Глава 31.

Глава 31.

– Угх……

Наверное, это выше моих сил.

В тот момент, когда Эйрин подумала об этом, Люцилион ступил на воздух и быстро забрался в карету.

– Почему он едет?!

– О……

– Я могу ехать, потому что я – щенок хозяйки, – ответил Люцилион несколько взволнованным голосом.

Нет, дело не в этом.

– Моя Бэм-Бэм не воспитывает щенков.

– Что? Она воспитывает меня.

Два сидящих напротив мальчика начали рычать друг на друга. Они оба схватили Эйрин за руки и начали перетягивать.

– Бэм-Бэм, садись сюда!

– Хозяйка, вам следует сесть здесь.

Голубые глаза мягко изогнулись. Каждый раз, когда Люцилион делал это, аметистовые глаза Рихарта ярко вспыхивали.

Подумав немного, Эйрин просто плюхнулась на пол кареты:

– Я хочу сидеть здесь.

В этот же момент Люцилион поднял девочку и посадил на сидение, на котором сидел.

После этого он медленно сел у её ног, с улыбкой смотря на Эйрин как по-настоящему послушный щенок:

– Я буду сидеть здесь.

Не понимаю, что он задумал.

В оригинале он не был таким невинным.

Храм был таким же порочным, как и императорский дворец. Существует распространённое заблуждение, что священники чисты, поскольку они поклоняются чистому белому цвету, но это не так.

Священники – это группа, объединённая принципом дискриминации, а именно восхваления лишь людей.

Они используют перевёртышей в качестве рабов под предлогом заботы о них и даже обучают детей, рождённых с божественными способностями, для становления марионетками храма.

Внутри храма нет конца конфликтам интересов и борьбы за выживание.

И Люцилион – человек, который гордо занял положение первосвященника среди развалин храма.

Поэтому его душа более чёрная, чем у большинства змей.

Естественно, сейчас он ещё ребёнок.

В <Удочерении> Люцилион, вошедший в храм в качестве юного кандидата в священники, действовал словно преданный священник, как ему и велели.

В день после десяти лет обучения, когда старейшины храма благополучно передали ему место первосвященника, в храме подул кровавый ветер.

Всё гнилое руководство было вырезано и началась чистка.

Тогда половина людей храма либо умерла, либо была изгнана.

В романе его так и называли.

«Дьявол белоснежного света».

Люцилиону было дано такое имя потому, что там, где проходил его свет, не оставалось даже тел.

Он и правда был тираном и дьяволом храма.

Естественно, это была лишь точка зрения внутри храма. Для людей вне него это были желательные изменения.

Сразу после того, как Люцилион занял место первосвященника, растраты, злоупотребления, дискриминация и прочее полностью исчезли.

А, запуталась.

Я вернусь к этому, когда придёт время, – вздохнув, Эйрин бездумно посмотрела в окно движущейся кареты.