Власть книжного червя

Размер шрифта:

Глава 126. Переплёт детской книжки со священными текстами (❀)

— Ух ты! Это Вильма! Вильма здесь!

— Вильма, Вильма. Я помогал делать чернила!

Стоило Вильме впервые оказаться в мастерской, как её тут же окружили радостно кричащие дети и принялись рассказывать ей, с чем они тут помогают и чему уже научились. В результате вокруг Вильмы образовался настоящий барьер из детей, который не смог бы преодолеть ни один служитель-мужчина. Другими словами, пусть я и настроилась защищать Вильму, но от меня сейчас всё равно не было бы никакого толку.

— Ну что же… Давайте тогда начнём печатать? — грустно сказала я.

Понимая, что защищать Вильму мне больше не нужно, я опустила плечи и направилась к ожидающему указаний Лутцу. Вильма, окружённая барьером из детей, двинулась следом.

— Лутц, не мог бы ты сначала распечатать титульный лист и концевую страницу с информацией о нашей мастерской? Я хочу убедиться, что валик равномерно распределяет чернила.

Лутц положил лист бумаги на подставку приспособления для печати, а поверх него два трафарета. Размер подставки примерно соответствовал листу формата А4, а трафаретов — формата А5. Для нашей книжки с картинками я планировала печатать иллюстрации на одной стороне, а текст на другой. Но сначала будет титульный лист и концевая страница.

— Вот так, да? — спросил Лутц, чтобы удостовериться, что он всё делает правильно.

Затем он аккуратно опустил сетчатую раму и достал чернила. На мраморной плите он смешал их с небольшим количеством масла, используя скребок, а затем нанёс немного чернил на валик и покатал его, чтобы равномерно их распределить.

Закончив с приготовлениями, Лутц взглянул на меня. После того как я кивнула, он принялся медленно катать валик поверх сетки. Несколько раз прокатив его вдоль и поперёк, он положил валик на мраморную плиту. Когда Лутц осторожно поднял деревянную раму, то трафареты за счёт чернил оказались приклеены к сетке. Таким образом на подставке осталась только бумага с напечатанным текстом.

На белой бумаге мы увидели отчётливо отпечатанные буквы. Они не расползались и каких-либо пятен тоже не было.

— Никаких проблем, — подвела я итог. — Пожалуйста, положите бумагу на сушильную полку.

Проверив напечатанные страницы я передала лист ближайшему служителю, который отнёс его на полку. Тем временем Лутц, положив на подставку следующий лист бумаги, принялся печатать дальше. Нам нужно напечатать за раз как можно больше страниц, поскольку эти трафареты использовать повторно уже не получится.

Я планировала напечатать тридцать экземпляров книжки с картинками. Один я возьму для дома, другой — для моих покоев, и по экземпляру для Лутца, Бенно и главного священника. Остальные будут переданы в приют в качестве учебников.

— Пожалуйста, следующими напечатай текст и иллюстрацию, — дала я указание Лутцу.

После моих слов Вильма заметно напряглась. Лутц убрал трафареты с титульным листом и концевой страницей и поместил на их место трафареты с текстом и иллюстрацией. Он аккуратно положил трафареты так, чтобы текст оказался на левой части листа, а иллюстрация на правой. Между ними оставалось достаточно свободного места, чтобы сшить страницы вместе, когда мы займёмся переплётом книжек.

Почувствовав на себе взгляды Вильмы и Лутца, я тоже посмотрела на них и медленно кивнула. Лутц, выглядя таким же напряжённым, как и Вильма, принялся катать валик. С той же скоростью, с какой валик перемещался от края до края, билось и моё сердечко. «Всё ли получится? — думала я. — Будет ли иллюстрация выглядеть так же хорошо, как её задумала Вильма?».

Пока я мысленно молилась за успех работы, Лутц закончил, отложил валик и поднял раму. Я слышала, как не только я, но и все остальные тяжело сглотнули.

— Ух ты! Как здорово! — закричали окружавшие Вильму дети.

