Глава 730.

— Вы… Вы…!

Кому-то могло показаться, что вампир обращается к Максонгу, который, так или иначе, был королём. Но нет. Внимание Нолла было приковано к Пиаро и Асмофелю. Нолл больше не использовал выражение «жалкие людишки». Вампир был вынужден признать, что человеческая раса не является незначительной. Её сила была слишком удивительной, чтобы сравниваться со скотом.

«Я просто не могу в это поверить…».

Ручной плуг причинил ужасную боль, из-за чего душа Нолла оказалась в настоящем смятении. Он был прямым потомком. Он был сыном великой Шизо Бериаче. В его жилах текла кровь великого демона. Нолл должен был править как абсолютное существо хотя бы в этом серединном мире.

«Но тогда почему это происходит? Неужели самом деле я — обычное ничтожество?».

Нолл совсем позабыл, что именно люди были той самой расой, которой удалось уничтожить и запечатать наибольшее количество великих демонов.

Таким образом, вампир впал в безудержную ярость, заблокировав трезубец Максонга при помощи Кровавого Щита, а меч Асмофеля — магией крови.

Тем не менее, в ходе этого процесса он вновь остался открытым перед Пиаро, в результате пропустил ещё один болезненный удар плугом.

«Почему мне так больно?».

Инструмент, которым был вооружён этот фермер, был слишком неоднозначным, чтобы называться оружием. Его эффективность была достаточно низкой по сравнению с обычным клинковидным оружием. Но каждый раз, когда Нолл пропускал очередной удар, он испытывал ужасную боль. Это сильно злило Нолла. Он чувствовал себя униженным из-за того, что вынужден был страдать от столь странного инструмента.

«Я должен сражаться всерьёз!».

От ударов Пиаро, Асмофеля и Максонга Здоровье Нолла упало до 40%. Таким образом, как и в случае с большинством именных боссов, Нолл перешёл в новую фазу.

Благодаря тому, что в предыдущей битве граф съел большое количество высокоуровневых игроков, его Прямое Подавление перешло на 2-й уровень и стало куда более мощным, чем раньше. Теперь данная способность позволяла поражать все цели, о существовании которых граф «знал», одновременно с этим снижая их характеристики, а также накладывая эффект страха и молчания. Более того, удвоилась и продолжительность её действия.

— Ух-х…

— Э-э?

И вот, когда граф использовал свой навык, Асмофель и Максонг почувствовали, как задрожали их тела. Так или иначе, врожденную разницу между видами трудно было преодолеть.

— Ку-ха-ха-ха! Думали, всё так просто? Сейчас вы узнаете, что такое настоящий ужас! — воскликнул Нолл, намереваясь переломить ситуацию. Он переливал себе кровь застывших на месте людей, тем самым залечивая раны.

Однако… внезапно в его затылок что-то врезалось, от чего вампир вновь чуть было не рухнул на землю.

— Почему с тобой всё в порядке? — не веря своим глазам, воскликнул граф.

— На легенду такие фокусы не работают, — пожав плечами, ответил Пиаро, — Забыл сказать. На самом деле я не обычный фермер.

— Действительно…! — сглотнув, наконец-то понял Нолл.

Поскольку этот человек сумел выстоять под действием Прямого Подавления, он определенно принадлежал к такой же категории людей, что и Грид. Однако вопрос заключался в том, какой именной легендой был этот человек? Возможно, Пиаро был самым сильным среди них и обладал классом Мастера Меча? Неужели ему, Ноллу, придётся сражаться против нового Мастера Меча?

— И что же ты за легенда? — слегка подрагивая, спросил вампир.

И Пиаро ответил.

— Я…

— …?

— Легендарный…

Гульп!

— Фермер!

— Да *** ** *****!

До того как вампиров выгнали из ада, они сотнями лет использовали злой язык преисподней. Итак, несмотря на то, что Нолл родился в серединном мире, он знал язык демонов, поскольку являлся прямым потомком Бериаче. И подавляющая часть словарного запаса демонического языка состояла из ужасной ненормативной лексики…