Глава 1914.

По небольшому пространству текла холодная энергия белого меча. Это была конструкция, которая не позволяла дракону даже расправить крылья.

— Ты эфемерен. Жаль, что ты так зациклен на тривиальных вещах.

Глаза Траука и Хаята находились на одном уровне. Превратившийся в человека Траук запечатал даже свою врождённую энергию и магическую силу. Уже одно это привело к тому, что пространство Убийцы Драконов потеряло свою ценность.

— Разве ты не учёл нашу контратаку? Драконы, восстановившие свой долг, постепенно станут организованными и эффективными. Если это необходимо, мы без колебаний вторгнемся в человеческие нации и города, а полудракониды и другие существа добавят сил нашим усилиям.

Ожоговая рана распространилась по руке Траука, когда он погладил энергию белого меча. Вот и всё… энергия Убийцы Драконов Хаята стала ещё слабее. Это произошло потому, что в предыдущей битве он сопротивлялся способности Рейдера «перематывать время назад», одновременно с этим расширяя свой ментальный мир и потребляя Истинную Энергию Происхождения, чтобы пронзить сердце Траука.

К тому же нынешний Хаят был далёк от идеального состояния, причём гораздо больше, чем Траук, переживший ряд боёв и получивший значительные повреждения.

— Тебе следовало подготовиться к великой войне, а не жертвовать собой ради спасения нескольких человек и одного дракона.

Это не ошибка, Хаят действительно был стратегическим оружием. Пока он существовал, большинство драконов не могли действовать опрометчиво. Однако он настоял на том, чтобы возглавить борьбу с непобедимыми древними драконами и стал никчёмным. Одним словом, это была собачья смерть.

— Я рад, что ты так глуп. Я использую твою смерть как отправную точку для установления правильного порядка, — сказал Траук и рубанул энергию меча.

Хаят рванулся вперёд, как будто только этого и ждал. Он взмахнул рукой и вонзил меч Убийцы Драконов в открытую грудь Траука.

— Как думаешь, сможешь победить меня в таком состоянии?

— Это глупый вопрос.

Траук фыркнул и ударил снова. Его даже не волновал застрявший в груди меч. Возможно, он запечатал свою магическую силу, чтобы противостоять мечу Убийцы Драконов, но его выносливость и стойкость остались нетронутыми.

Однако меч Хаята не смог прорезать мышцы Траука и в конечном итоге так и не достиг его сердца.

Уклонение, контратаки и столкновения связывались без разницы во времени, так как атаки Абсолютов, обеспечивших дистанцию, имели основу и уверенность благодаря их проницательности. Всё происходило мгновенно, и все мечи дали желаемые результаты… действительно, всякие стратегии здесь были бессмысленны.

Итак, тело Хаята полетело, как пушечное ядро.

Удар Траука содержал в себе силу метеорита, и если бы Хаят не вывернул меч, чтобы защитить себя, его грудь была бы пронзена, и он бы немедленно умер. В итоге Хаят врезался в энергетический барьер меча и рухнул вниз.

Траук погнался за Хаятом, когда внезапный порыв ветра ударил ему под ноги. Это было последствие энергии Убийцы Дракона, созданной защитным мечом Хаята.

Нога пронзила бурю и растоптала остаточное изображение, оставленное Хаятом. Тот в свою очередь перевернулся и ударил Траука в поясницу, держа меч задом наперёд (или обратным хватом). При этом возникло ощущение пронзания металла, а не плоти.

Хаят поправил меч, который остановился, всё глубже впиваясь в тело Траука, и один раз провернул его. Затем мечу удалось вонзиться немного глубже и коснуться таза Траука. Это было очень тяжело. Дошло до того, что острый край меча Убийцы Драконов в определенной степени исчез.

Затем лицо Хаята взорвалось — таковы были последствия удара Траука по колену. Точнее, он задел лишь его ухо, но созданная длина волны оказалась подобна взрыву. Лицо Хаята покраснело, кровь брызнула из его разорванных ушей и хлынула на лицо.

После этого произошёл многократный обмен сотнями атак и защитных ходов. Каждый раз, когда меч Хаята размывался, на теле Траука появлялись три или четыре лёгкие раны. Да, Хаят явно превосходил его в фехтовании.

В конце концов, всё тело Траука было залито кровью, и никому не показалось бы странным предположение, что он скоро умрёт. Однако он двигался плавно, не издавая ни единого стона, а многочисленные кровоточащие раны заживали в реальном времени.

Напротив, тело Хаята становилось всё тяжелее и тяжелее, и это несмотря на небольшое количество ран.

И прежде чем расцвести подобно цветку, кончик меча Траука задел шею Хаята.

Траук на лету изменил форму своего оружия, и теперь в шее Хаята застрял ужасный крюк. Он прорвал артерии и мышцы и прилип к его шейной кости.

— Кха-кха-кха…!

Хаят никак не мог избавиться от крюка. В тот момент, когда он выйдет из его шеи, вся его шейная кость будет вырвана, и он умрёт, поэтому Хаят в отчаянии последовал за Трауком, размахивая мечом. Тем временем меч Траука снова и снова наносил удары, пока его кончик не сломался.

На данный момент у Хаята были сломаны все ребра, ведь у него не было возможности справиться с силой кулака Траука, к тому же с близкого расстояния и без брони дракона.

— Эфемерные вещи всегда постоянны. Но что это значит?

В конце концов, Трауку надоело наблюдать, как Хаят ломает свой меч и пытается выжить, и он прищёлкнул языком, указывая на угасающую вокруг него энергию меча.

Пульсирующая белая энергия меча… заключённая в нём энергия Убийцы Драконов казалась столь же неустойчивой, как пламя свечи, находящейся на грани угасания. Также она отражала оставшиеся жизненные силы Хаята.

Вскоре единственный в истории Убийца Драконов умрёт.

— Ты сказал мне… я… одержим тривиальными вещами… — произнёс Хаят, сжимая застрявший в его шейной кости крюк.