Глава 29-30

В гостиную вошёл высокий мужчина среднего возраста в черном пальто. На пару метров позади него шли два охранника и ещё группа рабов, выигравших аукцион, с 1-го и 2-го сектора, это ясно по их плохо скрываемым улыбкам.

Кён заметил по размеренной походке мужчины, что он не прост, обладает способностями.

Все люди стали расступаться с его дороги, а трио, заведующее лавкой, сместилось поближе к стене, чтобы освободить место на мини-сцене. Их значимость явно уступает этому пальтистому.

Поднявшись, мужчина равнодушным взглядом окинул собравшуюся толпу, а затем, прочистив горло, заговорил:

«Все вы наверняка знаете, кто я и для чего здесь. Я не собираюсь задерживаться в этом месте надолго. Три человека, сделавшие наибольшие ставки, будут повышены и отправлены в поместье…»

Хотя эти слова звучат каждый год, они всегда производят настоящий фурор в гостиной.

Каждый раб оценивает повышение с последующим переездом в поместье как нечто невообразимое, как то, что полностью изменит его жизнь к лучшему. Вкусная еда, благоприятные условия проживания, высокая оплата… Возможность стать лакеем какого-нибудь господина, этим сделав свою жизнь сказкой, а может стать слугой, или даже бы животноводом, вот где мечта обычного бедняка. Перспективы невообразимые, всё же поместье принадлежит Стоунам, семье номер один в королевстве. Цена повышения в отличие от обычной свободы в среднем втрое выше.

Мужчина в пальто, он же доставщик, развёл руки, торжественно произнёс: «…Начнем же аукцион! Первая ставка пять тысяч рупий, кто больше?»

Начали тянуться руки с последующими выкриками: «Шестьдесят тысяч!» … «Семьдесят тысяч!» … «Девяносто тысяч!»

В итоге первый человек выкупил повышение за 250.000 рупий.

Кён решил выкупить повышение именно второго лота, полагая, что так будет дешевле.

Вскоре его мысли себя оправдали: он выиграл второе место за 220.000 рупий. Психология и настроение массы были у него как на ладони.

И всё же как удачно совпало, что к нему заявились богатые буратино и любезно отдали свои пожитки. С прошлой суммой ему бы до аукциона пахать много-много лет, а точнее пришлось бы придумывать очередной хитрый план. Всё сложилось как нельзя лучше. Что его ждёт в поместье? Ему не терпелось узнать.

Третий человек выиграл третье место за 275.000 рупий, собирая эту сумму около 10-ти лет. Всё же повышение стоит таких денег, а вот какая-нибудь свобода – нет. Ещё на год в шахте мужичок ни за что бы не остался – хотел сэкономить, взяв третье, а получилось, как всегда. Удивительно, но на его лице смешались горькие и счастливые слёзы одновременно.

Кён, незаметно для других, отдал остаток денег уже здоровому и бесконечно благодарному Майку, пожал ему руку на прощание и последовал за человеком в чёрном пальто наружу.

Переданные рупии, насколько он был осведомлен, в поместье не в обиходе.

По пути из гостиной его встретил счастливый крепкий мужичок Боря, тоже пожал руку, похлопал по спине: «Легенда о парне, бросившем вызов системе, и, главное, победившем, будет многолетним эхом разноситься по всей шахте. Удачи в будущем, Кён.»

Джон, старый надзиратель Кёна, стоял в неверии. Этот сопляк избил его, покалечил, отнял деньги, а теперь получил повышение на его же деньги. Несправедлив этот мир…

Бабиль пустил гневную слезу, сжав немногочисленные зубы. Маленький жулик оказался не тем человеком, которого он смог переступить, он не лох, он тигр в шкуре лоха.

Байрон позвонил Марте предупредить о том, что парень покидает шахту, и пошёл провожать его:

«Кён, я так рад за тебя! Надеюсь, в поместье к тебе будут хорошо относиться.»

Кён улыбнулся: «Не забывай наш разговор. Кстати, я тебе оставил сюрприз, завтра узнаешь какой.»

