Глава 956. Тигриный холм

Слова Ли Цие заставили многих невольно обернуться. Практики, чей путь преградили стражи, и без того кипели от негодования, но, не смея перечить расе Кровавых Демонов, были вынуждены молча проглатывать обиду. Теперь же некоторые из них, особенно представители человеческой расы, втайне показывали Ли Цие большой палец — его дерзость пришлась им по душе.

Другие смотрели на него с подозрением. Этот с виду обычный юнец вел себя слишком вызывающе. То ли он был мастером, искусно скрывающим свою истинную силу, то ли просто безумцем, не знающим границ дозволенного.

Си Юаньюань лишь горько усмехнулась. Она знала Ли Цие совсем недолго, но ей казалось, что он в принципе не ведает страха перед кем бы то ни было. Кем бы ни был его противник, Ли Цие смотрел на него как на пустое место. Вот и сейчас он открыто спровоцировал всю расу Кровавых Демонов, и девушка могла лишь гадать, насколько же велика его уверенность в собственной непобедимости.

Ученики расы Кровавых Демонов, охранявшие вход, мгновенно вспыхнули от ярости. Для них Ли Цие был безвестным выскочкой, который посмел прилюдно оскорбить их народ. Если они не проучат наглеца прямо сейчас, от величия их расы не останется и следа!

— Какая дерзость! — стоило Ли Цие договорить, как раздался холодный смех. К подножию вышел молодой человек с божественным мечом за спиной. Каждое его движение сопровождалось едва уловимыми всполохами энергии меча.

Юноша смерил Ли Цие ледяным взглядом и процедил: — Я бы хотел взглянуть, что за «святой» решил поносить мой народ столь наглыми речами! Назови свое имя, малявка. Мой клинок не привык разить безымянных ничтожеств.

— Маркиз! — ученики у подножия поспешно поклонились прибывшему, выказывая глубокое почтение.

— Это же Маркиз Быстрого Меча из ордена Чистой Крови! — среди собравшихся пробежал шепоток, — раз он здесь, значит, Ван Чэнтянь уже на Драконьем алтаре.

Этот молодой мастер, известный как Маркиз Быстрого Меча, был младшим братом Ван Чэнтяня. Ходили слухи, что его удары молниеносны: стоило мечу покинуть ножны, как голова противника уже катилась по земле.

— Ли Цие, — неторопливо отозвался юноша, наконец назвав свое имя.

Маркиз на мгновение замер, а затем презрительно хмыкнул: — А я-то гадал, кто это. Оказывается, всего лишь слуга подле девы Е! Неудивительно, что ты так распустил язык.

— Слуга? — Ли Цие невольно улыбнулся, — забавное определение.

— Тот самый Ли Цие? Говорят, он и правда постоянно ошивается рядом с главой Е Чуюн, — зашептались практики, — понятно теперь, чего он так заважничал — прикрывается авторитетом девы Е.

Однако Ли Цие было совершенно наплевать на их пересуды. Он стоял с самым непринужденным видом, и даже если его принимали за слугу Е Чуюн, он не считал нужным оправдываться.

— Я глубоко уважаю главу Е, — холодно произнес Маркиз Быстрого Меча, — но это место не для того, чтобы здесь разгуливали всякие слуги!

— Я гуляю там, где мне вздумается, — лениво ответил Ли Цие, — не нравится? Попробуй останови.

Договорив, он просто развернулся и направился к тропе.

Ученики у входа мгновенно преградили ему путь, а в глазах Маркиза Быстрого Меча вспыхнула жажда убийства.

— Глава Е — наша почетная гостья, — внезапно раздался мелодичный голос, — а поскольку господин Ли неразлучен с ней, он также имеет право подняться на Драконий алтарь.

Вместе с порывом благоухания появилась прекрасная девушка. Ее приход заставил всех, и простых учеников, и даже Маркиза Быстрого Меча, склониться в приветственном поклоне.

— Принцесса Баньюэ! — толпа охнула, — кажется, все гении Кровавых Демонов сегодня собрались здесь.

Раз уж принцесса Баньюэ замолвила за него словечко, Маркиз Быстрого Меча не посмел возразить. По статусу и положению она была ровней его старшему брату, Ван Чэнтяню.

Конечно, принцесса вступилась за Ли Цие вовсе не из доброты душевной и не из желания подружиться. Ее мотивом была Е Чуюн. Для принцессы Баньюэ «враг моего врага — мой друг». На сегодняшней дискуссии о Пути должны были присутствовать и Ван Чэнтянь, и Е Чуюн. Разумеется, принцесса не хотела давать Ван Чэнтяню ни единого шанса сблизиться с девой Е.

А если Ли Цие, этот «любовный соперник», будет постоянно крутиться между ними, у Ван Чэнтяня просто не останется возможности для уединения с Е Чуюн.

Ли Цие прекрасно видел все ее расчеты, как на ладони. Он даже не потрудился поблагодарить ее — просто двинулся дальше, ведя за собой Си Юаньюань.

