Глава 2947. Лю Саньцян

Ли Цие слегка улыбнулся и произнёс: — Он даже капельку ценнее, чем если бы его изваял сам Будда Ланьцзя.

— Ценнее, чем если бы его изваял сам Будда Ланьцзя… — Бай Цзиньнин застыла на месте. Несмотря на то что она была лишь маленьким человеком в этом огромном мире, она прекрасно знала, какой величиной был Будда Ланьцзя.

Будда Ланьцзя был выдающимся Прародителем; поговаривали даже, что он мог соперничать с Самим Святым из Дальних Пустошей. Если бы этот деревянный Будда действительно был делом его рук, то даже не будь он артефактом, даже будь он самой обычной вещью — его цена всё равно была бы заоблачной.

Когда Левый и Правый послушники Минвана пытались купить эту статуэтку, они лишь предполагали, что она могла быть вырезана Буддой Ланьцзя, но полной уверенности у них не было.

— Тогда… тогда что же это за вещь? — Бай Цзиньнин окончательно растерялась. Она выросла, видя этого деревянного Будду каждый день, но так и не смогла разглядеть в нём нечто, что было бы ценнее творения рук самого Прародителя.

— Держи, — Ли Цие усмехнулся и небрежно бросил деревянного Будду Бай Цзиньнин.

У девушки едва душа в пятки не ушла, когда она увидела летящую в неё фигурку. Она в панике вскинула руки, отчаянно пытаясь поймать её; больше всего на свете она боялась, что по неосторожности упустит Будду и тот разлетится на мелкие щепки при ударе о землю.

Крепко сжав статуэтку в ладонях, Бай Цзиньнин с облегчением выдохнула. Её сердце бешено колотилось, а пальцы мелко дрожали от пережитого напряжения.

Трудно было её винить — секундный испуг был нешуточным. Даже если не брать в расчёт то, что этот Будда был семейной реликвией, он всё равно стоил сто миллионов бессмертных камней истины. Если такая вещь ценой в сто миллионов разобьётся — какой расточитель сможет пережить подобную потерю?

— Это… это… — Бай Цзиньнин в замешательстве перевела взгляд с деревянной фигурки на Ли Цие, не понимая, зачем он отдал её ей.

— Это тебе, — Ли Цие улыбнулся и совершенно непринуждённо добавил: — Раз это семейная реликвия твоего рода, то пусть вещь вернётся к законному владельцу.

— Да-да-да… даришь мне?! — Голос Бай Цзиньнин дрогнул, она начала заикаться, а под конец и вовсе сорвалась на крик.

От шока у неё в голове всё перемешалось. Оставим в стороне истинную ценность Будды — он был куплен за сто миллионов! О такой сумме она не смела даже мечтать, для неё сто миллионов были непостижимой, астрономической цифрой.

Конечно, она видела в своей жизни щедрых людей, но чтобы вот так запросто, одним движением руки, отдать вещь за сто миллионов — о подобном она не то что не слышала, даже в самых смелых фантазиях представить не могла!

Бай Цзиньнин стояла как громом поражённая, не в силах прийти в себя. Сто миллионов просто так, в подарок… Это было похоже на сон.

— Неужели… неужели это правда? — Спустя долгое время она наконец обрела дар речи и глупо переспросила.

Глубоко в душе Бай Цзиньнин, конечно, страстно желала вернуть этого деревянного Будду. Это была реликвия её предков, и как член семьи она чувствовала ответственность за возвращение святыни в родной дом.

К тому же именно ради её обучения старшие когда-то заложили эту вещь. Можно сказать, что на её плечах лежал огромный долг перед родом.