Здоровяк заинтересованно посмотрел сверху вниз на Кёна. Сюрпризы он любил. В итоге добродушно улыбнулся, крепко пожал ему руку: «Ну ладно, парень, береги себя. Я бы оставил тебе тоже какой-нибудь сюрприз, да вот нечем тебя удивить…»

«Всё в порядке.» – Кён похлопал по плечу человека, благодаря которому целую неделю никто не посягал на крупную сумму в его кармане, хотя желающих обогатиться было достаточно. Если бы не Байрон, чтобы выбраться из шахты, ему пришлось бы идти окольным путём, который занял бы возможно не месяц, а может и не два.

Кён осознавал, что отложенная очистка ключей Байрона, причём далеко не до уровня «повелителя», вовсе не окупит его долг. Всё же в будущем он обязательно вытащит его, а возможно даже поможет свершить месть, если его не затруднит.

Парень, после пожатия рук, последовал за надсмотрщиком в чёрном пальто. Он предусмотрительно запрятал на теле янтарную кристаллизованную энергию, потенциальную взрывчатку, которая в будущем может сослужить ему в случае чего, к тому же она, по сути, является деньгами, не то что рупии.

Для Кёна утаить что-то от обыска проще простого – всего-то и надо, что спрятать маленькие камушки под плотной повязкой где-нибудь на предплечье.

Группа людей приближалась к 4-му сектору.

Сегодня Моб работал один на пропускном пункте, так как задолжал Бобу выходной. Он развалился на стуле и читал какую-то книгу, то ли строя из себя интеллигента, то ли действительно хочет не быть равным здешним холопам, как вдруг, обернувшись, заметил группу с Кёном.

Вопрос сам по себе сорвался с языка: «Кён?! Ты что, победитель?!»

Парень кивнул: «Мои приключения в этом месте подходят к концу.»

Доставщик в пальто скрыл удивление, что парень имеет контакты с начальством, подошёл и равнодушно сказал Мобу: «Если вы знакомы, то это упрощает дело. Запиши себе в отчет, что он победил и будет отправлен в поместье. Я очень тороплюсь.»

Моб легонько поклонился, зная, что человек перед ним уважаемый, и быстро стал делать записи в журнале, которые лишь наведут в итоге путаницу.

Послышались шаги — Марта пришла попрощаться с Кёном, мальчиком, благодаря которому у неё была самая необычная неделя в шахте.

Моб, делая записи, невольно оглянулся на знакомые звуки шагов, воскликнул:

«Марта! Привет!»

Женщина, заметив всех присутствующих, в особенности Моба, смущенно улыбнулась:

«Привет…»

Мужчина расплылся в блаженной улыбке, затем неловко прокашлялся.

Марта подошла к Кёну, взяла его за руку и заговорила:

«Я не ожидала, что в тебе так много секретов! Я так рада, что ты выбрался отсюда. Надеюсь, что у тебя все будет в порядке в поместье.»

Кён, видя её добродушное, симпатичное лицо, душевно улыбнулся, ответил:

«Всё это вышло не без твоей помощи. Спасибо за участие и СОучастие.» — и заговорщически подмигнул ей.

Марта прикрыла рукой покрасневшее лицо, старательно отводя глаза. Она ведь действительно соучастница убийства Мартина, пусть и непреднамеренно.

Моб, вздрогнув, будто вспомнил о чём-то, внезапно схватил парня за руку и крепко пожал её, второй похлопал по плечу:

«Кён, ну ты это… Не скучай. Удачи, что ли.»

Кён в шоке посмотрел на мужчину. Чтобы Моб пожал руку рабу? Да ни в жизнь. Ясное дело хочет впечатлить Марту. И, переведя взгляд на женщину, он мысленно кивнул – сработало! Да ещё как!

Марта прикрыла рот ладошкой. Ей всегда не нравилось то, что Моб избивал рабов, относился к ним хуже, чем к грязи. И вот сейчас он пожимает руку одному из них! Улыбается! Тот ли это мужчина? Ещё после защиты от сумасшедшего слуги она увидела в нём множество хороших качеств, а теперь… Но она до сих пор ничего не сказала Байрону, не рассталась с ним. Нужно быть решительнее.

Кён прочистил горло, ответил на вопрос: «Скучать не буду, уж поверь.»

Моб отнял рукопожатие, почти незаметно вытер ладонь о штаны, продолжая “искренне улыбаться”. Да, не зря он схитрил. Выражение любимой – неописуемо.

