Глава 153

Цинь Ушуан был очень обрадован таким поворотом событий, ведь он, наконец, сбил этого Духовного Зверя после терпеливого выжидания нужного момента.

В конце концов, Духовному Зверю по сравнению с людьми не хватало стратегического ума. Они больше полагались на собственную природу и природную хитрость. Проиграв битву разума и силы, он стал добычей воина Цинь Ушуана.

Его учитель сказал, что во время тренировки, помимо любых основных урожаев, у клана нет необходимости вручать индивидуальные награды вышестоящим ученикам. Это был способ поощрить студентов приобретать награды.

Тем не менее, самым главным условием было то, что вы должны заработать эту награду самостоятельно, а не получить ее от клана.

Проще говоря, это должно было поощрить студентов клана стать самодостаточными.

Цинь Ушуан знал, что самая ценная вещь от Духовного Зверя — это внутренняя гранула. Тем не менее, все тело этого зверя стоит очень много. Конечно, Цинь Ушуан не пропустит ни одной ценной вещи. После быстрой зачистки места битвы, он все забрал.

…

В тот момент, когда Духовный Зверь умер в отдаленном уголке хребта Добродетельной Горы, цвет лица чернокожего человека изменился. Он немедленно использовал свой разум, чтобы почувствовать. Затем он нахмурился.

Как это могло случиться?

Результат оказался таким же после того, как он трижды пытался почувствовать божественного зверя. Действительно, один из трех его контролируемых Духовных Зверей был уничтожен!

Что касается этих Духовных Зверей он обучал их с помощью особой техники приручения животных, еще с ранних лет. В эти годы их всегда использовали как «наживку», чтобы заманить воинов начальной стадии, которые только что вошли в Верхнее Небесное Царство, в его подготовленные ловушки. Затем он убивал этих воинов и использовал их тела и Духовную Ци, чтобы ускорить рост своей силы.

Прошло более трех лет с тех пор, как он начал осуществлять этот план. За все это время уже два воина Первой ступени Верхнего Неба потеряли свои жизни и стали для него средством улучшения своей мощи.

За эти три года он никогда не проигрывал, и никто его никогда не обнаруживал.

Однако на этот раз один из его Стервятников из Пламенного Облака умер. Он был в этом совершенно уверен. Эти три Духовных Зверя были на самом деле его самыми ценными детьми. Когда один из них умер, то это было похоже на вырезание плоти из его собственного тела. Такой гнев не может быть описан несколькими словами.

Он решил провести расследование и заставить того, кто это сделал, заплатить огромную цену!

«Непростительно, убить моего Стервятника Пламенного Облака! Стервятники Пламенного Облака были чрезвычайно умны. Если бы они встретили Духовного воина Среднего ранга или Высокого Ранга, они бы никогда их не побеспокоили. Враг также должен быть на начальной стадии, чтобы Стервятник мог соблазнить его ценной добычей. Хммм, воин начальной стадии, ты у меня дождешься, я принесу твою жизнь в жертву моему Стервятнику Пламенного Облака! «

Этот человек с мрачным выражением лица в черной одежде вышел из дальнего угла и бросился к приблизительному месту, где умер зверь. В то же время он использовал технику управления зверем, чтобы призвать двух других Стервятников Облачного Пламени.

Первоначально он был воином на начальной стадии. Теперь, после поглощения Духовного Ци от двух других воинов Начальной Стадии в его кости, независимо от его тела или уровня, он стал выдающимся на этом уровне. В результате он намного превзошел обычных воинов начальной стадии.

Кроме того, он также контролировал двух Духовных Зверей. Конечно, создав этот небольшой отряд из человека и двух птиц он был намного увереннее в укрепленной силе.

Теперь он хотел убить того, кто уничтожил его Стервятника Пламенного Облака. Он заберет его тело, впитает его духовную ци и использует его как свое собственное.

…

В тоже самое время, Цинь Ушуан быстро покинул место битвы после того, как забрал внутреннюю гранулу из этого Стервятника Облака Пламени. Он знал, что у этого события есть свои плюсы и минусы. Из того как отреагировал Стервятник, Цинь Ушуан понял, что конечно же, он тут не один. Иными словами у него были сообщники.