Сцена встречи Бога Тьмы и Богини Света оказалась красиво передана в чёрно-белых тонах. Я предполагала, что иллюстрация окажется великолепной, как только Вильма показала мне трафарет, но лишь сейчас, увидев её напечатанной, я поняла насколько эта иллюстрация потрясающая. Бог Тьмы, окутывающий Богиню Света своим похожим на ночное небо плащом, и Богиня Света, освещающая Бога Тьмы, создавали красивый контраст. Было видно, что тонкие тени в волосах и складки одежд, которые на трафарете не выделялись, Вильма выполнила со свойственной ей тщательностью.

— Иллюстрация и вправду получилась чудесной, — сказала я и обернулась, чтобы посмотреть на Вильму.

Она смотрела на распечатанную иллюстрацию и тихонько плакала.

— Вильма, что с тобой?!

— Простите меня. Я… я просто очень счастлива, что всё получилось… — запинаясь ответила Вильма и вытерла слёзы.

Дети принялись гладить Вильму по спине, успокаивая и говоря: «Не плачь». Смотря на Вильму, которая не могла скрыть слёз радости, и на утешающих её детей, я чувствовала себя так, словно разглядывала какую-то религиозную картину. Вильма действительно святая.

Естественно, взоры всех людей в мастерской устремились на плачущую Вильму, чьи щёчки порозовели. Вскоре Вильма заметила, что все смотрят на неё, отчего смутилась и покраснела до кончиков ушей, и развернулась, чтобы покинуть мастерскую.

— Госпожа Майн, я пойду рисовать следующую иллюстрацию.

***

С того дня, как только Вильма заканчивала очередную иллюстрацию, мы её печатали. Тем временем дети занимались изготовлением бумаги, а взрослые служители трудились, чтобы сделать больше чернил. Помимо этого они ещё ходили в лес, где собирали различные плоды и грибы для сушки, и покупали в городе дрова на зиму.

Погода становилась всё холоднее, и в один из осенних дней, когда мы возвращались домой, Лутц сказал:

— Майн, сегодня мы закончили с печатью страниц книжки. Что теперь?

Оказалось, что в мастерской наконец-то напечатали все страницы книжек со священными текстами. Это означало, что пришла пора заняться переплётом, после чего наши книги будут наконец-то закончены.

— Теперь мы должны сделать [переплёт]! Завтра я обязательно приду в мастерскую!

— Тебе не обязательно приходить. Просто объясни мне, что нужно делать.

Кажется, служителям было неуютно работать, когда за ними наблюдала священница-ученица. И всё же я не могла подавить желание самой приложить руку к выпуску книг. Тем более, это первый раз, когда мы делаем книги.

— Но ведь мы будем впервые переплетать книги, а потому я тоже хочу поучаствовать. Я хочу увидеть весь процесс создания книг собственными глазами. После того, как я удостоверюсь, что всё идёт гладко, я больше не буду приходить. Я ведь не следила за печатью страниц каждый раз, верно? Ну же, Лутц, пожалуйста.

— Только в этот раз, договорились?

— Хе-хе-хе. Ура! Книги! Книги! — радостно закричала я и принялась кружиться на месте.

Лутц схватил меня за руку и потянул за собой. Улыбаясь, я последовала за ним. Лутц, видя, что я нормально иду, отпустил мою руку и достал из своей сумки диптих.

— Хорошо, для начала объясни, что такое этот «переплет»?

— Хорошо! Переплёт — это создание книги из отдельных страниц. Как только напечатанные страницы полностью высохнут, мы аккуратно сложим их пополам. На одной стороне у нас текст, на другой — иллюстрация, их разделяет пустое пространство. Нужно сложить так, чтобы края страниц сошлись. Это нужно делать на столе, а потому, думаю, лучше заняться переплётом в столовой приюта, — принялась объяснять я.

Я говорила не быстро, чтобы Лутц успевал за мной записывать.

— Сложенные страницы складывайте друг на друга, чтобы сгиб всегда был в одну сторону. Будьте внимательны, чтобы не путать порядок страниц и не перевернуть их вверх ногами. Ах да, воспользуйтесь ножом-скальпелем и отрежьте титульный лист от концевой страницы.

