Глава 1773

Он не мог ошибиться. Он даже не руководствовался инстинктом. Древний дракон жил целую вечность, всегда рационально и трезво анализируя и оценивая каждую ситуацию.

Нестандартное существо разделило пополам Дыхание, которым он выстрелил изо всех своих сил.

Траук опасался Хаята, Убийцы Драконов, который, находясь в скромном человеческом теле, убил его соплеменника и возвысился до статуса абсолютного существа. Таким образом, он выбрал Хаята в качестве своего главного приоритета, отвернувшись от быстро приближающихся Грида и Мари Роуз.

Траук использовал остатки пламени Дыханий, оставленных членами башни, и сосредоточился на уничтожении Хаята, памятуя главным образом о том, что низкоуровневые драконы всегда стремились съесть Хаята.

Причина, по которой драконы низкого и даже более высокого ранга были одержимы Хаятом, заключалась в том, что они знали, что его потенциал угрожает им. Аура Убийцы Драконов также была смертельной для древнего дракона, что и доказал Хаят, минуту назад ударив по Дыханию. Он осмелился вторгнуться на запретную территорию и нейтрализовать власть и права, которые дракон считал само собой разумеющимися.

— …!

Вид беззвучно кричащего Хаята успокоил Траука. Он считал, что как только энергия Убийцы Драконов расплавится, и сам Хаят вскорости умрёт. Благодаря этому Траук мог полностью сосредоточиться на Гриде и Мари Роуз, уже приблизившихся на опасное расстояние.

Эти двое вместе держали оружие дракона, и Траук следил за направлением меча, сделанного из клыка Бунхельера. Затем появилась переменная, которую нельзя было предсказать даже с мудростью древнего дракона.

Меч Мастера Меча Бибана полностью сдул сжигающее Хаята пламя силы воли. Сила воли Траука всегда была твердой, но произошедшее означало не что иное, как то, что сила воли древнего дракона, которая должна была быть вечной, оказалась сломлена. Такое несчастье случилось впервые в его жизни.

Траук полностью замер. Его охватило невероятное чувство неверия. Конечно, это длилось только мгновение, после чего сломленная воля Траука была почти сразу восстановлена. В то же время он стряхнул с себя и чувство краха.

Проблема заключалась в том, что в этом месте, за исключением Траука, присутствовало сразу три абсолютных существа, и они смогли продлить этот мимолетный момент так, словно это была целая вечность.

Вжух!

— Железо лунной ночи?

Поймав яркий свет меча, сияющий с пояса уже находящегося на краю его поля зрения Грида, Траук кое-что понял. С самого начала он ошибался. Он не должен был отвлекаться на Хаята. Самым важным, на кого следовало обратить внимание, была не Мари Роуз и не Хаят…

Одна из причин, по которой пала раса великанов, была связана с возможностями железа лунной ночи. Если бы только в тот момент нашлось существо, которое смогло бы справиться с этим, превратив его в «боевое снаряжение», а не во внешнюю оболочку незначительной игрушки, сила абсолютной защиты и твердость чешуи, которые и позволяли драконам править, были бы уменьшены до бесполезности.

Вот почему драконы стояли в стороне, когда боги Асгарда решили покарать великанов и похоронили их континент в морской пучине. В свою очередь Траук также смирился с мерзкими действиями богов на поверхности земли. Теперь же история исчезновения великанов потеряла всякий смысл.

Абсолютная защита и чешуя Траука были жестоко разрублены Мечом Падающей Луны, и это при том, что он стоял спиной к огромному логову в форме сферы. Траук, потративший Слова Дракона на попытки сделать себя «цельным», никак не мог сопротивляться Мечу Падающей Луны, который в свою очередь обладал чудесной силой, игнорирующей Слова Дракона. В своём текущем состоянии Траук уже не мог добавлять новые Слова Дракона.

«Ифрит. Ты, которая никогда не помогала мне в моей жизни, умудрилась насолить мне даже после смерти», — мысленно возмутился Траук, глубоко сожалевший о том, что не был готов к встрече с тремя абсолютными существами.

У него было странное предчувствие: может быть, сегодня он и не потерпит поражения, но и не выиграет. Он понесет огромные потери — таким было будущее, увиденное сквозь меч цвета заката, пронзающий его грудь.

Сумрак в руках Мари Роуз и Грида пронзил грудь Траука снизу доверху. Он вгрызался в гигантское тело и постепенно разрушал особо толстые чешуйки, защищавшие сердце дракона. Сила абсолютного существа в клыке Бунхельера, переродившемся в один из самых могущественных мечей в мире, даже без энергии Убийцы Драконов несла в себе разрушение невероятной силы.

Наконец, Сумрак пронзил чешую и начал калечить кожу и плоть Траука. Каждая капля текущей крови Траука обладала непостижимой для человеческого здравого смысла энергией и заключала в себе магическую разрушительную силу.

Но, к сожалению…

— Не останавливайся. — Мари Роуз, несомненно, лучше всех контролировала кровь. Она провела отпрянувшего было назад Грида сквозь проливной дождь из крови, который капля за каплей взрывался на их пути. С целью предотвратить их поглощение, она разделила испаряющиеся после взрыва остатки крови.

И вот, внутри вздымавшейся из стороны в сторону трещины красного барьера…

— Траук!

Грид стиснул зубы и двинулся вперед. В сотрудничестве с Мари Роуз каждый удар мечом Превзойдённой Связанной Вершины Убийства Дракона поразил сердце Траука.

Тело великого древнего дракона зашаталось, словно вот-вот собираясь упасть. Те, кому издалека довелось быть свидетелем этой сцены, ошибочно подумали, что это хаотично трясётся внезапно появившийся горный хребет. Красная стена, которую не могли преодолеть небесные боги, начала рушиться.