Глава 3247. Вечная тайна
Взору открылся исполин, стоявший неподвижно, подобно демонической горе, которую не под силу было преодолеть ни одному смертному с начала времён.
Трудно было определить, к какому роду существ принадлежал этот гигант. Его тело скрывало огромное длинное одеяние; на вид оно казалось ветхим и потрёпанным, словно его подобрали на какой-то свалке. Однако это лохмотья на самом деле были Высшим бессмертным артефактом, подобного которому не сыскать во всём мире.
Исполин опирался на огромную изогнутую косу, напоминавшую Косу Бога Смерти. В любой миг она была готова начать свою жатву, одним взмахом обрывая жизни миллиардов существ. Под лезвием этой косы и Прародитель, и любой непобедимый мастер мгновенно лишились бы головы.
Взгляд исполина был прикован к Ли Цие. В этом сером мире его очи казались единственным источником света. Обычное существо, попав под пристальный взор такого Высшего Ужасающего существа, мгновенно лишилось бы души, но Ли Цие стоял непоколебимо, спокойно встречая этот взгляд.
Хотя взор этого монстра мог в мгновение ока похитить дух любого живого, на Ли Цие он не произвёл ни малейшего впечатления.
Глядя на Высшее Ужасающее существо, Ли Цие слегка усмехнулся:
— Нет, я не гость. Я тот, кто пришёл снести ваши паршивые головы. Запомните моё имя: Ли Цие, Первый среди Свирепых! Я тот, кто станет вашим концом. Это единственное имя, которое вы успеете запомнить перед смертью. Я — ваш истинный страх!
Раздался оглушительный грохот, и в то же мгновение гигантская ладонь заслонила собой пустоту. Пробудилось и явилось миру второе Высшее Ужасающее существо. Лишь одна его ладонь, нависшая над миром, закрывала всё сущее и преграждала путь любому взору, не позволяя разглядеть истинный облик её обладателя.
— Что такое страх? — второе Высшее Ужасающее существо заговорило на древнем языке, но смысл его слов, вложенный в божественное сознание, был предельно ясен.
— Какой лакомый кусочек! — ладонь замерла, и взор этого существа впился в Ли Цие. Сгорая от алчности, оно медленно проговорило: — Даже не припомню, когда в последний раз мне попадалась столь изысканная добыча.
— И в самом деле, он невероятно сочен. Миллионы лет закалки, Высшая Истинная Судьба, беспримерное сердце Пути… Он касался Девяти Небесных Книг и Девяти Небесных Сокровищ! — второе существо, сжимавшее косу, тоже не сводило глаз с Ли Цие. — Поистине бесценный трофей. Нас ждёт великолепный пир.
Когда он произносил эти слова, не нужно было видеть его лица, чтобы представить, как у него текут слюни от предвкушения.
— Считайте и меня, — в этот миг появилось третье Высшее Ужасающее существо. Подобно призраку, оно материализовалось прямо из пустоты с тихим шипением. Его форма полностью сливалась с вакуумом, не позволяя понять истинные размеры или очертания, но когда оно окончательно воплотилось, стали видны три его причудливых глаза — один сверху и два снизу. Эти белесые очи время от времени вращались, и казалось, что каждое их движение способно повернуть время вспять.
Три Высших Ужасающих существа предстали в этом мире. От них не исходило удушающей ауры, они не выставляли напоказ свою непобедимую мощь. Но когда они стояли здесь, всё вокруг замерло. Весь мир перед ними казался ничтожно малым. Не стоило и сомневаться: стоит любому из них открыть пасть, и он разом проглотит Мир Трёх Бессмертных, Девять Миров и Тринадцать континентов.
Без тени сомнения — явись они в мир смертных, любая реальность стала бы для них кормом, а любой великий Бессмертный Монарх или Прародитель превратился бы в изысканное блюдо на их столе. Одной лишь встречи с ними было достаточно, чтобы лишиться рассудка от ужаса, а самые могущественные воины потеряли бы свои души от одного их присутствия.
— И впрямь, отличная трапеза, — Ли Цие рассмеялся. — Я и сам не прочь подкрепиться. Уверен, если я съем вас, это станет для меня величайшим подспорьем. Впрочем, у меня нет планов использовать вас в пищу.
— Тогда что же ты задумал? — существо с косой безучастно посмотрело на Ли Цие. Его голос был лишён эмоций, холодный, как застоявшаяся вода в колодце. Для них, существ вне времени, миллионы лет были ничем.