Глава 540 — Храни Молчание
Как выяснилось, на самом деле Аксиль не имела права обещать ничего из того, чем обладал Сьеван. Даже под угрозой быть вынужденной лицезреть то, что, по всей видимости, являлось самым отвратительным предметом на свете, она не могла сделать ничего большего, кроме как попытаться устроить ему аудиенцию. Для Ноя это не стало сюрпризом.
Демон, столь могущественный, как Сьеван, ни за что не послал бы кого-то действительно влиятельного за сломанной Мастер-Руной. Душа имела в себе не так и много места. Даже с учетом роста, который происходит благодаря продвижению, он сомневался, что чрезвычайно могущественный демон захочет использовать что-то менее качественное, чем самые лучшие Руны, которые только можно найти.
Скорее всего, Сьеван просто собирал Руны. Его имени и угрозы было более чем достаточно, чтобы получить все, что ему когда-либо было нужно. Просто Аксиль оказалась ближе всего к их району. Самый удобный вариант для поиска.
У кого-то вроде нее не было полномочий торговаться. Они не могли ничего обещать – и Ной как раз на это и рассчитывал. Хотя он с радостью согласился бы на обмен на более стоящую Руну для себя, Ли или Мокси, он был не менее рад получить знакомство с кем-то еще, кто мог бы им помочь.
Именно это и предложила Аксиль, съежившись на своем стуле и отчаянно делая все возможное, чтобы отстраниться от книги Ноя.
«Я познакомлю вас с Затхом», – поклялась Аксиль, ее глаза были так плотно зажмурены, что Ной боялся, что ее лицо сейчас так и застынет в судороге. Она дернулась, пытаясь освободиться от удерживающих ее пут, но безуспешно. «Он сможет говорить от имени Лорда Сьевана. С ним вы сможете договориться».
«А что помешает ему просто решить повторить то же самое дерьмо, что и ты?» спросила Мокси, склонив голову набок. «Нам что, придется сражаться с каждым представителем вашей организации?»
«Лорд Сьеван сказал мне использовать любые средства, чтобы заполучить Руну, которую он ищет. Затх не будет вмешиваться. Просто отпустите меня. Я не хочу больше находиться в присутствии этой… вещи».
Это очень сильная реакция на что-то, что должно быть не более чем уродливым сшитым трупом. Я, конечно, не жалуюсь, но серьезно? Я бы заподозрил, что Аксиль притворяется, если бы это не было так невыгодно для нее. Если бы она просто поговорила с нами нормально и предложила сотрудничество в первый раз, это бы сэкономило ей кучу времени и унижений.
Насколько я могу судить, Сьеван каким-то образом дал ей возможность видеть… смерть. Или что-то в этом роде. Может, это эквивалентно тому, как если бы рядом с чувствительным носом собаки взорвали бомбу-вонючку. Это так сильно портит ей настроение, что она готова на все, лишь бы избавиться от этого.
Мне подходит. Я лучше буду торговаться с приспешниками Сьевана, чем сражаться с ними. Если это даст мне какие-то рычаги влияния, возможно, я смогу узнать, где находится Визен, или получить какое-то другое преимущество над ним. В нынешнем состоянии нам его точно не одолеть, а каждый шаг в правильном направлении ценен.
В этом и заключался смысл всей этой затеи с Пауком. Я не планировал так действовать, но мне всегда нравились импровизации.
«Приемлемо», – сказал Ной. Он скрестил руки перед грудью: «И где мы собираемся искать Затха? Надеюсь, ты не думаешь, что мы просто отпустим тебя на свободу. Я не пользуюсь репутацией особо великодушного добряка».
«Я позову его. Для чего-то такого уровня важности он прибудет. Лично».
Эх. Большего и просить нельзя. Идеально.
«Тогда, полагаю, мы договорились», – сказал Ной.
«Я хочу оставить себе топор», – сказала Ли.
«Разве у тебя уже не было топора?» Ной нахмурился. Если уж на то пошло, он уже давно не видел топора Ли. «Что ты с ним сделала?»
Она одарила его виноватой ухмылкой. «Я его случайно оставила».
Ной выдохнул и покачал головой. «Не теряй свои игрушки, Ли. Аксиль, мы оставим топор себе. Надеюсь, ты не возражаешь? Он все равно слишком велик для тебя теперь».
Аксиль приоткрыла один глаз и уныло уставилась на огромное оружие. «Он был создан из металла, добытого в глубинах Черных Пределов. Он не позволит другому владеть им. Я привязала его к своей душе».