Четвёртый год: Апрель

Суббота, 26-е апреля, 1975 год.

— Римус Люпин, сейчас же положи книгу на место! — эхом разнёсся по больничному крылу пронзительный недовольный голос мадам Помфри. Римус испуганно поднял голову и бросил книгу.

— Вы можете видеть сквозь занавески?! — крикнул он. Он-то думал, что был один.

— Нет. Я просто слишком хорошо тебя знаю, — она появилась из-за бледно-зелёных больничных занавесок. За ними было светлее — Помфри наложила чары, которые создавали капсулу темноты вокруг постели Римуса. Чтобы ты поспал, сказала она.

А теперь отобрала у него книгу и посмотрела недовольно:

— Я надеялась, ты дашь своим глазам отдохнуть, а не будешь их напрягать.

— Я вижу в темноте, — пожал он плечами. Это было правдой — неважно, как много физических испытаний проходило его тело, зрение всегда оставалось идеальным, даже лучше, чем идеальным.

— Никаких оправданий, — цыкнула на него мадам Помфри. — Что ж, раз ты не спишь, полагаю, ты готов к посетителям?

— Да, конечно! — он радостно сел прямо и поправил пижаму.

— Давайте, заходите, — сказала она Джеймсу, Сириусу и Питеру, которые сразу же залезли внутрь. — Никакого шума и никаких книг!

— Почему тебе нельзя читать? — спросил Джеймс, перегибаясь через спинку кровати в изножье.

— Потому что это Лунатик, — сказал Сириус и всем телом упал на крошечную кровать, прямо на ноги Римуса. — Он не знает, когда нужно остановиться.

— Просто хочу повторить кое-что к экзаменам, — вздохнул Римус, почёсывая затылок. — В смысле, я же школьник, это то, чем я должен заниматься, — он взял шоколадную лягушку у Питера, который раздал их каждому.

— Но ты можешь перегореть, — сказал Сириус с полным ртом шоколада. — Ты же на километры впереди всех в классе, да и до экзаменов ещё целая вечность.

— Экзамены через две недели, — сказал Джеймс, на удивление аккуратно отломив кусочек шоколада. — Тебе бы тоже не помешало начать готовиться, Блэк.

— Ой, ну простите, пожалуйста, — Сириус театрально закатил голубые глаза и перевернулся на спину. Римус скривился. — Я забыл, что ты тоже вступил в клуб нудил.

— Один день в библиотеке не делает меня нудилой! — нахмурился Джеймс, явно глубоко обиженный словами друга.

— Не слушай его, Джеймс, — ухмыльнулся Римус. — Я тобой горжусь. Спасибо за лягушек, Пит.

— О, это не от меня, — сказал Питер, усаживаясь в кресло около его кровати. — Деззи просила передать, чтобы ты выздоравливал.

Римус, Сириус и Джеймс одновременно повернули головы.

— Деззи, — сказал Сириус и сел прямо. — Ты имеешь в виду Дездемону?

— Э… да, — Питер перестал поглощать шоколад и начал нервничать. — Она спросила меня, почему я не смогу сегодня с ней встретиться, так что я сказал, что мы пойдём проведать Лунатика. Что?! — он переводил взгляд с Джеймса на Сириуса. — Я ничего не сказал о его болезни, просто сказал…

— Ты идиот! — Сириус спрыгнул с кровати.

— Сириус! — шикнул Римус — если они будут шуметь, мадам Помфри их прогонит. — Всё нормально. Правда.