Глава 2993. Поддержка

— Я один против всего мира, — эти слова Ли Цие заставили воцариться в зале пугающую тишину. В этот миг даже те, кто не питал к нему неприязни, лишились дара речи.

Все присутствующие были выдающимися личностями, чьи имена гремели повсюду, а их сила была неоспорима. Но какой бы мощью они ни обладали, даже если среди них и были блестящие Истинные Монархи, никто из них не осмелился бы произнести столь вызывающую и властную фразу.

Кто в здравом уме рискнул бы заявить, что способен в одиночку бросить вызов всей вселенной? И не просто бросить вызов, а открыто угрожать стереть этот мир с лица земли. Подобные речи требовали не только колоссальной силы, они неизбежно навлекали на говорящего гнев всех живущих и превращали его в общего врага.

Однако Ли Цие произнёс это с таким видом, будто речь шла о сущих пустяках. Он оставался совершенно спокойным и непринуждённым, словно противостояние всему миру для него — дело обыденное и маловажное.

Разумеется, те, кто изначально относился к Ли Цие с предубеждением или враждебностью, теперь буквально кипели от ярости. Его слова были не просто вызовом миру, они были прямым оскорблением для каждого из них. Манера Ли Цие ясно давала понять: он в грош их не ставит.

Только представьте: каждый из них — грозный мастер, привыкший к почтению, и вот сегодня их всех разом так беспардонно унизили. Разве могли они проглотить такую обиду?

— Небесная дева, что вы думаете по этому поводу?.. — наконец один из великих деятелей, не выдержав, глубоко вздохнул и, поклонившись Небесной деве Пяти Стихий, обратился к ней.

Его намерение было очевидным: он хотел, чтобы Небесная дева Пяти Стихий взяла ситуацию под контроль. В данный момент не было никого, кто подходил бы на роль судьи лучше неё.

К тому же, этот хитрец пытался убить двух зайцев одним выстрелом. Раз Ли Цие так дерзко провозгласил себя врагом мира, то просьба к Небесной деве вмешаться должна была охладить её благосклонность к нему. В конце концов, Гора Пяти Стихий вряд ли захочет враждовать со всем светом ради одного выскочки.

Если бы Небесная дева Пяти Стихий согласилась возглавить собравшихся, то каким бы сильным ни был Первый Свирепый Человек, его дни были бы сочтены. Ведь кто под этим небом осмелится перечить Горе Пяти Стихий? Даже Прародители пасовали перед её мощью.

Поэтому в тот миг, когда прозвучала эта просьба, сотни взглядов устремились на Хуэй Цинсюань. Все замерли в ожидании её решения.

Мастера прекрасно понимали: стоит Небесной деве дать знак, и, как бы ни был самонадеян Первый Свирепый Человек, его наглости придёт конец — его казнят на месте!

— Беспокойство посредственностей… — всё так же грациозно и спокойно отозвалась Небесная дева Пяти Стихий. Её голос прозвучал ровно, без тени сомнения.

Услышав это, обратившийся к ней мастер буквально задохнулся от возмущения и застыл как вкопанный. Его лицо исказилось от неловкости; он не знал, что ответить, ведь любое неосторожное слово могло разгневать Гору Пяти Стихий.

Её короткая, брошенная вскользь фраза произвела эффект разорвавшейся бомбы. Сердца многих присутствующих пропустили удар.

В это мгновение всем стало предельно ясно: Небесная дева Пяти Стихий взяла Ли Цие под свою защиту. Она открыто выразила ему поддержку. И неважно, насколько дерзко он провоцировал мир, насколько ни во что не ставил окружающих — Небесная дева была на его стороне, безоговорочно и твёрдо.

От осознания этого многих бросило в дрожь. Никто не мог взять в толк, почему Хуэй Цинсюань так яростно защищает Ли Цие и за что он удостоился столь исключительной благосклонности.

Но великие деятели уже поняли: Ли Цие обрёл небывалую силу. Получить поддержку Горы Пяти Стихий — это всё равно что рыбе прыгнуть через Драконьи врата или заурядной птице превратиться в феникса!