***

На следующий день, после того, как я пришла в столовую приюта, туда принесли напечатанные страницы. Чтобы их случайно ничем не испачкать, каждый стол отполировали до блеска. Увидев страницы, выложенные на столе в шахматном порядке (одни вертикально, другие — горизонтально), я восхищённо вздохнула. Мой нос наполнил чарующий запах новой бумаги и чернил. Я чувствовала себя настолько счастливой, что мне хотелось танцевать.

— Теперь, пожалуйста, пусть руководители групп подойдут ко мне.

Мы разделили работников мастерской на группы, чтобы облегчить работу. Каждая группа будет складывать разные наборы страниц. Взрослые служители выступали руководителями и наблюдали за учениками. Гил посоветовал мне не привлекать к работе самых маленьких детей, поскольку они вряд ли смогут правильно сложить бумагу, а потому дети остались с Вильмой и помогали ей готовить суп.

— Следите за тем, чтобы края идеально совпадали, — сказал Лутц. — Также будьте осторожны, чтобы складывать страницы в правильном направлении. Когда закончите, сообщите мне.

После того, как Лутц зачитал указания, группы принялись складывать страницы.

— Пожалуйста, выравнивайте края более тщательно. Для этого сначала придерживайте здесь, потом здесь… — объясняла я, как правильно складывать бумагу, неспешно обходя столы.

Бумага здесь дорогая, так что дети просто не могли бы играть с ней, делая оригами. Даже взрослые служители поначалу не могли идеально совместить края. Они напоминали неуклюжих иностранцев, которые впервые пробовали себя в оригами.

«Не-е-ет! Мои драгоценные книги! Страницы же будут перекошены!» — мысленно кричала я, схватившись за голову. Реальность оказалась жестока.

— Лутц, ты не против, если я сложу кое-что сама? — украдкой прошептала я Лутцу.

— Пожалуйста, прояви терпение.

«А-а-а-а! Мне надо было дать им потренироваться в оригами на неудавшейся бумаге!» — мысленно кричала я.

Пусть я и беспокоилась о том, как в итоге будут выглядеть книги, мне оставалось лишь ждать. Тем временем стопки с плохо сложенными страницами всё росли. Я проверила их все и отложила в сторону те, что оказались сложены столь небрежно, что их обязательно требовалось переделать. О том, чтобы сделать книгу из настолько плохо сложенных страниц не могло быть и речи. Может кто-то другой и мог закрыть глаза на книги с перекошенными страницами, но не я.

Когда все страницы оказались сложены, я распорядилась разложить стопки страниц на столе. После того, как они будут выложены по порядку, можно просто брать страницы из каждой стопки и таким образом собрать книгу. Мне уже довелось заниматься подобным, когда я ещё была Урано. Тогда я делала путеводитель для экскурсии, так что для меня это не являлось чем-то новым. Впрочем, мне впервые довелось заниматься такой работой с другими людьми.

— Сначала возьмите концевую страницу с информацией о мастерской. Затем возьмите лист из следующей стопки и положите его сверху. Затем из следующей, и так далее… Будьте осторожны: не переворачивайте страницы и не возьмите случайно два листа за раз, — принялась объяснять я, быстро набирая страницы для себя.

Было бы замечательно, если бы у нас имелись степлеры, чтобы скреплять страницы вместе, но к сожалению в этом мире ничего настолько удобного не найти.

Собрав весь комплект страниц для книги, я вернулась на своё место. Фран с недовольным видом посмотрел на меня.

— Госпожа Майн… — произнёс он со вздохом.

Я понимала, что этот его вздох означал: «Вы не должны выполнять работу самостоятельно», но я просто отвернулась, проигнорировав его. Мне были необходимы эти страницы, чтобы сделать книгу себе и заодно показать пример остальным.

— Я хочу забрать их домой. Прошу прощения, что веду себя столь эгоистично, — извинилась я перед Франом.

