Глава 1707

— В то время я понял божественность короля Собеля. Он был бесконечно близок к непобедимости, но, всё-таки, у него была определенная слабость. В тот момент, когда я это понял, я трижды применил крупномасштабную магию и открыл свой ментальный мир, подготовив почву для Рагнарока.

На Восточном Континенте…

Брахам стоял перед Гридом и со спокойным выражением лица рассказывал о недавних событиях. Казалось, он пытался не волноваться, но не мог сдержать дрожи в голосе. Это был бог! Он победил одного из богов, стоящего почти на вершине иерархии! Возможно, он находился в более выгодном положении, но кто станет отрицать, что у него теперь было третье по величине достижение после Грида и Хаята.

— То, как сотни видов магии, покрывающих всю территорию и растущих бесконечно большое число раз, само по себе было настоящим чудом.

Зик также находился рядом с ними и время от времени делал замечания. Именно он заставил Грида осознать великое достижение Брахама, объяснившего принцип Рагнарока, потому что сила магии продолжала казаться невообразимой, даже если рассказывать о ней в сотый раз подряд.

— Король Собель…

Мир и Юма были поражены. В частности, Юма смотрел на Брахама, как на привидение. Она вспомнила лица своих братьев и сестер, которые в прошлом погибли из-за него. Уже тогда Брахам был монстром, который забрал жизни нескольких янбанов в обмен на отказ от одной руки. Неожиданно всего за несколько лет он вырос до уровня отражения атаки истинного бога.

— … То, что концепция времени для Вооружённого до зубов бога бессмысленна, истинная правда.

Тот, кто затмил годы — эти слова должны были следовать, когда речь шла о Вооружённом до зубов боге, а всё из-за того, что он преследовал трансцендентных, которые существовали тысячи лет, обладая человеческим телом, которое прожило менее 100 лет. Каждый раз, когда она видела Грида, он становился сильнее, словно время сжималось. Его апостолы, казалось, тоже были сильно подвержены таким изменениям.

«Качество Бога Войны…».

Юма внезапно подумала об определенном будущем: именно Грид стал Единственным Богом с восемью богами, склонившимися перед ним. Семь апостолов, включая Мира и саму Юму, однажды станут главными богами Мира Вооружённых до зубов.

— Перестань воображать неприятные вещи.

— Айк!

Юма пребывала в восторженном трансе, однако, испуганно вскрикнув, пришла в себя. А причиной тому был мрачно смотрящий на неё Брахам. Сердце Юмы заколотилось также часто, как когда она столкнулась с Вооруженным до зубов богом, как с врагом. Наверное, нечто подобное чувствовала крыса перед кошкой.

— Это веселит меня. Ц-ц-ц, — процедил Брахам, прежде чем перевести взгляд на Мира. Последняя головоломка, которой завершили состав семи апостолов. Действительно ли Мир заслужил право быть последним апостолом?

— Спасение жизни Грида — это отдельный вопрос.

Апостолы совершенствовались день ото дня. Даже детёныш дракона, который мог только есть, смог воссоздать «сумасшедшего бога и сумасшедшего дракона».

Грид столкнулся с адом и Асгардом, и апостолам нужно было неуклонно расти, чтобы быть ему полезными. Они не могли остановиться ни на минуту. Было ли у Мира такое же отчаянное рвение, когда его с самого начала создали, чтобы быть аналогом Баала или Рафаэля? На самом деле, похоже, он ни чуть не изменился с тех пор, как Брахам видел его несколько месяцев назад.

— Нет, напротив, у него дефект.

Этот падший парень был последним апостолом?

Брахам был явно разочарован. Он признал, что Мир занял положение апостола исключительно благодаря личным связям.

— Что…

Брахам, который пришел навестить Грида и рассказать свою историю, теперь создавал атмосферу страха. И Грид не мог сидеть сложа руки. Он подумал, что нужно как-то успокоить Брахама, недовольно смотрящего на Мира.

Мир сделал шаг вперед.

— Должно быть, трудно доверять мне, пришедшему из янбанов. Это понятно. Однако у меня не осталось никаких чувств к Королевству Хван…

— Откуда ты пришел – это не проблема.

Брахам был сыном великого демона. Среди семи апостолов были и ангел, изгнанный из Асгарда, и дитя Безумного Дракона. Если кто-то приходил и сомневался в их происхождении, то лишь немногие апостолы могли вести себя гордо.