Глава 956. Безумец

– Цзян Циша! Он гений со Святой Земли Воинственности, Цзян Циша!

– Он слишком силён. В таком возрасте он уже Боевой Король четвёртого ранга. Он настоящий гений! В сравнении с ним, не упоминая Мужунь Сюня, даже Чу Фэн не может даже обсуждаться на одном с ним уровне!

Люди на банкете бесконечно приветствовали их. Все виды разговоров возникали один за другим. Все были привлечены мощной силой Цзян Циша. Они никогда не видели такого молодого Боевого Короля, не говоря уже о том, что тот был уже четвёртого ранга.

Они все были как лягушки на дне колодца. Они увидели новый мир – они увидели новый мир в Цзян Циша. Они были поражены.

Многие молодые женщины не могли сдержать свои сердца. Многие из них были безумно влюблены в Цзян Циша, и даже их воображение поглотило безумие. Они желали, чтобы той, кто была в паланкине, была одна из них. Они желали, чтобы они могли выйти замуж за такого человека, как Цзян Циша. Даже когда Цзян Циша смотрел мимо них, их сердцебиения ускорялись, когда они думали, что он смотрит прямо на них.

Не упоминая женщин, даже многие мужчина, когда смотрели на Цзян Циша, были наполнены восхищением. Естественно, они не были ошеломлены внешностью Цзян Циша, но его силой.

Сила. В этом мире сила была всем. Остальное было бесполезно. Сила была единственным стандартом в этом мире.

Среди рукоплесканий и восхищённых взглядов разных людей из Региона Восточного Моря, Цзян Циша с самого начала лучезарно улыбался. Однако, эта улыбка не была доброй – она была презрительной. Цзян Циша улыбался с презрением.

В его глазах все здесь были просто деревенщинами. Они были мусором, который обладал посредственными способностями к развитию, и всё же хотел практиковаться.

Из-за этого, когда Цзян Циша прибыл на самый верхний уровень, он не сказал никаких обычных слов толпе. Вместо этого, он, с высокомерным тоном и громким голосом, спросил:

– Вы знаете Чу Фэна?

– Да! – ответила в унисон толпа.

– Тогда, вы знаете о Цзы Лин? – снова спросил Цзян Циша.

– Да! – снова громко ответила толпа.

– Тогда, вы знаете, что Чу Фэн и Цзы Лин любят друг друга, и являются парой нежных возлюбленных? – внезапно спросил Цзян Циша с улыбкой.

– Что? Это…

Все были потрясены этими словами. Однако, они слышали об отношениях между Чу Фэном и Цзы Лин.

На пригласительных карточках, посланных Архипелагом Кары Бессмертных, также было указано, что Чу Фэн и Цзы Лин были возлюбленными, а потому более или менее все знали о них.

Однако, Цзы Лин была персоной, на которой Цзян Циша готовился жениться! Они не понимали, почему он внезапно упомянул это.

– Хо…. – Цзян Циша слабо улыбнулся на изумлённые и сомнительные выражения толпы. Затем он сказал: – Это правда. Если вы не верите мне, я могу вызвать Цзы Лин и заставить её рассказать об этом.

 

– Что касается того, почему я сказал это, это потому, что я хочу сказать вам следующее: не имеет значения, какие отношения Цзы Лин имеет с Чу Фэном – никто не сможет остановить меня. Я забираю его возлюбленную, и насильно женюсь на ней. Что он собирается сделать с этим? – Цзян Циша громко засмеялся – это был довольно безумный смех.

Свадьбы была днём ликования. Для хорошей судьбы, как правило, неприятные темы избегались. Где мог быть найден такой жених, как Цзян Циша, который объявил бы о своих злых поступках?

Даже если его слова были правдой, он заставил всех ощутить дискомфорт. Его заявление не только запятнало его именем злого человека, это даже сделало тех, кто пришёл сюда из далёких мест, соучастниками.

Но Цзян Циша совсем не беспокоился о чувствах толпы, и он не собирался на этом останавливаться. После взрыва смеха он сказал:

– Вы знаете, почему я женюсь на Цзы Лин? Её красота? Я признаю, что Цзы Лин очень красива. Не будет преувеличением сказать, что она самая красивая женщина, которую я, Цзян Циша, когда-либо видел.

–Но мир огромен, существует множество красоток. Конечно, я не хочу жениться на женщине, основываясь на одной лишь её красоте. Я женюсь на ней из-за её божественной силы.

– В теле Цзы Лин находиться Гранула Запечатывающая Небеса, и именно она запечатала её божественную силу. Но когда она достигнет двадцатилетнего возраста, как только она займётся любовью с другим мужчиной, её божественная сила будет отдана этому человеку. Что касается меня, я стремлюсь именно к этой силе.

– Что, если вы спросите меня, чем она станет после того, как я заберу божественную силу Цзы Лин? Я не против сказать вам, что она станет куском мусора, который не сможет даже практиковаться.

– Что, если вы спросите меня, что сделаю я, после того, как заберу её силу? Я скажу вам, что я ненавижу вредить подобным красоткам, но даже если она немного красива, что с того? Какая польза от человека, который не может практиковаться? В конце концов, они станут всего лишь инструментом для выброса похоти! Хахахаха… – сказав это, Цзян Циша вновь безумно засмеялся.

Лица каждого сморщились и они полностью потеряли дар речи. Былая радостная атмосфера была полностью разрушена словами Цзян Циша.

Не важно, что говорят, Цзы Лин всё же была признанной красавицей в Регионе Восточного Моря, и всё же, Цзян Циша делал её «инструментом для выброса похоти». Люди, которые слышали это, с трудом сдерживали себя.

– Предок, этот Цзян Циша спятил? Почему он говорит подобные вещи в такой день? Он портит не только собственную репутацию, но и нашу. В конце концов, мы помогли ему организовать свадьбу, – Мужунь Некун мог лишь сказать это Мужунь Минтяню ментально.

– Он всегда был безумцем, но он не дурак. Он может делать, чего бы он ни пожелал; мы будем просто смотреть. Я хочу увидеть, чего он добивается, – но по сравнению с Мужунь Некуном, Мужунь Минтянь был немного спокойней.

– Почему никто ничего не говорит? Никто из вас не думает, что я злая сволочь, которой не хватает немного доброты? – внезапно спросил Цзян Циша.

– Ты и твоя мать сволочи! Ты не достоин жениться на Цзы Лин, и ты не достоин жить в этом мире! Катись из Региона Восточного Моря! – внезапно встал старый мужчина. Он указал на Цзян Циша и выбросил ругательства.

Выражение Цзян Циша слегка изменилось. Он выбросил ладонь, и после взрыва, старик был полностью уничтожен, став лужей крови.

– Кто-нибудь ещё? – после того, как он убил этого старика единственной атакой, глаза Цзян Циша засияли холодом, и он ещё раз окинул взглядом толпу.

Все склонили головы в тишине. После того, как они увидели его беспощадность, кто бы посмел сказать что-то против?

Оставить комментарий