Пока все остальные собирали страницы вместе, я аккуратно складывала страницы заново, проходясь по сгибам ногтями. Мы печатали с двух сторон, а потому подготовили для книжек с картинками плотную бумагу. Вот только, чтобы её хорошо согнуть следовало воспользоваться чем-то вроде линейки или лопаточки. С другой стороны, поскольку некоторые страницы понадобится сложить заново, хорошо, что никаких лопаточек у нас не было.

Учитывая, что страниц у нас было на тридцать книг, их быстро сложили в три стопки по десять пачек. Чтобы ничего не перепутать, ориентация страниц разных книг каждый раз менялась то на вертикальную, то на горизонтальную. После этого служители осторожно отнесли стопки с разложенными страницами обратно в мастерскую.

— Для дальнейшей работы нам потребуются инструменты, а потому сегодня на этом всё. Спасибо за работу, — поблагодарила я всех.

Прежде чем пойти домой я положила страницы в сумку. Дома я смогу закончить переплёт. Кроме того, Лутц принёс мне из мастерской лист цветочной бумаги, из которого я собиралась сделать обложку.

— Если ты собираешься продолжать до́ма, я могу прийти и помочь. Лучше увидеть как ты это делаешь, чем слушать твои указания.

Поскольку мы ещё не сделали клей, я думала о том, чем его можно заменить. В итоге решила просто воспользоваться нитками и сшить книгу, используя классический японский переплёт, для которого требовалось сделать четыре отверстия и пропустить через них нитку.

***

— Я дома!

— С возвращением, Майн, — поприветствовала меня Тули. — Ты сегодня рано. Ох, Лутц сегодня тоже с тобой.

Когда я пришла домой, оказалось, что Тули уже вернулась из леса. Я сразу же показала ей находящуюся в моей сумке пачку страниц, что я принесла для переплёта.

— Тули, смотри, это священные тексты для детей! Я наконец-то смогла их напечатать.

— Ух ты! Картинки такие красивые! — взволнованно выкрикнула Тули, расматривая страницы.

Кажется, она совершенно не прониклась прелестью той книжки с картинками для малыша, что я сделала раньше. Когда я немного надулась, Тули поинтересовалась:

— Вот только страницы никак не связаны. Разве не трудно их будет читать?

— Я собираюсь связать их, чтобы они стали настоящей книгой. Тули, не могла бы ты помочь? Кроме того, было бы хорошо, если бы ты смогла пойти в мастерскую, чтобы поучить остальных детей. Мне не разрешают там работать.

Тули в замешательстве слегка наклонила голову, а я тем временем достала из сумки цветочную бумагу, которая станет обложкой, и положила на стол.

— Я не против помочь, но что я могу сделать? — поинтересовалась Тули.

— Для того, чтобы сшить страницы, понадобится иголка и нитка. Думаю, ты справишься с этим лучше, чем я.

— Вот как… хорошо. Но, пожалуйста, дай мне за это книгу. Я тоже хочу научиться читать, — робко сказала Тули.

Как оказалось, Тули тоже захотелось научиться читать, увидев, как мы с Лутцем пишем на диптихах и грифельных дощечках, а Коринна делает заметки, принимая заказы. Естественно, я совершенно не возражала. Если она захочет, я даже могу стать её репетитором.

— Я собираюсь оставить эту книгу дома, так что мы можем читать её вместе. А ещё я одолжу тебе свою грифельную дощечку. Пусть я и не умею хорошо шить, но могу научить тебя читать. Зимой я планирую учить детей в приюте читать, так почему бы тебе не присоединиться? Ты научишься быстрее, если тебе будет с кем соревноваться.

Затем я принялась искать среди папиных инструментов то, что мне понадобится для переплёта, и выкладывать их на столе. Линейку, шило, молоток и дощечку.

— Сперва убедитесь, что края бумаги совпадают. Это последний шанс, когда мы можем их исправить. После этого воспользуйтесь лопаточкой или линейкой и пройдитесь по сгибу, вот так, — сказала я и провела по сгибу линейкой.

