Глава 109: Рост
Глава 109: Рост
Вернувшись в город Н, Гу Сицяо на два дня осталась в поместье семьи Инь. За это время Тан Яньлин практически напичкала её всевозможными тониками и здоровой едой, так как девушка сильно похудела.
— Цяо Цяо, подойди-ка. Взгляни на мою каллиграфию.
Дедушка Инь подозвал Гу Сицяо, откладывая кисть в сторону. После того как его застарелая травма начала заживать, мастер семьи Инь всё активнее наслаждался жизнью, чем сильно удивлял остальных членов семьи.
Гу Сицяо налила чашку чая и подошла к нему, оценивая написанные слова, как если бы сама приложила к этому руку.
— Сильные и смелые слова, но в то же время изящные мазки. Молодец, дедушка, хоть ты и старый, но золотой!
Дедушка Инь усмехнулся и тихо вздохнул.
— Я действительно уже стар. Слышал, Шаоюань говорил, что ты неплохо разбираешься в каллиграфии? Как насчет небольшой демонстрации для старого мешка с костями?
Гу Сицяо немного подумала, прежде чем написать четыре слова на бумаге сюань*.
«花好月圆» (Прекрасные Цветы, Полная Луна)
Слова не были столь сильными и смелыми, как те, что написал старик. Однако текучие и энергичные мазки будто вышли из-под руки бессмертного, обладали своим собственным неповторимым стилем, и от одного взгляда глаза дедушки Инь заблестели.
— Какой смелый почерк!
Он родился в семье фермера, поэтому высоко ценил образование подрастающего поколения. К сожалению, его сын не блистал умом, а внук использовал свою сообразительность не там, где требовалось. По этой причине юная крестница, которую приютила Тан Яньлин, пришлась ему по душе. Гу Сицяо была не только умна, вежлива, красива, но так же обладала большими способностями к каллиграфии. Почему она не родилась его биологической внучкой?
Другими словами, на самом деле дедушка Инь был весьма недоволен именно этим вопросом.
— Неужели? В последнее время я выпила так много тоника, что мне кажется, будто он влияет на мой разум.
Гу Сицяо считала, что её письмо уродливо, и чем больше смотрела, тем сильнее ощущала недовольство. Ей определенно нужно попрактиковаться, когда позже попадёт в виртуальное пространство.
Истинная правда, что тяжелый труд — корень всех успехов, и она не могла остановиться ни на мгновение. Всего можно достичь путём длительной практики, и, честно говоря, она попросту не знала, чем могла бы заняться, если бы прекратила выполнять ежедневные задания.
Дедушка Инь понял, что девушка на самом деле очень недовольна своим почерком, поэтому попытался успокоить её:
— Цяо Цяо, ты слишком сурова к себе. Подобный уровень каллиграфии в твоём-то возрасте — уже настоящее достижение. Даже если ты не дотягиваешь до уровня мастеров, однако ты намного опередила своих сверстников, и всё, что тебе требуется, — это время.
— Я понимаю, — кивнула Гу Сицяо, зная, что дедушка Инь беспокоится о ней, но она отличалась от всех остальных. Как владелец системы, она могла растянуть один день на год, и, как говорится, с большой силой приходит большая ответственность, поэтому она не могла подвести себя под стандарты своей возрастной группы.
Мастер Инь заметил, что его слова не возымели на девушку должного эффекта. Ему оставалось лишь вздохнуть. Она всего лишь маленькая девочка, но ей пришлось пройти через многое. Он только хотел, чтобы она жила и наслаждалась теми же переживаниями и радостями, что и её ровесницы, и чтобы её дни не были наполнены тревогами.
Немного подумав, старик написал на бумаге «及时行乐» (carpe diem**).
— Дитя, я знаю, что не смогу переубедить тебя, но ты должна помнить, что иногда можно передохнуть и положиться на…, — дедушка Инь проглотил имя Цзян Шусюаня, прежде чем продолжил: — семью Инь, так что можешь позволить себе иногда покапризничать.
Гу Сицяо подождала, пока чернила высохнут, а затем аккуратно забрала лист, собираясь сохранить на память.
Она оглянулась на старика, чья голова была полностью покрыта белоснежными волосами, и позволила его словам согреть её сердце. Самое счастливое, что случилось с ней в этой жизни, — то, что она повстречала множество людей, которые искренне заботились о ней.
Прошло два дня, и Гу Сицяо собралась покинуть поместье семьи Инь. И хотя Тан Яньлин не хотела её отпускать, но не стала останавливать, вместо этого завалив поместье Цзян Шусюаня кучей тоников и драгоценной еды. Затем она созвонилась с госпожой Чжан и несколько часов кряду обсуждала план питания Гу Сицяо.
Гу Сицяо: Не говорите обо мне так, будто меня здесь нет!..
Повесив трубку, Тан Яньлин немного подумала, а затем попросила дворецкого отправить ей еще и новую одежду. Только уладив все вопросы, она перестала ворчать и ущипнула Гу Сицяо за упругую щечку.
— Спустя пару дней к твоим щечкам наконец-то вернулся румянец… Только посмотри, что с тобой стало за такой короткий срок. Как я могу спокойно спать, пока ты будешь в столице Империи?
Тан Яньлин знала, что Гу Сицяо поступила в Университет А, и хотя всё еще не хотела отпускать её, все же смогла найти что-то хорошее в сложившейся ситуации.
— К счастью, ты будешь учиться в Университете А, а не за границей, иначе мы бы увиделись только через несколько лет!