Глава 2499. Все падите ниц

— Эх, кажется, я всё-таки плохой тиран, — Ли Цие покачал головой и вздохнул. — Настоящий, истинный тиран должен пить человеческую кровь, есть человеческое мясо и всё в таком духе. В конце концов, когда вы меня ненавидите, разве вам не хочется выпить моей крови, вырвать мои жилы и съесть мою плоть? Да, видно, до звания достойного деспота я пока не дотягиваю.

При виде полутора десятков трупов на земле у всех присутствующих мороз пошёл по коже.

— Боже мой, бежим! — наконец, кто-то не выдержал этой гнетущей атмосферы. Он взмыл в воздух, развернулся и бросился прочь.

— Уходим! — стоило одному дать пример, как остальные, напрочь забыв о достоинстве и чести, один за другим начали взлетать, стремясь скрыться в бегстве.

Вжик! Вжик! Вжик!..

Пока молодые гении пытались спастись, в воздухе просвистели каменные копья. Брошенные с невероятной силой, они неслись подобно молниям, будучи смертоносно точными.

— А-а-а!.. — в то же мгновение раздались душераздирающие крики. Брызнула кровь — один за другим молодые таланты падали с пробитой грудью. На месте ран зияли страшные дыры, из которых фонтаном била жизнь, пока их тела рухнули с высоты на камни.

В считанные секунды трупы усеяли землю. Те, кто пытался улететь, погибли мгновенно, не успев даже дёрнуться после падения.

— Не пытайтесь бежать! — видя, что все выходы перекрыты, а любая попытка взлететь пресекается каменными стражами, один из старых мастеров выкрикнул предупреждение.

Те молодые практики, что уже приготовились к прыжку, в страхе замерли на месте.

Бум! Бум! Бум!

В этот момент каменные стражи, блокировавшие выходы, начали движение. Тяжёлой поступью они шаг за шагом наступали на толпу, а их каменные копья зловеще поблёскивали холодным светом.

Видя неумолимое приближение исполинов, гости были вынуждены отступать. Кольцо сжималось всё сильнее, пока всех не прижали к самому подножию каменной лестницы, за которой на троне восседал Ли Цие.

— Что же нам теперь делать? — практики, сбившиеся в плотную кучу, окончательно потеряли голову. В отчаянии они смотрели на своих старейшин, ища у них защиты или совета.

Но даже эти могущественные мастера и предки древних родов сейчас были в растерянности. Они чувствовали себя совершенно беспомощными, понимая, что каменные стражи слишком сильны. Даже если они объединят усилия, им вряд ли удастся прорвать это окружение.

— Что делать? А что тут можно сделать? — Ли Цие, лениво развалившийся в каменном кресле, посмотрел на них с лукавой улыбкой. — Сейчас у вас нет иного выхода, кроме как пасть ниц перед вашим Монархом, заискивать передо мной и клясться в верности. Если вы будете пресмыкаться так усердно, что это доставит мне удовольствие, я, возможно, проявлю милосердие и подарю вам жизнь.

Слова Ли Цие прозвучали подобно грому среди ясного неба. В этот момент отчаяния он, казалось, указал им единственный путь к спасению.

Ещё недавно никто бы и гроша не дал за слова Ли Цие. Новый Монарх, лишившийся власти и поддержки, в их глазах был никем — пустым местом, не заслуживающим упоминания.

Но теперь гости лишь испуганно переглядывались.

— Да здравствует мой Монарх! Десять тысяч лет жизни, десять тысяч лет жизни, десять тысяч раз по десять тысяч лет! — наконец, один из молодых практиков не выдержал психологического давления. Его ноги подкосились, и он с глухим стуком рухнул на колени, совершая глубокий поклон. — Да будет мой Монарх непобедим в веках! Этот раб был слеп и глуп, молю, великий государь, пощадите мою никчёмную жизнь!

Стоило первому пасть ниц, как плотина рухнула. Психологическая защита многих была сломлена; один за другим практики и мастера начали опускаться на колени.