Глава 2126

В этот момент серебристая тень внезапно опустилась с неба, мгновенно рассеяв давление, обрушившееся на Юнь Чэ.

Мэн Кунчань спустился с небес и встал перед Юнь Чэ, с лёгкой улыбкой произнеся: — Как раз собирался навестить вас, не ожидал встретить здесь. Давно не виделись, как поживаете, Великий Божественный Чиновник?

Но Великий никак не отреагировал на слова Почтенного Бога У Мэна, его взгляд по-прежнему был прикован к Юнь Чэ.

Мэн Кунчань слегка нахмурился, затем сказал: — Это мой сын Цзяньюань, потерянный на сотню лет и недавно найденный, поэтому не успел его как следует воспитать. Он впервые на Чистой Земле и, конечно, многое не знает и может быть резким. Если чем-то оскорбил Великого Божественного Чиновника, прошу проявить великодушие и временно не взыскивать с него. После завершения дел я обязательно приведу Цзяньюаня извиниться перед Великим Божественным Чиновником.

Но Великий снова проигнорировал его, его глаза были как бездонные чёрные пучины.

Он снова заговорил, его мощь и давление в несколько раз усилились: — Отвечай, откуда у тебя сила Будды?!

Пространство между Великим и Божественным Владыкой У Мэном исказилось.

С падением ужасающего божественного голоса край одежды Божественного Владыки У Мэна слегка приподнялся и беспорядочно затрепетал.

— Сила Будды? — Мэн Кунчань взглянул на Юнь Чэ, в глазах явно было изумление.

Хотя Божественный Владыка У Мэн защищал его, ужасающее божественное давление заставляло голову Юнь Чэ разрываться от боли. Но его мысли по-прежнему были ледяными и быстрыми, он заново перебирая заранее подготовленный ответ.

Этот ответ изначально предназначался для встречи с Императором Бездны.

Фрагменты памяти, оставленные Злым Богом Ни Сюанем, ясно сообщили ему истинную личность Императора Бездны.

И также ясно сообщили, что его искусство культивации «Великий Путь Будды», которое он практиковал, было создано Императором Бездны.

А ещё то, что Опустошающий Бог был «создан» Императором Бездны в древнюю эпоху богов с помощью Великого Пути Будды. Поэтому, если личность Императора Бездны была верна, он легко бы заметил силу Будды в теле Юнь Чэ.

Но Юнь Чэ никак не ожидал, что до встречи с Императором Бездны сначала столкнётся с Великим Божественным Чиновником. Ему пришлось в этот короткий момент заново оценить, подходит ли этот ответ также и для Великого.

Юнь Чэ поднял голову, встретив взгляд Великого Божественного Чиновника, и наконец разглядел его черты.

Его черты, равно как и всё тело, источали властность и несгибаемую силу — настолько ярко, что затмевали почти всё остальное, делая невозможным даже определение его возраста.

Его черты были настолько остры, что, казалось, могли рассечь само время; а глубина его взгляда — столь мрачна и бездонна, будто в силах поглотить весь Мир Бездны.

Юнь Чэ уже собирался заговорить, как вдруг сверху донёсся голос.

— Хуан, отступи.

Этот голос был подобен лёгкому дождю, тихому ветру, он звучал как нечто между сном и явью. В нём не было ни капли эмоций, но он рождал в сердце ощущение покоя, словно чистый родник омывал душу.

Давление, обрушившееся на Юнь Чэ, рассеялось в одно мгновение. Великий задержал взгляд на нём лишь на секунду — и, не сказав ни слова, без тени колебания покинул место.

На лице Мэн Кунчаня появилось недоумение, но он явно с облегчением вздохнул и громко произнёс: — Почтительно прощаемся с Великим Божественным Чиновником.

Постепенно убрав свою внешнюю ауру, он обернулся к Юнь Чэ и мягко спросил: — Юань`эр, неужели у тебя и вправду есть «сила Будды», о которой говорил Великий Божественный Чиновник?

Юнь Чэ немного помедлил, но кивнул, объясняя: — Среди переданных наставником искусств есть одно, называемое «Великий Путь Будды». Произведённая им сила, должно быть, и есть та «сила Будды», о которой говорил Великий Божественный Чиновник.

— Наставник наказывал мне не разглашать ничего о нём и о том, чему он меня обучал, и я не знаю, почему Великий Божественный Чиновник сразу распознал эту силу с одного взгляда… — он тихо пробормотал: — Может, мой наставник связан с Великим Божественным Чиновником?

— … — Мэн Кунчань нахмурился, погружённый в размышления.

— Почтенный Бог, тот голос только что, неужто… — Юнь Че осёкся, будто не решаясь назвать то имя вслух.

— Голос? Какой голос? — переспросил Мэн Кунчань, но уже в следующее мгновение всё понял: — Так вот почему он сначала пришёл в ярость, а потом вдруг ушёл… значит, это был…

Его взгляд стал сложным, но, находясь на Чистой Земле, он не смел строить догадки и тем более делать поспешные выводы.

— Юань`эр, твой учитель, похоже, личность куда более великая, чем ты сам себе представляешь. Возможно, он давно отрешился от мирской суеты… но для тех, кто обитает на Чистой Земле, не существует тайн, которые нельзя было бы увидеть.

Мэн Кунчань не стал дальше расспрашивать, а с восхищением сказал: — Но для тебя это, пожалуй, даже благо. Судя по тому, что мы только что видели, всё это может принести тебе совершенно невероятную пользу в будущем.

— Угу, — в глазах Юнь Чэ отразилось волнение: — Защита наставника всегда со мной, в теле и сердце.

Мэн Кунчань улыбнулся: — Пойдём со мной обратно. Хотя на Чистой Земле тебе ничего не грозит, но, когда тебя нет рядом, на душе у меня неспокойно.

— Хорошо.

Мэн Кунчан подхватил Юнь Чэ, но едва они поднялись в воздух, как меч пронзил небо, за ним стремительно появилась холодная, невыразимо прекрасная сказочная тень.

Выражение лица Мэн Кунчаня, прежде напряжённое, мгновенно озарилось улыбкой: — Цинъин…