Глава 1521

Хаят жил для других. Это была преданность, о которой никто не знал. Впрочем, люди забыли даже о его существовании, не говоря уже о том, что руководило этим человеком. Он был очень одиноким существом.

Хаят и члены башни изолировали себя от мира с целью сдерживания драконов, способных в одно мгновенье раздавить человечество. Это была история, неизвестная миру. Это была жертва, о которой знали только члены самой башни…

Что касается Грида – Хаят опасался, что Преемник Пагмы спровоцирует гнев драконов, превратив свой эпос в общеизвестное достояние… и в конце концов это произошло, хоть и не намеренно.

Грид захотел установить с Гуджелем настоящие отношения. Таким образом, он просто выразил свои искренние чувства и силу воли. Он не хотел, чтобы его решимость превратилась в эпос.

Тем не менее, Преемник Пагмы упустил из виду специфику существования драконов. Драконы не участвовали в рождении и поддержании мира. Следовательно, они не были объектами веры. Тем не менее, эти существа оставались достаточно квалифицированными, чтобы разрушить мир.

Почему? Да просто потому, что они были сверхсильными. Им была присуща не только высшая сила. Они также полностью овладели магией. Это была трансцендентная раса, свободная от божественной силы и способная поставить мир на колени. Итак, в своё время решение Грида бороться с драконами, если так будет нужно, стало в чём-то судьбоносным.

– Хаят! – закричал Грид и, сжав пространство, прыгнул вперёд. Он хотел остановить Убийцу Драконов, который решил сыграть в азартную игру без каких-либо шансов на победу. Это была очередная жертва, призванная защитить Грида.

И Преемник Пагмы имел полное право ей воспрепятствовать.

– Остановись! – прокричал он, но было уже поздно. Присутствие Хаята охватило весь мир. И в этот момент история Грида была отложена драконами на второй план. Нет, они не стали считать её незначительной. Грид был достаточно квалифицирован, чтобы вызвать враждебность драконов. Как-никак, без надлежащей квалификации не было бы и эпоса.

Но Хаят был особенным для драконов. Единственный Убийца Драконов в истории… с определенного момента он стал целью драконов. Для драконов его присутствие было намного больше и тяжелее «решительности» Грида.

И вот, большинство из существующих драконов почувствовали Хаята. Все остальные дела, за исключением Хаята, стали бессмысленными и второстепенными.

Столь неожиданное событие не укрылось и от взгляда небесных богов.

– Этот мерзкий человек наконец-то решил умереть! – расхохотался Зератул, восстанавливающий своё состояние.

Зератул был приятно удивлен. Он был удивлен, поскольку испытал уровень радости, сопоставимый с тем, когда он представлял себе убийство Чию. Этот зазнавшийся, отвратительный человек навредил статусу одного из величайших богов!

Но вот, когда Зератул нахмурился, до его ушей донесся неприятный голос:

– Ты уродлив.

– …

Зератул тут же перевёл взгляд на существо, посмевшее критиковать «бога войны». Невысокий рост и молодое лицо, а также румянец, оставшийся на обеих, ещё с детским жирком, щеках, выдавал отвратительную чистоту.

Архангел номер один, Рафаэль. Он был чист, поскольку в отличие от обычных ангелов, у него не было матери. Он был одним из немногих существ, которые стали ангелами.

– Не могу поверить, что бог войны боится человека.

– Я не боюсь, – не выдержав, ответил Зератул. А потом сразу же об этом пожалел.

– Ты предвидел конец Хаята и обрадовался этому. Но любопытно вот что: какой повод радоваться, если нет страха?

«… Твоё любопытство меня не касается», – хотел буркнуть Зератул, как вдруг пришло спасение:

– Тук-тук! Венеция уже здесь! О боже! Наш милый Рафаэль, сегодня ты снова в гостях у Зератула?

– Это одна из моих ролей. Венеция, о тебе я тоже позабочусь, если однажды ты пострадаешь от того же.

– Божечки, зачем ты говоришь такие ужасные вещи?

Венеция, Богиня Денег, – большинство небесных богов относились к ней достаточно холодно. Они презирали её настойчивое желание превращать всё материальное и нематериальное в товары. Однако Зератул был к ней благосклонен, поскольку благодаря этой женщине он мог продемонстрировать миру свои выдающиеся секретные техники.