А в это время доставщик вглядывался в юношу так, будто смотрел на аномалию. Он впервые встретил столь молодого раба в шахте, ну да ладно, возможно, натворил что-то, вот и засадили в молодом возрасте. Затем он удивился, что раб имел на руках достаточно денег, чтобы выкупить свободу. Такую сумму можно заработать за много лет тяжким трудом, а он тут вряд ли с младенчества пашет, следовательно, как-то схитрил. Но как нужно схитрить, кого обмануть и обокрасть, чтобы столько накопить? Очень странно. Позже оказалось, что он дружит с лидером шахты! Ещё страннее оказалось то, что медсестра самостоятельно вышла попрощаться с ним! Ну да ладно, можно поверить, что ей понравился симпатичный и молодой. Но чтобы он дружил с контролёром, который, насколько он помнил из прошлых поездок, презирал рабов?! Этот юноша слишком загадочный. Любопытно… Очень любопытно как ему удалось. Всё в купе повысило оценку парня в его глазах на порядки.

Подавив изумление, доставщик произнёс повышенным тоном: «Попрощались и хватит. Если хочешь остаться в шахте, то оставайся.» – договорив, он последовал в 4-й сектор с группой.

Кён, кинув последний улыбчивый взгляд на Марту, махнул ей двумя пальцами на прощание и пошёл за доставщиком. Он решил, что за доброту и помощь вернёт ей долг сполна, нужно для начала самому встать на ноги и расправить крылья.

Женщина смотрела парню в след с тоской. Вдруг его отдаляющийся силуэт сильно напомнил ей сына, вдруг всё показалось каким-то символичным. Слёзы сами полились из глаз, а на душе стало так прискорбно. Наплыли воспоминания о прошлом, вновь всё повторяется…

Моб, увидев плачущую любимую, тактично приобнял её: «Ну-ну… Он ещё ве… Он тоже будет скучать.»

Марта кивнула, вытерла слёзы, крикнула вслед:

«Береги себя!»

Кён не обернулся, но на лице играла улыбка.

Наконец, группа преодолела границу 3-го сектора… Теперь никто из старых знакомых не потревожит парня. Осознав это, он глубоко и несколько печально выдохнул.

Через 3 часа, проведя аукцион в остальных секторах, мужчина повёл приличную группу рабов из шахты. При виде метки на запястье, охранники почтительно пропускали его.

Повеял горный ветер. Кён увидел прекрасный горный пейзаж. Солнце стояло в зените, а где-то в отдалении была видна зелень, маленькая речка, птицы… Ненаглядная природа, которую рабы не имеют возможности видеть годами.

Лица остальных рабов выражали восторг. Давно они не дышали свежим воздухом.

Мужчина провёл группу к большой повозке, запряженной двумя необычными зверями. Залез на облучок и поманил остальных.

{Мой путь только начинается.} – напомнил себе Кён, устраиваясь поудобнее.

…

Двадцать четыре старца сидели за большим круглым столом в полуоткрытом дворце. Половина из них мерцала, будто иллюзия. Если поднять взгляд, то в небе можно обнаружить огромный голубой шар – планету под названием “Жизнь”.

Шло обсуждение крайне важного вопроса среди двух противоборствующих на протяжении тысяч лет фракций.

Высокий иллюзорный мужчина, он же император по имени Мубай, с короткими светлыми волосами, острым взглядом и парой полупрозрачных белых крыльев за спиной, напоминающих ангельские, заговорил твёрдым тоном:

«Мы рассмотрели предложение по состязанию за право владения вратами в Аргус на ближайшие сто лет. Мы согласны со всеми пунктами, кроме того, где указано, что высших гениев должно быть по сотне с каждой стороны. Мы считаем, что лучше оставить по двадцать пять человек, а не создавать настоящую бойню на планете низших.»

Мужчина по имени Райдер, император противоположной фракции, с парой тёмных крыльев за спиной, с необычайно внушительной внешностью с усмешкой произнёс:

«Думаешь я поверю, что вас волнуют судьбы отбросов? Так и скажите, что у вас не хватает молодых гениев, чтобы сравниться с нами.»

