Глава 55

 – Господин Чан, – сидящий рядом с Чан Ши Гуй был ещё одним инвестором Легендарных хроник Таньхая. Он уже давно слышал слухи, что Чан Ши Гуй заинтересовался этой женщиной-знаменитостью, но не смог успешно преследовать её. Из-за этого многие в их кругу даже высмеивали его. – Продюсер сказал мне ранее, что эта актриса очень много работает на съёмочной площадке. Неудивительно, что Цянь Цун Хай восхищается ею.

Когда мужчина интересуется женщиной, он также будет счастлив, когда другие люди хвалят её, независимо от того, был ли он успешным в преследовании этой девушки или нет. Это было признанием его вкусов.

Действительно, Чан Ши Гуй невольно улыбнулся его словам.

 – Вот такая она и есть. Нин Си делает всё, что в её силах, как бы трудно это ни было.

Инвестор улыбнулся и кивнул, так как подумал про себя, что эта актриса действительно способна.

«Посмотрите на тон Чан Ши Гуй, вы можете просто почувствовать, как мягкость просачивается наружу».

Ходили слухи, что дамы из семей Цзян и Бай интересовались Чан Ши Гуем. Им не удалось заинтересовать его, но эта актриса сумела это сделать!

На сцене ведущий спросил Нин Си:

 – Что было самым трудным, с чем ты столкнулась, выступая в роли феи Цинъянь?

Нин Си улыбнулась.

 – Как известно многим поклонникам романа, фея Цинъянь – это воплощение идеальной феи. Поэтому труднее всего было нести эту божественную ауру и разыгрывать жесты.

Нин Си говорила правду. В конце концов, именно это больше всего волновало публику, когда они обсуждали кастинг феи Цинъянь. Многие люди чувствовали, что ни одна из актрис в индустрии не может на самом деле изобразить эту идеальную фею Цинъянь.

Никто никогда раньше не видел фей, но все слышали истории о них с самого детства. Поэтому у них всегда будут какие-то фантазии о феях.

Именно по этой причине роль Нин Си была спорной с самого начала, и после премьеры фильма, будет находиться в центре внимания поклонников.

 – Я должна раскрыть это. Во время съёмок Нин Си прочитала довольно много статей о феях, чтобы лучше изобразить эту роль. В то время обои её телефона были заполнены летающей Апсарой в Дуньхуане; она даже развесила изображения летающей Апсары вокруг своей квартиры! – Сунь Юй Хань вздрогнула. – В то время мы даже шутили, что Си Си готовится заняться самосовершенствованием.

 – Изображение летающей Апсары в Дуньхуане? – ведущая выглядела потрясённой. – Это уже на другом уровне!

 – Я просто чувствовала, что линии летающей Аспары на этих изображениях были исключительно прекрасны, – Нин Си повернула голову и задумалась. – Наверное, именно так и должна выглядеть фея.

 – В романе была часть, в которой фея Цинъянь изящно танцевала. Будет ли это фигурировать в фильме? – с любопытством спросил ведущий. – Наблюдать за танцем красавицы было бы восхитительно.

Нин Си опустила голову и молча улыбнулась, не подтверждая и не отрицая вопроса.

В этот момент режиссёр Цянь ответил:

 – Зрители не будут разочарованы.

Внимание присутствующих кинокритиков было привлечено его комментарием; режиссёр Цянь, вероятно, снял эту сцену. Это было бы логичным шагом; в конце концов, фея Цинъянь была одной из самых больших загадок этого фильма; если бы танцевальная сцена была хорошо снята, фильм определённо привлек бы больше внимания.

Однако кинопроизводство в последнее время не очень преуспело, когда дело доходило до танцевальных сцен. Во многих случаях движущаяся танцевальная сцена обычно заканчивается как плохая танцевальная рутина, хотя многие всё ещё притворяются, что испытывают благоговейный трепет перед этой рутиной.

Конечно, это была не только вина режиссёра. Поскольку производство фильмов требует больших затрат, даже если режиссёр хочет создать лучшую сцену, продюсеры не согласятся. Конечно, актёры тоже могли отказаться сотрудничать, и зрители не беспокоились о том, была ли танцевальная сцена экстраординарной.

Если люди стали такими беспокойными, то режиссёры ничего не могли поделать.

Они могли только надеяться, что Цянь Цун Хай преодолел это ограничение и снял захватывающую танцевальную сцену.