряжения, но каждый его шаг, казалось, отзывался в сердцах свидетелей глухим ударом. По мере того как он приближался к лагерю, напряжение нарастало, и многие невольно сжали кулаки от волнения.
Вскоре Ли Цие оказался прямо перед воротами лагеря.
— Стой! — раздался громовой клич учеников рода Чэнь. Послышался лязг, и сотни длинных копий, сверкающих холодным блеском, мгновенно поднялись вверх, устремив свои острия на Ли Цие. Перед ним в одно мгновение выросли горы клинков и леса копий. Ряды лезвий теснились один за другим; казалось, всякому, кто рискнёт прорваться внутрь, придётся прокладывать себе путь через этот смертоносный стальной заслон.
Атмосфера вокруг лагеря рода Чэнь пропиталась жаждой крови и суровым духом войны, сковывающим движения.
Глядя на эту неприступную оборону, практики переглядывались в изумлении. Верхнее подразделение по праву считалось одной из четырёх величайших сил Безумного Двора, а род Чэнь был его надёжной опорой. Видя этот лагерь, любой мог убедиться в их истинном могуществе: они обладали достаточной силой, чтобы бросить вызов любому мастеру или ордену в этих землях.
— Достопочтенный, остановитесь! — выкрикнул один из учеников рода Чэнь, предостерегающе добавив: — Не совершайте ошибку, которая приведёт вас к гибели!
Несмотря на грозные слова, ученики были напуганы. Их нервы были натянуты, как струны, ведь они своими глазами видели недавнюю резню. Несколько тысяч бойцов поместья Пэн были истреблены Ли Цие за невероятно короткий срок, и у них не было уверенности, что они смогут сдержать этого свирепого человека.
Однако, в отличие от поместья Пэн, род Чэнь был во много раз сильнее. У них была надёжная опора — могущественные предки, составлявшие истинный фундамент и гордость их семьи.
Глухой и ритмичный топот копыт заставил землю вздрогнуть. Из глубины лагеря вылетел Чэнь Шувэй во главе двух отрядов тяжёлой конницы. Они стремительно пронеслись через ворота и преградили путь юноше.
Эти два кавалерийских крыла охватили пространство, подобно ласточкиным крыльям. И сам Чэнь Шувэй, и его бойцы были закованы в массивные доспехи, закрывавшие всё тело и оставлявшие открытыми лишь глаза.
Боевое облачение каждого воина сверкало холодным светом. С первого взгляда было ясно, что эти доспехи были выкованы из стократно закалённого истинного железа с добавлением драгоценных металлов. Их защита была невероятно мощной, и обычному мастеру было почти невозможно пробить такую броню.
Когда эти два отряда вырвались вперёд, они напоминали два неодолимых стальных потока, способных сокрушить любое препятствие на своём пути. Глядя на эту яростную и сокрушительную мощь, многие практики почувствовали, как в их душах поселяется страх.
Мощь рода Чэнь не была пустым звуком. Их легионы были закалены в сотнях сражений, покоряя врагов во всех четырёх сторонах света.
Чэнь Шувэй, возглавляя конницу, заблокировал дорогу Ли Цие. Воздух стал тяжёлым от гнетущего напряжения.
— Брат Ли, пожалуйста, остановитесь, — медленно произнёс Чэнь Шувэй. — Это военный лагерь, сюда нельзя врываться без спроса.
Ли Цие лишь мельком взглянул на Чэнь Шувэя и его стальных всадников. На его губах заиграла ленивая улыбка, и он спокойно произнёс: — Всего лишь кучка никчёмного хлама. И вы всерьёз думаете, что сможете меня остановить?
От этих слов многие присутствующие невольно втянули в себя холодный воздух. Подобное заявление звучало невероятно дерзко. Если бы Ли Цие не уничтожил поместье Пэн ранее, все в один голос назвали бы его безумцем, не знающим границ. Но теперь, после той кровавой бани, никто не смел перечить ему или насмехаться — его свирепость говорила сама за за себя.
Лицо Чэнь Шувэя мгновенно потемнело. Хотя их род и не был абсолютным лидером в Безумном Дворе, их легионы входили в пятёрку сильнейших армий Дао-наследия.
И теперь такая внушительная сила в устах Ли Цие оказалась обесценена до уровня «никчёмного хлама». Как мог Чэнь Шувэй, гордый наследник великого рода, стерпеть подобное оскорбление в адрес своих ветеранов?
Не только он, но и все всадники за его спиной в ярости уставились на Ли Цие. Эти люди проливали кровь на полях сражений и не раз смотрели смерти в лицо. Презрение юноши было для них хуже пощёчины.
— Достопочтенный, вы ведете себя слишком заносчиво, — тон Чэнь Шувэя стал ледяным. — Над каждым небом есть другое небо, а за каждым сильным мастером стоит ещё более могущественный. Неужели вы всерьёз считаете себя непобедимым в этом мире?