Реакция иллюзорного силуэта Мубая была резкой и надменной: «Наши гении всегда славились качеством, а не количеством! Мы долго и кропотливо взращиваем золотые зёрна, а не штампуем пачками гнилые!»

Завязался ожесточённый спор в попытке унизить фракцию противников и отстоять свою позицию. По происшествии некоторого времени обе стороны пришли к компромиссу: участников будет по 50.

Мубай, глава фракции светлых, подвел итоги:

«В новом году, в день закрытия врат, мы помещаем в случайные точки планеты пятьдесят лучших гениев моложе восемнадцати лет. Они все начнут с третьей области совершенствования, их успехи будут зависеть лишь от интеллекта и таланта в развитии. Проигравшие неукоснительно будут следовать условиям соглашения, а победители получат право пользоваться вратами в Аргус ближайшие сто лет. А теперь подпишем духовный контракт.» — он посмотрел на лидера фракции тёмных.

Райдер с уверенной улыбкой расписался на документе и торжественно произнёс:

«И пусть победит СИЛЬНЕЙШИЙ, то есть МЫ!» – договорив, он сбросил связь проекций, оставив последнее слово за собой.

Он лениво махнул рукой, этим приказывая старейшинам своей тёмной фракции покинуть зал переговоров. Все с почтением на лицах ушли, осталась только необычайно красивая женщина, положившая одну руку ему на плечо.

Император Райдер со злобной улыбкой притянул роскошную женщину к себе и поцеловал с языком, заодно трогая её мягкие ягодицы, вскоре отстранился, произнёс:

«Любимая, у нас не так много времени на подготовку. Организуй отборочный турнир по всему царству. Я хочу видеть пятьдесят лучших молодых гениев в ближайший месяц. И обязательно позаботься о нашем сыне. Он должен получить наилучшую подготовку и ресурсы, всё же он рождён, чтобы быть первым.»

(П.А. спасибо за прочтение первой арки, дорогие читатели. Во второй арке вас ждёт постепенное становление Кёна в этом мире, приобретение власти, знаний, заложение фундамента для могущественной силы, построение планов на ближайшее будущее.

П.С. сразу хочу вас предупредить, что во второй арке вы можете ошибочно скинуть все неудачи, происходящие с ГГ, на его глупость или дурацкое поведение, что будет в корне не верно, потому что такова задумка автора. Каким бы полубогом вы его не считали, избежать последствий карающей длани автора невозможно.

П.П.С. пожалуйста, не завышайте сильно ожиданий от ГГ. Сразу признаю свою ошибку – я задал ему слишком высокую планку, которую сохранить просто нереально. Моё творчество, пусть и неочевидно, но будет направлено в основном на романтику и неординарные отношения с женскими персонажами (флешфорвард и теги тому подтверждение). Именно поэтому я мельком упоминал, что ГГ имеет слабость к прекрасному (в особенности к красивым девушкам), эмоционален и импульсивен, что для многих может быть антиподом рационализму и гениальности. Эти качества характера жизненно необходимы для создания того сюжета, какой я изначально планировал. Увы, это не книга про гения, у которого всё получается с полдействия. Для достижения результатов ГГ зачастую придётся рвать своё заднее место, много страдать во всех смыслах. Спасибо за понимание.)

Глава 30
Краткий пересказ предыдущей арки (1-29 глава): Кён убил алчного формацевта Мартина, решившего нажиться за его счёт, подружился с лидером рабов Байроном (мужчина мечтает отомстить своему брату за то, что тот засадил его в шахты), не без помощи друга обокрал ростовщика и его компанию на крупную сумму денег, на которую затем планировал выкупить себе более высокую должность раба (покупка свободы ему почему-то запрещена, разрешено только повышение). Одновременно с этим он установил связь с душой, узнал правила мира, встретился с богиней, желающей узнать от него что-то, избежал гнева медсестры Марты, узнавшей, что он убил Мартина. Перед аукционом в шахте, где продаётся свобода или повышение, Кён оставил Байрону подарок в виде очистки ключей, пообещал с ним встретиться в будущем. Выкупил свободу от шахт. Теперь его отправят в поместье Стоунов, где каждый член семьи обладает внушительным развитием души и авторитетом. Рабы для таких господ – насекомые, судьбу которых можно решить щелчком пальцев. И хотя могло показаться, что парень выбрался из проклятой шахты в более лучшую жизнь, на самом деле условия и опасность обстановки во много раз стала опаснее, чем в шахте. Он всё ещё раб, которому предстоит встать на ноги в этом мире.

