Глава 1675

Это было трогательное воссоединение отца и дочери. То, как Нефелина, эмоционально плачущая при виде своего отца, заставило Грида растрогаться.

В глазах Грида желание Невартана на время побороть свое безумие также придало трогательности этому моменту. Невартан нёс на себе проклятие, наложенное путем сотрудничества между абсолютным владыкой ада и небесными богами. Он преодолел самое сильное проклятие в мире своей решимостью поговорить с дочерью. Сила воли отца заслуживала всеобщего уважения.

Действительно, Грид ясно чувствовал любовь и привязанность между кровью и плотью. Он на мгновение забыл о шаткости данной ситуации и от всего сердца подбодрил Нефелину.

Именно поэтому он старался не видеть того желания, которое медленно наполняло глаза Невартана, пока он изучал свою дочь.

Грид сделал вид, что не слышит слов Невартана о поедании своей дочери, которая не могла выносить его яйца.

Грид считал, что это было неискренне, ведь разве эти слова не были произнесены сразу после проявления истинной привязанности? Он думал, что Невартан поддался безумию и говорит чепуху. Но затем Грид увидел выражение лица Нефелины и был вынужден признать это. Невартан ещё не совсем сошел с ума. Он говорил отвратительную чушь, находясь в здравом уме.

Ощущение кипящей ярости накатило на Грида. Конечно, внешне он этого не показывал, поскольку хорошо помнил, что драконы — это раса, отличная от людей. Он пытался как-то понять его слова, поскольку знал, что здравый смысл и мораль людей не должны служить мерилом для драконов.

Грид прекрасно понимал, что провокация Невартана поставит под угрозу жизни десятков миллионов людей и их близких. Он даже учел тот факт, что никто не мог предугадать, с чем Нефелина столкнется через сотни лет в будущем. Это означало, что он мыслил очень реалистично.

Однако Грид не выдержал:

 — Прекрати нести чушь! — он притянул Нефелину к себе, потому что та выглядела безмерно грустной и расстроенной.

Грид вспомнил, что Нефелина с момента своего рождения жила с людьми. Рядом был не только он, Ирен и Лорд тоже относились к ней, как к члену семьи, а Вооруженные до зубов были её друзьями. Грид полагал, что бремя дракона не должно возлагаться на неё в той степени, в которой хотел Невартан.

А даже если так, это не служило поводом для того, чтобы отвернуться от неё. Он чувствовал себя обязанным взять на себя за неё ответственность, поскольку она прожила человеческую жизнь благодаря ему. Кроме того…

— Как долго ты собираешься просто смотреть? Почему бы нам не попытаться выиграть, когда есть шанс?

Брахам уговаривал его убить дракона. Мир Вооруженных до зубов располагался в самом сердце Рейнхардта — в этом месте становился сильнее не только Грид, но и его апостолы. Может быть, он немного уступал Баалу, который демонстрировал своё непобедимое величие в аду, но здесь были и члены башни.

— Сделай членов башни своими верующими. Если ты сделаешь их обитателями Мира Вооружённых до зубов, и вы будете сражаться вместе, то убийство дракона перестанет быть просто мечтой…

Глаза Брахама, который снова и снова убеждал Грида, были наполнены гневом, а не желанием убить дракона. До встречи с Гридом единственным, кого он любил и кем восхищался в целом мире, была его мать Бериаче, поэтому он понимал и сочувствовал Нефелине. Кроме того, он тоже был брошен своей матерью, хотя у неё и были веские на то причины. Он был сослан из-за убийства своих родственников и долгие годы в одиночестве скитался по миру.

С другой стороны, Нефелина не сделала ничего плохого. Она была вынуждена идти на жертвы просто потому, что была ребёнком. Сердце, мечтавшее о мести за отца, было основательно растоптано, что делало её очень несчастной.

Впервые Брахам почувствовал жалость к детёнышу, который всё время только и делал, что ел.

— … Кажется, сегодня это место исчезнет, — внезапно заявил Невартан, заметив тяжелый взгляд Грида.

Рейнхардт, сердце империи — это было заявление о том, что он уничтожит это место, полное истории и связей, созданных Гридом.

— Ты не понимаешь чувств Нефелины! — закричал Грид.

— Понимать чувства моего ребенка? Это ни к чему. Я родил этого ребенка, так что она принадлежит мне. Я имею право обращаться с ней согласно своей воле.

Чем драконы отличаются от родителей, которые игнорируют мечты своих детей и позволяют им только учиться?! Разве в Южной Корее было как-то иначе?

Некоторые игроки цокали языками, тогда как золотые глаза Невартана быстро теряли фокус. На первый взгляд, они были похожи на зияющую дыру. Дракон не показывал никаких признаков интеллекта, его сознание явно было испорчено полным безумием.

— Сейчас! — Брахам подал сигнал.  К характерному жесту он добавил своё обычное высокомерное выражение лица, из-за которого казалось, что очень легко заманить кого-то, не совсем здраво мыслящего.

Гигантская лапа Невартана ударила Грида. Ничего особенного в этом движении не было, будто просто махнули рукой, чтобы разобраться с надоедливой мошкой. Однако это движение было безумно быстрым.