Лутц и Тули сделали то же самое со своими листами бумаги.

— Теперь, когда страницы хорошо согнуты, убедитесь, что слева, справа, сверху и снизу всё выровнено. После этого… постучите по столу краем стопки листов, где находятся сгибы, чтобы он стал прямым, а затем проделайте отверстия, чтобы предварительно скрепить страницы, пока мы не сделаем обложку.

Положив стопку листов на дощечку, я измерила их линейкой и отметила сажевым карандашом три места для отверстий.

— Лутц, проделай, пожалуйста, три отверстия в этих точках. Поставь шило прямо над ними, а затем ударь молотком, — сказала я, придерживая стопку, чтобы страницы не сместились.

— Вот здесь? — уточнил Лутц, а затем проделал шилом отверстия в отмеченных местах.

— Тули, продень нитку в иголку, а затем просунь нить спереди в среднее отверстие.

Сама бы я вряд ли хорошо с этим справилась, а вот Тули привыкла к такой работе, так что быстро вде́ла нитку в иголку и просунула её в отверстие.

— Теперь пропусти нитку сзади через верхнее отверстие, а затем спереди через нижнее. После этого просунь её сзади в среднее отверстие.

После того, как Тули это сделала, я попросила её обрезать нитку. Далее я сделала узелок, так чтобы затянуть ту нить, что шла из верхнего отверстия в нижнее. Тули обрезала длинные концы нити, а Лутц аккуратно постучал по узлу молотком, чтобы узел оказался в отверстии.

— Будет гораздо красивее, если спрятать узел подобным образом, — пояснила я.

Забив узелок, Лутц принялся записывать этапы работы в свой диптих. Я воспользовалась этим временем, чтобы, прижав линейку к краям книги, обрезать ножом-скальпелем неровности.

— Обычно после этого полагается проклеить тканью уголки корешка книги1, но так как у нас нет клея, мы пропустим этот шаг и сразу прикрепим обложку. Для неё мы используем красивую бумагу, в которую на этапе создания были помещены собранные в лесу цветы и листья.

Пока я складывала пополам обложку из бумаги, на которой то тут то там располагались маленькие цветы и листочки, Тули заглянула мне через плечо и радостно воскликнула:

— Ух ты, она такая миленькая!

— Ты тоже так думаешь? Мы разрежем её пополам и прикрепим к передней и задней части книги. Как и для предварительного переплёта, я с помощью линейки намечу места для отверстий и слегка проведу вдоль линейки шилом. После этого Лутц проделает отверстия для переплёта.

Приложив линейку, я на этот раз отметила четыре отверстия, при этом воспользовалась шилом, а не сажевым карандашом, чтобы не испачкать обложку. Я чувствовала сожаление от того, что слишком слаба, чтобы сделать всё самостоятельно.

— Хорошо, теперь моя очередь, — сказал Лутц и, взяв молоток, проделал отверстия.

Тули догадалась, что дальше наступит её очередь, а потому уже вдевала нитку в иголку.

— Просунь иголку сзади во второе сверху отверстие. Затем снова просунь её сзади в то же отверстие2. Да, верно. У тебя должен остаться конец, длиной примерно с твой палец. Теперь открой книгу, и вытяни этот конец внутрь книги, между страницами, чтобы снаружи его не было видно.

— Как именно? — спросила Тули.

— Подде́нь его иголкой. Да, вот так… Об кончике нитки позаботились, теперь, Тули, просунь иголку спереди через третье отверстие, а затем снова спереди через него же, стягивая корешок.

Затем Тули продела иголку сзади через четвёртое отверстие и снова через него, вновь стягивая корешок. Далее она провела нить уже не через корешок, а через нижний край книги и снова просунула иголку сзади в четвёртое отверстие. После этого Тули прошила книгу снизу вверх там, где нити ещё не было.

— На самом деле это довольно просто, — пробормотала Тули, протягивая нить.

Если не ошибиться в порядке действий, то прошить книгу несложно, поскольку только и нужно, что проходить отверстия одно за другим. Главное, чтобы нитка оставалась натянутой.