***

Поместье семьи Стоун, вечер.

Молоденькая красивая девушка, своей миловидностью способная очаровать самих богов, сидела на лавке, нетерпеливо болтая ножками в босоножках. Её длинные золотистые волосы развевались на ветру, в огромных изумрудных глазах, обрамленных густыми ресницами, отражалась светлая луна – весь её облик был каким-то волшебным, дивным, неземным.

Откуда-то сзади донёсся заунывный вой призраков.

Девушка резко прищурила глаза, на губах заиграла понимающая улыбка.

«Память твоя ни к чёрту, дважды не прокатит!» — мелодичный, как весенние колокольчики, голосок звучал неестественно резко, вмиг разрушая весь её невинный образ.

«Призраки» тут же послушно смолкли. Тяжелый вздох и тихий хохот, сменившийся скрипучим голосом старца:

«Мисс Юнона, мне уже тринадцатый десяток пошёл, не судите строго.»

«Старый дурак, в который раз ты мне уже это талдычишь!» — в улыбке обернувшейся девушки сквозило веселое лукавство.

Пред светлы очи Юноны пожаловал Флиц, тот самый, на замену которому послали Мартина. Высокий худощавый старик с копной белых волос и длинной бородой, на сморщившемся от возраста лице одни глаза горели жизнью — он был облачен в серый халат мудреца, что совершенно не писалось с его видом злобного старикана.

«Моё старческое сердце может не выдержать таких колких слов, где Ваши манеры?» — на лице старика так же засияла улыбка.

«Твоё сердце и не такое выдержит!» — дерзко фыркнула девчонка и, поднявшись со скамьи, зажмурилась и сладко потянулась, выгнув тело дугой – от подобного провокационного вида Флицу нестерпимо захотелось щелкнуть паразитку по носу.

Лукаво приоткрыв блеснувший изумрудом глаз, укоризненно буркнула:

«Ну?! Разучился приветствовать свою госпожу?!»

«Ахахэ! Давай обниму, дорогая… Давно не виделись…» — Флиц со смешком притянул озорницу к себе, заставив уткнуться ему носом в грудь – девушка уступала ему в росте на целую голову. Старик не отказал себе в удовольствии уткнуться носом в лохматую макушку — ноздри щекотало запахом дорогого шампуня. Своей миловидностью и непосредственностью она напоминала балованного щеночка – так и хочется приласкать, да жизнь дороже.

«Флиц…» — девушка отстранилась. — «Рассказывай, что ты выяснил?»

Старец устало присел на лавку, Юнона мышкой юркнула рядом, огладила на коленях серую юбку.

«Информация была верной… Она сбежала в имперскую столицу. Я провёл небольшое расследование, в ходе которого выяснил, что она сразу же поступила в орден, пройдя экзамен на все сто баллов. Её тут же взяли во внутренние ученики, представь!»

«М-м… Как неожиданно-то.» — саркастично фыркнула девушка, заправив копну волос за ухо. — «И как там у неё дела? Зачем ей этот орден?»

«Увы, моей пронырливости не хватило, чтобы встретиться с ней лично, но я слышал очень-очень многое от внешних учеников. Ой, да что уж там…» — мужчина устало махнул рукой. – «В первый же день она прославилась так, что у неё появились обожатели…»

«Цыц! Не продолжай. Я знаю, что она красивая, сильная, умная, бла-бла-бла. Мисс совершенство.» — скривилась Юнона. Глаза блеснули яростью: — «У меня всё детство прошло в тени её великолепия, так что заткнись-ка на этот счёт и скажи что-нибудь по делу.» — девчонка едва удержалась, чтобы не топнуть ногой из вредности.

