Глава 2316. Раскрошить

Услышав этот внезапно раздавшийся голос, многие невольно обернулись. Они увидели юношу, поднимавшегося по ступеням в окружении свиты из сильных практиков. Он держался крайне вызывающе, выпятив грудь и глядя на всех свысока, словно вокруг не было никого, достойного его внимания.

— Это посланник Чжоу, — вполголоса произнёс кто-то в толпе.

Этим юношей был Чжоу Чжикунь, выходец из Долины Долголетия. Прежде он был лишь заурядным учеником, но, сумев вовремя «пристроиться» к влиятельной особе, быстро пошёл в гору. Теперь его статус и положение в корне изменились — он стал официальным посланником.

Видя, как Чжоу Чжикунь решительно направляется к Ли Цие с явным намерением призвать того к ответу, многие озадачились. Особенно когда разнеслась весть о том, что Ли Цие тоже принадлежит к Долине Долголетия, недоумение в толпе только возросло.

Большинство присутствующих ещё ничего не знали о личности Ли Цие и уж тем более не ведали о событиях, произошедших в Долине Долголетия. Поэтому людям оставалось лишь гадать, какая вражда пробежала между Чжоу Чжикунем и Ли Цие.

К тому же, раз оба они были выходцами из одного ордена, они считались соучениками. Логично было предположить, что их отношения должны быть как минимум дружескими.

— Ну и что с того? — Ли Цие взглянул на разъярённого Чжоу Чжикуня с полнейшим безразличием, его тон оставался ровным и спокойным.

— Это ты убил моего младшего брата! — прошипел подошедший Чжоу Чжикунь. Его глаза сузились, а от всей фигуры исходила угрожающая, давящая аура.

— Не имею чести знать, — Ли Цие даже не удостоил его вторым взглядом.

— Мой младший брат — У Сяньи, один из посланников под началом Юного Монарха Му! — яростно выкрикнул Чжоу Чжикунь.

После этих слов многие в толпе переглянулись. Представители старшего поколения знали, что Чжоу Чжикунь переметнулся к Юному Монарху Му, а вслед за ним и его младший брат, У Сяньи, последовал тем же путём.

Теперь, когда Чжоу Чжикунь озвучил это, дело принимало совсем иной оборот. Кем бы ни был на самом деле У Сяньи, слова посланника означали одно: Ли Цие убил человека Юного Монарха Му и тем самым открыто бросил вызов самому Монарху.

— Не припоминаю такого, — Ли Цие пренебрежительно махнул рукой. — Я убил миллионы, если не десятки миллионов существ. С чего бы мне помнить всякую мелюзгу?

— Какая дерзость… — кто-то в толпе невольно показал большой палец, восхищаясь смелостью юноши. Многие втайне презирали Чжоу Чжикуня.

Ведь Чжоу Чжикунь был всего лишь рядовым адептом Долины Долголетия. Но стоило ему стать прихвостнем Юного Монарха Му, как он вмиг преобразился: начал пользоваться чужим могуществом, как лиса силой тигра, и вести себя так, словно он — пуп земли. Даже разговаривая с предками великих орденов и царств, он задирал нос до небес. У многих это вызывало глухое раздражение, но из страха перед Юным Монархом Му люди предпочитали не связываться с ним.

Лицо Чжоу Чжикуня мгновенно налилось багровым цветом. С тех пор как он стал посланником Юного Монарха Му, все оказывали ему почёт. Даже предки великих орденов вежливо величали его «племянник Чжоу», а тут какой-то выскочка из младшего поколения смеет в упор его не замечать!

— Фамилия Ли, ты, кажется, не понимаешь по-хорошему! — взревел Чжоу Чжикунь. — Убийство посланника — тягчайшее преступление! Когда Юный Монарх Му разгневается, ты не только лишишься жизни — даже твоей Долине Долголетия не найдётся места под небом!

— И откуда только берутся эти муравьи… — небрежно перебил его Ли Цие. — Какой ещё Му, какой Монарх? Жалкие букашки. Не стоит так размахивать лапками передо мной. Если испортишь мне настроение, я могу и весь твой хвалёный род Му искоренить под корень. Проваливай с глаз моих, пока у меня ещё нет желания убивать!

