Глава 2476. Преданность Лю Чуцин

Глядя в чистые, как горный источник, глаза Лю Чуцин, Ли Цие невольно расплылся в широкой улыбке и непринуждённо произнёс:

— А что, если я не смогу измениться? Что, если я по-прежнему останусь тем самым беспутным и порочным монархом? Если я так и буду куском грязи, который не удержится на стене? Что ты тогда предпримешь?

Услышав это, Лю Чуцин открыла было рот, желая возразить, но слова застряли в горле. Она на мгновение замолчала, а затем, низко склонив голову, едва слышно прошептала:

— Я… я буду очень стараться.

Глядя на эту почти наивную девушку, Ли Цие не смог сдержать улыбки. Она искренне заинтересовала его.

— Знаешь, — продолжал он, посмеиваясь, — если женщина хочет изменить мужчину, она прежде всего должна суметь привлечь его. Чтобы переделать меня, тебе нужно найти способ крепко привязать меня к себе.

Ли Цие сделал паузу, лукаво прищурился и добавил тоном искушённого соблазнителя:

— К примеру, я из тех людей, что питают слабость к писаным красавицам. Стоит мне увидеть прелестную девушку, как мои глаза загораются. Просить меня оставить былые привычки — задача не из лёгких. Не стану отрицать, ты очень красива, но если ты действительно хочешь, чтобы я остепенился, тебе придётся научиться прислуживать мне так, чтобы я и думать ни о ком другом не мог. Только тогда у тебя появится шанс удержать меня.

Ли Цие издал короткий смешок, и в его голосе проскользнули нотки лукавства и притворной порочности:

— Так что скажешь? Не пора ли тебе проявить всё своё рвение и показать, на что ты способна?

— Ты… ты… ты… — лицо Лю Чуцин мгновенно залилось пунцовой краской. От смущения её щеки буквально пылали. Она не смела поднять глаз на Ли Цие и, чувствуя одновременно досаду и робость, пробормотала: — Ты… как ты можешь так говорить?

Лю Чуцин была невинной девушкой. Её природная застенчивость в сочетании с такими двусмысленными речами заставляла её желать лишь одного — чтобы земля под ней разверзлась, и она могла провалиться сквозь неё, лишь бы скрыться от его взгляда. Она была и смущена, и раздосадована: Лю Чуцин и представить не могла, что Ли Цие позволит себе столь откровенные слова.

— А почему нет? — Ли Цие рассмеялся, отвечая с совершенно невозмутимым и уверенным видом. — Не забывай, раз уж ты пришла исполнить брачный обет, то отныне мы — супруги. А близость между мужем и женой — дело вполне естественное. Разве в этом есть что-то предосудительное?

— Я… я… я… — Лю Чуцин пыталась что-то сказать, но лишь беспомощно открывала рот. Будучи совсем неопытной в подобных делах, она не могла найти достойного ответа и явно проигрывала в этом споре Ли Цие.