Глава 2863. Падение

В этот момент Ли Цие слегка коснулся ножен и произнёс: — Меч мой, о мой верный меч… Ты уж постарайся и сруби это Верховное Древо. Ведь если ты не сможешь свалить даже какое-то дерево, то какой из тебя клинок? Будешь просто грудой ржавого железа, и тогда мне не останется ничего другого, кроме как переплавить тебя.

— Дзынь! — раздался резкий звон. Меч «Искупление», наделённый божественным сознанием, испустил гул, отозвавшийся в самых небесах. От этого звука звёзды в вышине затрепетали, словно в любой момент готовые сорваться вниз от страха.

С этим звонким гулом в мгновение ока вспыхнули лучи святого света. Бесконечное сияние хлынуло наружу, и в это мгновение вырвавшаяся энергия меча озарила всё сущее, заливая мир ослепительным блеском, от которого люди невольно зажмурились.

Ещё более ужасающим было то, что, когда этот божественный меч начал источать потоки энергии, в них проявилась воля Прародителя — карающая и беспредельная. Казалось, любой дух, любое высшее существо будет сражено этим ударом; будь ты Истинный Монарх или Вечное существование, этот кошмарный клинок не оставит тебе шанса.

— Какое пугающее намерение меча… — под гнётом этой чудовищной ауры многие студенты едва держались на ногах. По их телам пробежала дрожь, а по спинам — ледяной холод; даже те, кто обладал силой Бессмертного истинного бога, не стали исключением.

— Личный меч Прародителя… Поистине ужасает, — Истинный Монарх Резного Камня и Истинный Монарх Цзиньман невольно переглянулись.

Без сомнения, даже будучи Истинными Монархами, они были до глубины души потрясены мощью меча «Искупление». Ведь это был бесподобный клинок, принадлежавший самому Прародителю.

Стоит только задуматься: если бы «Искупление» не был столь великим и грозным, разве стал бы Святой Дикой Глуши носить его при себе в качестве постоянного оружия? Разумеется, мощь этого клинка намного превосходила силу обычного оружия Прародителя. Таким артефактом не владели ни Истинный Монарх Резного Камня, ни Истинный Монарх Цзиньман.

— Эй! Я сейчас буду срубать дерево! Не хотите ли вы все отойти в сторонку? — Ли Цие, сжимая меч «Искупление» обеими руками, громко крикнул всем, кто находился на ветвях, включая двух Монархов.

— Руби, раз хочешь. Если что, мы успеем уклониться, — отозвался кто-то из студентов, сидевших на дереве.

— Что ж, ладно, — Ли Цие примерился мечом к стволу Верховного Древа и с улыбкой заметил: — Деревце-то знатное. Срублю его, притащу домой — на дрова в самый раз пойдёт.

Эти слова заставили всех присутствующих лишиться дара речи. Верховное Древо было уникальным божественным растением, а он заявлял, что пустит его на дрова… Подобная дерзость переходила все мыслимые границы.

— Кха… — в этот момент Ду Вэньжуй деликатно кашлянул и вмешался: — Послушай, ученик Ли, Верховное Древо — это сокровище Академии Света, его нельзя рубить. Если академия лишится такого исполина, она во многом утратит своё величие.

— А мне-то что до этого? — лениво отозвался Ли Цие.

Ду Вэньжуй выдавил из себя сухую улыбку и продолжил: — Пусть тебя это и не заботит, но сам Прародитель приложил немало усилий, чтобы перевезти и посадить это Верховное Древо, доставив его из чужих земель. Потребовались миллионы лет, чтобы оно выросло таким великаном, и было бы крайне жаль губить его. Тебе ведь не нужно столько дров для дома, ты просто хотел отведать Верховный плод. Зачем же убивать курицу ради яйца?

Конечно, Ду Вэньжуй вовсе не считал, что это меч повалит дерево. Он понимал: дерево срубит сам Ли Цие. Другие не верили в способности юноши, но Ду Вэньжуй знал наверняка — Ли Цие под силу уничтожить Верховное Древо даже без помощи меча «Искупление».

— В твоих словах есть смысл, — Ли Цие склонил голову набок, делая вид, что серьёзно задумался.

— Верховное Древо миллионы лет стойко переносило все невзгоды, чтобы предстать перед нами в таком обличии. Будет невыразимо грустно уничтожать плод многовековых трудов Прародителя. Пожалуйста, ученик Ли, не руби его, — продолжал увещевать наставник.

Он знал: если Ли Цие действительно решит нанести удар, дереву придёт конец. Юноше хватит трёх-пяти взмахов, чтобы повалить гиганта.