Глава 2002.

— А так очень удобно.

Такое впечатление сложилось у Убийцы Драконов Хаята, когда он тёплыми глазами смотрел на Сариэль, Зика, Юру, Джишуку, Хастера, Зибала, Хуроя, Острую Шаверму, Дамиана и Руби.

Все они были достаточно сильны, чтобы справиться с любыми трансцендентными существами, однако, с точки зрения Хаята, в большей степени специализировались на поддержке других. И вот, с недавних пор Хаят перестал обращать внимание на их индивидуальные навыки, ему просто нравилось с ними сотрудничать.

Во время важных сражений они ослабляли своих врагов и поддерживали союзников; с ними он чувствовал себя безопаснее и комфортнее, чем когда-либо прежде; а благодаря их помощи он оставался сосредоточенным на протяжении всей битвы. В итоге меч Убийцы Драконов перерезал глотки не менее сотне земледельцев.

— Самое главное в бою — синергия. Она даёт огромное преимущество. Я рад слышать, что тебе было комфортно, — улыбнулся Лауэль.

Если только речь не шла о таком непревзойденном существе, как Грид, то наиболее важным аспектом в формировании группы было сочетание навыков каждого участника, а не его индивидуальное мастерство. Исходя из этого, именно Лауэль сделал больше всех в этом бою, так как именно он формировал команды.

— Теперь я понимаю, почему сэр Грид всегда доверяет тебе и оставляет за тобой наиболее важные задачи.

Хаят больше не обращал внимания на своё окружение, а запросто использовал почётное обращение к Гриду. Несмотря на желание Грида, чтобы Хаят жил как можно комфортнее, тот не мог позволить себе не говорить о Гриде с уважением.

Даже Ребекка, сильнейший Изначальный Бог, верила в Грида!

Даже Убийца Драконов не был ему ровней!

Тем временем, старик с белой бородой не смог выдержать клешневую атаку Крюгеля и Брахама и закричал:

— Айк-к…!!

Затем Хаят увидел гнома, выходящего из трупа старика, но Кранбель опередил его и первым убил культиватора, когда тот попытался сбежать.

Расслабившись, Хаят расстегнул рубашку, обнажив грудь. Он родился в аристократической семье и всегда был примером для других, но сейчас впервые в жизни выглядел таким растрёпанным.

Став свидетелем того, как Ребекка почитала Грида, который возродился как «другой» свет, а также Мира Вооружённых до зубов, где любой мог стать главным героем истории, Хаят позволил себе немного расслабиться.

Нервно вздрагивая, Бибан присел рядом с ним.

— Кода мы избавимся от всех этих ублюдков, которые называют себя культиваторами или кем-то ещё, то сможем начать планировать выход на пенсию.

Много лет он находился рядом с Хаятом и знал, о чём тот думает. В ответ Хаят неопределённо пожал плечами и показал большой палец Кранбелю, летевшему высоко в небе.

— Я уйду в отставку только после того, как одолею Преломляющего Дракона.

— …

Он хотел победить бога-дракона? Серьёзно…?

Бибан хотел было спросить его об этом, но решил промолчать. Именно Хаят был Убийцей Драконов, и пока противником значился дракон… он должен был взять эту задачу на себя.

Да, Преломляющего Дракона следовало оставить Хаяту, а не Гриду. По иронии судьбы, единственным, кто стал причиной смерти древнего дракона, был никто иной как Грид, но в любом случае такова была воля провидения.

Только теперь Бибан осознал истинное значение бремени Хаята.

«Пусть верит, что когда-нибудь сможет умереть спокойно».

Это было какое-то горько-сладкое осознание, но Бибан не винил его, ведь он также был воином, готовым умереть в битве с древними драконами. Как товарищ-воин, он понимал и уважал решение Хаята.