Глава 2821. Демонизация

Глядя на Меч Искупления, Ли Цие слегка улыбнулся и произнёс:

— Меч и впрямь хороший, но оставлять его здесь — пустая трата сил.

— А что ещё остаётся? — Чжао Цюши лишь горько усмехнулся. — Никто не может его забрать, поэтому он и считается главным сокровищем нашего института.

Все знали, что Меч Искупления был личным оружием Основателя Академии Света. Трудно было даже представить, каким великим существом был Святой Дальних Пустошей: некогда его сияние озаряло весь Мир Трёх Бессмертных. Насколько же могущественным должен был быть его клинок!

Если бы кто-то смог завладеть этим мечом Прародителя, он обрёл бы невероятную силу — одним взмахом можно было бы усмирить всю поднебесную.

На самом деле, за миллионы лет бесчисленное множество студентов Академии Света мечтали заполучить Меч Искупления, но никто не смог даже просто поднять его, не говоря уже о том, чтобы унести с собой и объявить своей собственностью.

— Меч Искупления… — Ли Цие посмотрел на статую с опущенной головой. Хотя лица изваяния не было видно, он прекрасно знал, кто это. Если бы здесь оказался кто-то из Девяти Миров, видевший битву в Дальних Пустошах, он был бы потрясен, узнав в этой статуе того самого человека.

— Искупление… — уголок губ Ли Цие слегка приподнялся в едва заметной улыбке. — Какой же грех здесь искупается?

Чжао Цюши и другие студенты лишь промолчали в ответ; откуда им было знать? С самого рождения они знали лишь то, что город называется Городом Искупления, а учебное заведение — Институтом Искупления. О том же, какой грех нужно смыть, не знал никто; возможно, это было известно лишь самому Основателю — Святому Дальних Пустошей.

— Смывается грех таких отщепенцев, как вы! — внезапно раздался холодный голос. Кто-то яростно выкрикнул эти слова, стремительно приближаясь к ним.

— Это Лу Шимао! — увидев пришедшего, многие студенты Института Искупления вскрикнули от неожиданности и поспешно отступили на несколько шагов, стараясь держаться от него подальше.

Лу Шимао шел к ним, буквально дыша яростью. Студенты института провожали его недобрыми взглядами. Он не был их сокурсником — он и его товарищи лишь проходили здесь испытание и временно жили при институте.

Такие, как Лу Шимао, выходцы из других академий, в глубине души презирали учеников Института Искупления. Они считали себя существами высшего порядка, а местных — лишь потомками преступников и злодеев.

Именно по этой причине студенты института недолюбливали Лу Шимао и его компанию, хотя и не смели высказывать своё недовольство вслух.

— Мелкий ублюдок, живо во всём признавайся! — прорычал Лу Шимао, подлетая к ним. Его глаза были широко распахнуты и, казалось, метали молнии от гнева.

— Старший брат Лу, что произошло? — Чжао Цюши поспешил преградить ему путь, пытаясь разрядить обстановку. — Младший брат Ли все эти дни не выходил из своей комнаты, он никак не мог вас обидеть.

Чжао Цюши помнил поручение декана заботиться о Ли Цие и не мог допустить, чтобы Лу Шимао сорвал на нём злость.

— А ну пошёл прочь! — властно рявкнул Лу Шимао. — Сегодня я лично допрошу этого щенка!