— Ваше Высочество, этого невежественного мальчишку следовало бы проучить, — Маркиз Быстрого Меча был возмущен тем, что Ли Цие даже не сказал спасибо.

Принцесса лишь мягко улыбнулась и спросила: — Не подскажешь, прибыл ли уже брат Ван?

— Да, принцесса, он уже на Драконьем алтаре. Как хозяин встречи, он ожидает вашего прибытия, — поспешно ответил Маркиз, — прошу вас, проходите. Я же останусь здесь, чтобы встретить Бай Цзяня и остальных.

— Прекрасно, пойду поприветствую брата Вана, — принцесса Баньюэ заметно повеселела. Она вспорхнула в воздух и в мгновение ока достигла вершины.

Ли Цие, в отличие от нее, не стал взлетать. Он шел по ступеням неспешным шагом, то и дело касаясь ладонью внутренней стороны скалы.

Лестница вилась змеей, огибая склон. Казалось, эти ступени не были вырублены людьми, а возникли сами по себе, повинуясь воле природы.

Ли Цие медленно поднимался, и каждый его шаг словно попадал в какой-то особый ритм. Со стороны казалось, что он идет как самый обычный человек, и как бы внимательно зрители ни вглядывались, они не могли заметить в его походке ничего странного.

— Господин хочет постичь тайну Тигриного холма? — полюбопытствовала Си Юаньюань, следуя за ним.

Познать Путь на Тигрином холме, обрести сокровище на Драконьем алтаре — эта поговорка жила в веках. Бесчисленное множество людей приходило сюда именно за этим.

Однако в нынешние времена тех, кто действительно получал хоть что-то, можно было пересчитать по пальцам. Настоящие мастера почти перестали верить в это место, считая его просто красивой легендой.

Ли Цие, продолжая касаться камня, покачал головой: — Постичь здесь Путь — задача не из легких. Местные тайны не открываются за день-другой.

— Значит, господину ведом секрет этого места? — хотя Ли Цие прямо не ответил, проницательная девушка уловила скрытый смысл.

— Кое-что я знаю, — улыбнулся он, — но этот путь — не то, что мне нужно. Для меня здешние тайны не имеют большого значения.

— Но ведь легенды гласят, что сам Бессмертный Монарх Цзяо Хэн когда-то постигал здесь истину, — возразила Си Юаньюань, — говорят, его непобедимый Путь берет начало именно здесь.

Бессмертный Монарх Цзяо Хэн был легендой из легенд — единственный за всю историю, кто не знал поражений. Его называли Первым Монархом Вечности.

Именно благодаря слухам о его успехах Тигриный холм и Драконий алтарь стали невероятно популярны в Эпоху Дикости и Эпоху Освоения. Тогда толпы практиков осаждали эти склоны.

Но со временем, когда успехи стали редкостью, энтузиазм угас. Теперь даже те, кто приходил сюда, чаще всего уходили ни с чем.

— Это лишь досужие вымыслы, — покачал головой Ли Цие, — кем был Цзяо Хэн? Непобедимым воином. Ты и правда думаешь, что он просто присел тут на камушек и внезапно стал величайшим мастером? Здесь лишь следы тех, кто шел до него. Чтобы стать непобедимым, Цзяо Хэну пришлось пройти через бесчисленные битвы и испытания…

Он продолжал подъем, ведя рукой по стене: — Хотя отрицать нельзя: Цзяо Хэн действительно нашел здесь нечто поразительное. В недрах этой горы сокрыто то, что обычный человек даже не может себе представить. Просто время еще не пришло.

Ли Цие шел очень медленно, словно прислушиваясь к пульсации земли.

Сначала Си Юаньюань думала, что он медитирует на ходу. Но шаг за шагом она начала осознавать: Ли Цие не просто идет. Он словно стучит в какую-то невидимую дверь, пытаясь пробудить нечто спящее.

В его движениях была странная закономерность. Си Юаньюань не могла понять ее сути, но ее не покидало странное чувство: с каждым шагом Ли Цие она будто слышала биение сердца. Но это было не его сердце.

Казалось, в самой глубине этого мира бьется исполинское сердце, и ритмичные шаги Ли Цие заставляют его, давно замершее, снова гнать кровь по жилам.

— Это… пульсация? — наконец, неуверенно спросила она, когда они прошли значительный путь.

— Впечатляюще, — Ли Цие одобрительно кивнул, — теперь я вижу, как тебе удалось так глубоко изучить Канон Вечерней Зари. Твое чутье превосходит способности многих признанных гениев. Только человек с таким чистым сердцем Пути способен почувствовать этот ритм.

— Это не зависит от уровня культивации, — добавил он негромко, — все дело в том, умеешь ли ты слушать сердцем. Большинство ослеплено жаждой силы и техниками Монархов. Их желания создают слишком много шума, и они просто не способны услышать истинный исток Великого Пути. Поэтому они упускают самое важное.