Стоило ему это произнести, как во Дворце Заблудших Бессмертных, где только что было шумно, воцарилась гробовая тишина. Все взгляды обратились на Ли Цие; у многих от изумления отвисли челюсти.

Слова Ли Цие прозвучали отчётливо и громко. Весь зал слышал его тираду, и люди просто не могли поверить, что кто-то осмелился на столь неслыханную наглость.

Если бы он назвал муравьём одного лишь Чжоу Чжикуня, многие бы втайне согласились. Даже некоторые предки считали Чжоу Чжикуня никчёмной козявкой, несмотря на его покровителя. С его-то куцым развитием он и впрямь был не более чем насекомым.

Но Юный Монарх Му — совсем другое дело. При одном упоминании его имени у многих на душе становилось тяжко, ведь он был из тех, кто спустился из Высшего царства. Предки, знавшие о могуществе клана Му «наверху», понимали, что это настоящий исполин, обладающий непревзойдённой силой, с которой не сравнится ни одно наследие в Мире Всеобщих Дао-Наследий.

И вот Ли Цие не только назвал Юного Монарха Му муравьём, но и во всеуслышание заявил, что уничтожит весь его род. Это было за гранью безумия. Во всём Мире Всеобщих Дао-Наследий никто не осмелился бы на такое, даже тот, кто уже стал Истинным Монархом.

Слова Ли Цие о том, что он «искоренит род Му под корень», прозвучали так буднично, что предки невольно переглянулись: «Он что, совсем с ума сошёл? Сказать такое при всём честном народе…»

— Наглец! — закричали практики, сопровождавшие Чжоу Чжикуня. — Глупый юнец, как ты смеешь оскорблять Юного Монарха Му?!

— Смерти ищешь, щенок! За очернение чести господина ты заслуживаешь тысячи смертей! — в ярости выкрикнул Чжоу Чжикунь.

Бам! — прежде чем Чжоу Чжикунь успел договорить, раздался глухой удар. Его тело с чудовищной силой отбросило назад и припечатало к стене Дворца Заблудших Бессмертных. Он прилип к камню, словно лист бумаги, не в силах даже шевельнуться.

Ли Цие лишь слегка разжал пальцы, и эта незримая мощь намертво прижала Чжоу Чжикуня к стене. Стоило Ли Цие чуть сильнее сжать кулак, как послышался сухой хруст ломающихся костей. Кровь мгновенно пропитала одежду несчастного посланника, окрасив её в ярко-алый цвет.

— А-а-а! — истошно закричал Чжоу Чжикунь. От ужаса его душа чуть не покинула тело.

— Ты что творишь?! — практики, пришедшие с Чжоу Чжикунем, вздрогнули от неожиданности. Они тут же выхватили мечи и сабли, с яростью уставившись на Ли Цие.

Ли Цие лишь холодно мазнул по ним взглядом. От этого взора по их спинам пробежал ледяной холод, по телу прошла дрожь, и все они, как один, невольно отступили на шаг.

Хоть они и хотели выручить Чжоу Чжикуня, в это мгновение их смелость как ветром сдуло. Непонятный, инстинктивный ужас сковал их движения, заставляя колени подгибаться.

В конце концов, они не были людьми Юного Монарха Му. Они просто хотели выслужиться перед Чжоу Чжикунем, надеясь на ответные услуги, и умирать ради этого сомнительного знакомства никто не собирался.

Свидетели этой сцены ошеломлённо переглядывались. Никто не ожидал, что Ли Цие перейдёт к делу без лишних слов, совершенно не считаясь с чувствами окружающих и не страшась статуса Чжоу Чжикуня.

«По-настоящему жестокий мастер…» — видя, что Ли Цие абсолютно наплевать на последствия и он действует исключительно по своей воле, многие почувствовали, как внутри всё сжалось. Таких свирепых людей встречаешь нечасто.

— Ты… ты… что ты собираешься делать? — пролепетал Чжоу Чжикунь, чувствуя дыхание Смерти. Его волосы на затылке встали дыбом.