— Теперь тебе осталось обвязать лишь верхний угол, подобно тому, как ты делала раньше, и связать конец нитки с тем, что ты оставила. Просто пропусти иглу вот отсюда сюда и ты сможешь сделать узел.

Действуя по моим инструкциям, Тули продела иголку с ниткой.

— Ох, ничего себе, нитка действительно вышла к оставленному кончику, — удивилась Тули и завязала узелок.

— Хорошенько затяни эту нить, а затем пропусти иголку через второе отверстие, чтобы спрятать в нём узелок. Так он не развяжется.

— Ух ты, здорово! — прокомментировал Лутц, наблюдая за работой Тули.

Она затянула узел и попыталась спрятать его в отверстие. Он не хотел заходить, поэтому Тули надавила на него иголкой и снова потянула нить.

— Теперь осталось лишь обрезать нитки, и… книга будет закончена, — сказала я, чувствуя жар в груди, вызванный осознанием, что книга почти готова.

Всё моё тело сжалось, и в горле пересохло. Из-за выступивших на глазах слёз, книга, что вот-вот будет готова, выглядела искажённой.

— Майн, обрежь ты, — сказал Лутц, протягивая мне пружинные швейные ножницы.

Тули кивнула и натянула нить между книгой и иголкой. Трясущимися руками я взяла ножницы и, подведя их к натянутой нити, сжала. Слабого усилия оказалось достаточно, чтобы перерезать нить. Вслед за этим у меня из глаз покатились слёзы. Горячие слёзы стекали по щекам, и я даже не пыталась сдержать их.

— У нас получилось… У нас получилось сделать книгу, Лутц.

Это была не глиняная табличка, не моккан, не блокнот из неудавшейся бумаги, не чёрно-белая книжка для малышей с одними лишь картинками, а самая настоящая книга.

— Я ждала так долго… Действительно долго…

Прошло около двух лет с тех пор, как я решила сделать свою собственную книгу. И вот, наконец, книга готова. Мне кажется, что это сон. Лутц, который всё это время помогал мне, широко улыбался, радуясь, что у нас всё получилось. Его глаза тоже стали влажными.

— Да, Майн, у нас получилось.

Лутц развёл мне руки, и я крепко обняла его, кивая. В одиночку я бы ничего не смогла сделать. Лишь благодаря помощи Лутца мне удалось закончить эту книгу.

— Всё благодаря тебе и Тули. Спасибо вам. Я очень-очень счастлива. Я даже не могу выразить насколько. Я наконец-то смогла сделать книгу. Свою собственную книгу, о которой так давно мечтала…

Боясь испачкать книгу, если возьмусь за неё мокрыми руками, я не рискнула вытирать слёзы и просто продолжила смотреть на неё. Это была тонкая книжка с картинками в классическом японском переплёте, но думая о том, через какие трудности пришлось пройти, чтобы её сделать, я не могла не плакать. Мне пришлось начинать с нуля, поскольку у меня не было ни силы, ни выносливости, ни денег, ни бумаги, ни чернил, ни инструментов. Работа, что казалась непосильной, наконец-то завершилась.

Сделав книгу, я была без ума от счастья. Лутц же усмехнулся и сказал:

— Но это ведь всего одна книга. Разве ты не собиралась сделать намного больше? Майн, ты говорила, что хочешь сделать столько книг, чтобы ты могла читать их дни напролёт, верно?

Нефритовые глаза Лутца уже были устремлены к следующей цели. Чтобы достичь её, Лутц не мог остановиться на одной книге. Я наконец смогла вытереть слезы и улыбнулась ему.

— Верно. Я сделаю так много книг, что нам понадобится библиотека. Обещаю.

Примечания

1. https://pds.exblog.jp/pds/1/201605/08/28/c0193528_11311584.jpg

2. видеопример:
https://www.youtube.com/watch?v=j-r6c_trSxY
начальные действия при переплёте немного отличаются от объяснения Майн, но общий принцип тот же.

Власть книжного червя

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии