Глава 374

Акт 9

После слов Луслека в конференц-зале.

Единственными звуками были прерывистые вспышки фотокамер репортеров и скрип их ручек в блокнотах. Что касается официальных лиц из правительства Германии, то они фактически превратились в немых после того, как не смогли придумать подходящего ответа.

Даже сам Луслек, казалось, не ожидал такой реакции, поэтому он оглянулся на Су Хена. Последний вздохнул, а затем ухмыльнулся, подняв большой палец вверх.

Только тогда Луслек снова начал ухмыляться, и эта ухмылка была такой же, как подливание масла в и без того зажигательное настроение в конференц-зале.

“Вам не кажется, что вы перешли черту?!”

«Ой? Тогда, может быть, мне немного смягчить формулировки? Ваши чувства только что были задеты?”

“Нет, не берите в голову. В любом случае, мы искренне надеемся, что вы не истолкуете наши намерения таким образом.” Луи Гессе немного остудил свой гнев, кашлянул, чтобы прочистить горло, а затем продолжил говорить: “Наше мнение всегда было таково, что подземелье, о котором идет речь, было на грани полной зачистки, и все благодаря жертвам трех пробужденных S-ранга и многих других немецких пробужденных от Бюро. Да, благодаря вашим усилиям мы избежали жертв среди гражданского населения, но было бы неправильно не учитывать их героические жертвы.”

То, что он сказал, было полной чушью.

Ли Джу Хо глухо усмехнулся и парировал: “В случае, если вспышка произойдет из-за провала рейда, все рейдовые операции, которые произошли до вспышки, больше не признаются. Обычно вас критиковали бы по моральным соображениям.”

“Да, но это не что иное, как критика на каких-то шатких моральных основаниях. Как я уже говорил ранее, мы в Бюро управления пробужденными не желаем просто отказываться от предметов, созданных в результате жертв пробужденных внутри подземелья.”

‘Результат, говорите.’ Су Хен тихо закрыл глаза на то, что сказал Луи Гессе.

Что-то в этом обмене репликами показалось ему знакомым.

‘Верно, это тоже случилось тогда,’ — подумал он.

Луи Гессе также был министром немецкого Бюро по управлению пробужденными. Однако дело было не только в нем.

История была точно такой же, когда он был не Ким Су Хеном, а Ким Сон Ином. Различные власти пробужденных спорили о своей собственности на подземелья, в которые он совершил рейд.

‘Что я тогда сделал?’

Тогда он боялся посеять раздор.

У него не было никакой привязанности к деньгам, и делал он это тоже не ради денег, так что он просто пропустил все эти события мимо ушей.

Он просто делал то, чего они от него хотели, и после того, как позволил подобным вещам случиться раз или два, вскоре это стало нормой для всех. Затем, с определенного момента, даже Су Хен начал думать, что такое было в порядке вещей.

“Этот инцидент причинил значительный ущерб частной собственности граждан. Все ресурсы, извлеченные из синего подземелья, будут использованы ради них. Мистер Ким, ради них самих, пожалуйста, постарайтесь понять,” — сказал Луи Гессе, меняя свой подход. Теперь он говорил: “Пожалуйста, уступите за счет граждан” в дополнение к вкладам немецких пробужденных.

“Мистер Ким, вы также тратите все богатство, которое накопили до сих пор, на людей, сталкивающихся с жизненными трудностями, не так ли? Вы можете думать об этом как о подобном. Пожалуйста, ради них давайте придем к выгодному соглашению,” — продолжил он, вставая со своего стула, чтобы после этого низко поклониться. Он казался таким почтительным, когда делал этот жест.

Если бы кто-то незнакомый увидел эту сцену, он бы подумал о нем как о министре, искренне готовом склонить голову перед иностранным пробужденным ради своих соотечественников.

Конечно, вы бы сразу поняли, что это неправда, если бы задумались об этом на секунду.

“Вы говорите, что это одно и то же…”

Ухмылка на губах Су Хена стала глубже. Однако его глаза совсем не улыбались, просто губы растянулись почти до ушей.

Увидев это выражение со стороны, Ли Джу Хо услышал, как в его голове зазвенели тревожные колокольчики. ‘Ага, он взбешен,’ — подумал он.

Су Хен обычно не выражал свой гнев внешне. Его характер диктовал, что обычно он внутренне остужал свой гнев.

Однако, когда он делал такое выражение лица, это приводило к одному-двум инцидентам без исключения.

Конечно же, такой инцидент произошел бы и здесь.

“Итак, вы пытаетесь обмануть Гильдию Парагон любым способом и уклониться от ответственности — это то же самое, что я сейчас пытаюсь быть хорошим человеком, не так ли?”

“Ч-что ты вообще?..”

“Не прикидывайтесь дурочкой, пожалуйста. Кто-то должен взять на себя вину за эту вспышку. И давайте не будем забывать, что все вопросы, связанные с пробужденными и подземельями, в первую очередь находятся в ведении Бюро по управлению пробужденными.”

Глаза Су Хена сузились до щелочек.

Он насильно подавлял свое намерение убить, так как его противник прямо сейчас был обычным человеком, но даже тогда Луи Гессе чувствовал, что он намочил штаны, просто оказавшись под пристальным взглядом Су Хена.

Не только аура, которую он излучал, но даже ощущение присутствия, которое излучал Су Хен, оказалось намного больше и внушительнее, чем у любого политика, с которым Луи Гессе имел дело до сих пор.

“Абсурдное оправдание и попытка воззвать к нашему сочувствию. Используя только это, вы планируете отобрать право собственности на подземелье. Вы даже говорите, что позаботились бы о гражданах, пострадавших в результате этого инцидента, с помощью того, что вы заберете из подземелья… Вы знаете, ничего этого не случилось бы, если бы не ваша жадность.”

“Что вы имеете в виду? Сэр, это была просто ошибка с нашей стороны.”