— Да ничего особенного. Просто раздавлю одного муравья, — буднично отозвался Ли Цие. Его пальцы чуть сильнее сжались, и вновь раздался жуткий хруст — кости Чжоу Чжикуня крошились одна за другой. Кровь брызнула фонтаном, заливая всё вокруг.

— Я… я — посланник Юного Монарха Му! Если ты тронешь хоть один волосок на моей голове, тебе не будет места во всём мире! — истошно заверещал Чжоу Чжикунь.

Но он не успел закончить фразу — хруст ломающихся костей участился. Чжоу Чжикунь чувствовал, как его тело превращается в месиво. От дикой боли он побледнел как полотно и больше не смел проронить ни слова.

— Есть ещё что сказать? — Ли Цие продолжал давить, методично ломая его скелет. Чжоу Чжикунь был на грани безумия от боли и ужаса. Он понял, что наткнулся на истинного монстра, и в страхе замолк.

— Вот так-то лучше, — Ли Цие слегка улыбнулся и вкрадчиво произнёс: — Я оставлю тебе твою жалкую жизнь только ради одного: чтобы ты передал весточку своему так называемому Монарху Му. Скажи ему: пусть убирается туда, откуда пришёл, и ведёт себя потише. Если он не поймёт по-хорошему, я подвешу его собачью голову высоко в небесах над Миром Всеобщих Дао-Наследий.

— Это… это уж слишком самоуверенно… — услышав это, многие окончательно лишились дара речи и лишь озадаченно переглядывались.

Произнести такое при всём народе, открыто бросая вызов Юному Монарху Му… Это было равносильно объявлению войны.

— Он, должно быть, просто не понимает, кто такой этот Юный Монарх Му. Слишком бахвалится. Если бы он знал, насколько страшен клан Му, он бы и пикнуть не посмел, — вполголоса заметил один сильный практик.

— Ты… ты… — Чжоу Чжикунь никогда не был выдающимся мастером, и под таким давлением со стороны Ли Цие он окончательно струсил. Его дух был сломлен, он не мог даже членораздельно говорить.

— Ты передашь мои слова? — Ли Цие улыбнулся, и вновь раздался хруст ломающихся костей.

— А-а-а! — закричал от невыносимой боли Чжоу Чжикунь, мгновенно сбрасывая всю спесь. — Передам! Обязательно передам! Каждое слово передам!

В этот момент он напрочь забыл и о гордости, и о достоинстве. От его былой спеси не осталось и следа; он лишь униженно молил о пощаде.

— Вот и славно, — Ли Цие мягко улыбнулся. — Если же слова не дойдут до адресата, в следующий раз я просто сверну твою собачью шею. — С этими словами он разжал пальцы.

Глухо стукнуло — как только Ли Цие отпустил его, Чжоу Чжикунь мешком сполз по стене и повалился на землю. Он лежал в луже собственной крови, не в силах даже сесть, его тело было обмякшим и беспомощным.

Ли Цие небрежно отряхнул руки, даже не взглянув на него больше, и развернулся, чтобы уйти.

Следовавшая за ним Лин Симо не смела проронить ни звука. Она была настолько напугана, что у неё всё внутри похолодело — в конце концов, она была лишь маленьким человеком, никогда не видевшим ничего подобного.

Увидев, что Ли Цие спускается по лестнице, она не решилась оставаться там ни секунды и поспешно бросилась догонять его.

— Господин Чжоу! — как только Ли Цие скрылся из виду, многие подбежали к истекающему кровью Чжоу Чжикуню. Его осторожно подняли и принялись спешно залечивать его раны.

— Помогите… известите старейшину Фаня! — придя в себя, прохрипел Чжоу Чжикунь. В его глазах вспыхнула лютая ненависть, и он, стиснув зубы, добавил: — Я хочу просить старейшину Фаня вмешаться. Тот, кто посмел враждовать с Юным Монархом Му, не заслуживает прощения!

— Старейшина Фань тоже здесь? — услышав это, многие вздрогнули от неожиданности.

— Он где-то неподалёку. Скорее, позовите его! — не унимался Чжоу Чжикунь.

Присутствующие были не на шутку встревожены словами Чжоу Чжикуня.