— «Над каждым небом есть другое небо»… Слова верные, — Ли Цие слегка улыбнулся. — Однако всё это — лишь пустые облака. Для меня всё просто: я и есть непобедимость! А вы для меня — действительно лишь никчёмный хлам.
Повторное оскорбление заставило Чэнь Шувэя и его людей задрожать от гнева. Они привыкли, что большинство мастеров и глав орденов склоняют перед ними головы, и такое вопиющее неуважение жгло их изнутри.
— Достопочтенный, прошу вас, уходите, — в этот момент раздался спокойный, но исполненный внутренней силы голос. Из глубины лагеря вышел старик. — Боюсь, сегодня род Чэнь не принимает гостей. Прошу, возвращайтесь.
Старик стоял прямо, напоминая крепкую сосну. Его аура была необычайной: седые виски, взгляд, острый, как молния, и величие, не требующее гневных криков. От него исходили волны силы Истинного святого, подобные могучему приливу океана.
— Это же глава рода Чэнь, старый министр! — выкрикнул кто-то в толпе, узнав прибывшего.
Многие практики преисполнились почтения, завидев его; некоторые даже отвесили низкий поклон. Перед ними стоял нынешний лидер семьи — Чэнь Тайхэ.
В прошлом он занимал пост военного министра Безумного Двора и ведал всеми делами Верхнего подразделения. Это был человек, обладавший колоссальной властью, и по совместительству отец Чэнь Шувэя.
Чэнь Тайхэ был не только влиятельным политиком, но и могущественным практиком. Он достиг великой стадии сферы Истинного святого и когда-то был одной из самых ярких фигур Безумного Двора, прежде чем отойти в тень, уступив дорогу сыну.
Его появление вызвало немалое удивление. Никто не ожидал, что Чэнь Тайхэ лично прибудет к горе Щербатого Зуба.
Стоит помнить, что при жизни покойный Монарх Безумного Двора, вероятно, был Истинным императором великой стадии. Чэнь Тайхэ, будучи Истинным святым великой стадии, находился на целый уровень выше правителя по рангу культивации.
Это наглядно демонстрировало его истинную мощь и то высокое положение, которое он занимал в иерархии Дао-наследия.
Что касается Ли Цие, то он никак не отреагировал на появление столь важной персоны. Лишь небрежно взглянув на старика, он безразлично произнёс: — Мне плевать, принимаете вы гостей или нет. Просто выдайте мне Пэн Чуцзюня, и я сделаю вид, что ничего не произошло.
От такого тона лицо Чэнь Шувэя перекосилось от злости, и он в ярости уставился на юношу. Чэнь Тайхэ же, повидавший на своём веку немало бурь, сохранил самообладание. Медленно покачав головой, он произнёс: — Достопочтенный, в убийстве нет великой чести, и там, где можно проявить милосердие, следует его проявить. Поместье Пэн уже потерпело сокрушительное поражение и заплатило сполна. Впредь они не посмеют враждовать с вами. Почему бы вам не даровать главе Пэн жизнь?
Слова Чэнь Тайхэ звучали вполне разумно, и все присутствующие невольно уставились на Ли Цие, ожидая его ответа.
— Я не нуждаюсь в советах, как мне поступать, — Ли Цие усмехнулся. — Когда жалкий муравей пытается указывать слону, что ему делать, это выглядит просто смешно. Мои правила просты: если вы не выдадите Пэн Чуцзюня, я сравняю ваш род Чэнь с землёй. Выбор за вами, решайте сами.
— Какая неслыханная дерзость! — на этот раз Чэнь Шувэй не выдержал первым и яростно вскрикнул, метая в Ли Цие грозные взгляды.
Не только он, но и все ученики рода Чэнь были вне себя от ярости. Угрожать стереть их с лица земли на глазах у всего мира — это был вызов самому их существованию. Такая открытая провокация жгла их сердца огнём гнева.
Однако Ли Цие совершенно игнорировал их ярость, лишь беззаботно улыбаясь в ответ.
Чэнь Тайхэ тоже посуровел. Глядя на юношу, он медленно произнёс: — Достопочтенный, вы заходите слишком далеко. Если вы намерены идти до конца и устроить резню, род Чэнь не станет сидеть сложа руки.
Для Чэнь Тайхэ было делом чести защитить Пэн Чуцзюня. В конце концов, поместье Пэн было их верным вассалом и союзником, связанным кровными узами.
Если сегодня они не смогут защитить Пэн Чуцзюня, кто из мелких орденов и кланов осмелится и дальше полагаться на них? Неспособность защитить собственного подчинённого означала бы крах их авторитета в Верхнем подразделении. Поэтому, чего бы им это ни стоило, они не собирались выдавать беглеца.