Глава 2817. Снова она
Дэн Жэньсэнь, Лу Шимао и остальные шли впереди, окутанные сиянием Света. Куда бы они ни направлялись, люди по обе стороны улицы спешили расступиться, что заставляло Чжао Цюши и других студентов Института Искупления чувствовать себя крайне неловко.
Это походило на то, как если бы в твой дом пришёл богач и начал всячески хвастаться своим достатком, попутно выражая неприкрытое презрение к твоей бедности. Подобное зрелище не могло не вызывать досады.
— Декан Ду, наш Институт Искупления является одним из великих заведений Академии Света, — произнёс Дэн Жэньсэнь, обращаясь к Ду Вэньжую на ходу. — Институт Искупления должен нести ответственность за распространение сияния, чтобы свет проникал в каждый уголок Города Искупления, озаряя сердца его жителей, побуждая их верить в свет и служить ему.
В словах Дэн Жэньсэня явно читался упрёк в адрес Ду Вэньжуя и его подчинённых за то, что они якобы не справляются со своими обязанностями.
Ду Вэньжуй лишь слегка улыбнулся, не став возражать Дэн Жэньсэню.
— Это обычные люди, они не совершают зла и не вынашивают тьму в сердцах. Они просто смертные, пытающиеся выжить. Почему они обязаны верить в свет и служить ему? — студенты Института Искупления, шедшие позади, чувствовали себя лишними в этой компании. Услышав поучения Дэн Жэньсэня, они ощутили ещё большее недовольство, и один из них не выдержал, решив возразить.
Дэн Жэньсэнь и его спутники вели себя так, словно были выше всех остальных, а жители города казались им какими-то подозрительными личностями, не заслуживающими доверия.
— В Академии Света полагается верить в свет. Не в тьму же нам верить? — прежде чем Дэн Жэньсэнь успел открыть рот, холодно бросил Лу Шимао. — Мы практикуем техники Света нашего Предка, придерживаемся его идеалов. Как члены Академии Света, мы обязаны преумножать его славу. Даже Город Искупления должен полностью находиться под сенью сияния.
— Глупо, — Ли Цие усмехнулся и покачал головой. — Разве всё, что не является светом, — это обязательно зло? У каждого живого существа есть душа, у каждого свои привязанности и своё сердце Пути. Кто сказал, что все в мире должны верить в свет? Сомневаюсь, что даже Святой Дальних Пустошей при жизни произносил нечто подобное. Спасение мира и сострадание к живым существам были лишь его личными стремлениями, но верить в него или нет — это свободный выбор каждого человека!
— Под небом свет должен сиять повсюду! — отрезал Дэн Жэньсэнь. — Всепроникающее сияние нужно для того, чтобы пресекать любые зачатки тьмы!
— Невероятная глупость! — рассмеялся Ли Цие, качая головой. — Навязывать людям свою доктрину силой — чем это отличается от методов самой тьмы?
— Ересь, сбивающая людей с толку! Тебя, ничтожного представителя Преступного рода, следует казнить! — Лу Шимао холодно хмыкнул, положив руку на эфес меча.
— Господа, это внутреннее дело нашего Института Искупления, и мы сами во всём разберёмся, — когда Лу Шимао уже готов был обнажить клинок, вмешался Ду Вэньжуй. С улыбкой на лице он добавил: — Не стоит вам об этом беспокоиться.
Слова декана заставили Лу Шимао замереть на месте. Он не решился пойти на открытый конфликт. Дэн Жэньсэнь же равнодушно произнёс: — Декан Ду, мы ведь стараемся ради общего блага.
— Я искренне признателен вам за вашу заботу, старейшина Дэн, — поспешно ответил с улыбкой Ду Вэньжуй.
Вмешательство декана помогло замять конфликт, но Лу Шимао и другие студенты из чужих академий стали смотреть на Ли Цие и остальных с ещё большим высокомерием.
Чжао Цюши и другие ученики Института Искупления были крайне недовольны таким отношением, но ничего не могли поделать. В этот момент им даже показалось, что Ли Цие, выходец из Преступного рода, духовно им гораздо ближе, чем эти «праведные» соученики.
После этой стычки они продолжали путь в молчании и вскоре добрались до Института Искупления.
Институт Искупления был крупнейшим и единственным учебным заведением в Городе Искупления. Большинство местных жителей, желавших встать на Путь, выбирали именно его.