На её аккуратный носик опустилось пуховое перышко какой-то ночной птицы. Девушка тихо чихнула и ослепительно улыбнулась, наблюдая, как перо взвилось в воздух и теперь медленно планирует на землю. Сердце старика ёкнуло, он поспешил отвести взгляд. Нервно прочистив горло, продолжил:

«Да, конечно. В общем… Я думаю, она сбежала вовсе не из-за того, что Тимофей Браун хотел взять её в жёны. Он для неё – обычный щенок, слабый и немощный, только громко тявкать и может. Дело всё-таки кроется в пропаже отца…»

Юнона со свистом втянула воздух, отчего её небольшая аккуратная грудь всколыхнулась, и простонала, спрятав лицо в ладони: «Как я и думала. Эта дура… Она… Нет, точно дура.»

Флиц осторожно поинтересовался:

«Это её больная тема, не так ли?»

«Да. Она помешана на нём… Думает, что отец жив, но его уже сколько лет нет с нами?! Он либо погиб, либо полный идиот!» — последние слова она уже прорычала, в глазах сверкала ненависть вперемешку со скорбью по отцу, который всегда любил сестру больше, чем её.

Старик тихо вздохнул:

«Однажды я общался с твоим дедушкой, и он сказал, что его сын, возможно, жив… Его люди долго пытались выяснить обстоятельства, но все следы обрываются на границе с демонами, в день любви суккубов. Эти проклятые твари весьма могущественны, но также известно, что сильных мужчин они любят своей извращённой любовью. А твой отец был очень сильный и талантливый.» — его глаза скользнули по застывшей девушке: — «Твоя сестра хочет стать сильнее, а для этого нет лучшего места в нашей империи, нежели имперский орден. Видимо, она планирует самостоятельно проникнуть в империю демонов… Потому и сбежала.»

«Понятно. Замечательно, просто великолепно. Теперь она решила стать самоубийцей. Безмерно счастлива за свою сестру.» — нервный смешок. Юнона обхватила себя руками, словно замерзла, покачала головой: «Это-ж надо быть на три года старше меня, а в голове иметь мозгов меньше, чем у воробушка…»

Флиц тактично не прокомментировал сие высказывание. Эльза была лучшей из лучших, и её сестра прекрасно об этом знала. У неё были сотни и тысячи поклонников, желающих получить от неё один лишь взгляд.

«Знаешь, с тех пор, как я узнал истинную тебя, у меня значительно поубавилось волос на голове… Ай!» — старик явно не ожидал удара в плечо от злобно пыхтящего «щеночка».

«Ты намекаешь, что я тебе не нравлюсь?» — удар. — «Говори! Я вредная?! М?» — и ещё удар. — «Говори давай!»

Старик, не выдержав атаки, отскочил в сторону. Потирая ушибленное плечо – ведь наверняка синяк останется, поганка эдакая! – возмущенно бросил:

«Да ты самая отвратительная девочка на свете! Таких, как ты, ещё поискать надо!»

Юнона метнулась к старику, в желании наглядно показать, что до сих пор она была просто ангелом, — вот только совершенно не поспевала за набравшимся опыта Флицем:

«Старый хрыч, сам-то сидишь целыми месяцами в шахте! Метки он, видите ли, накладывает! Может, тебе просто рабы нравятся, а? Уж я-то знаю, что ты извращенец в душе! Да остановись же ты, наконец!»

Флиц, коварно ухмыльнувшись, тут же исполнил приказ – резко затормозил и обернулся, отчего не ожидавшая такого «послушания» девчонка тут же впечаталась ему в грудь.

Старик устало выдохнул. Аккуратно отлепил от сюртука излишне энергичную особу, усмехнулся, глядя на покрасневший носик и влажные от слез глаза – вздрогнул, тут же отведя взгляд.

Юнона, горестно всхлипнув, потерла слегка опухший от удара нос.

«Козёл старый… Кто же так резко останавливается?!» — взъелась она вмиг, грозно шагнула вперёд и замахнулась для очередного удара.

Флиц тут же перехватил маленький кулачок:

«Тебе ещё расти и расти, чтобы отомстить мне. Кстати, как там твоё обучение?»

Юнона вырвалась, чинно оправила шелковую блузу и зашагала по тропинке сквозь парк, нервно стуча невысокими каблучками. На лице отразилась досада вперемешку с обидой.

«Если бы я установила связь с духом не три месяца назад, а, как сестра, в раннем детстве, то она стояла бы передо мной на коленях, чтобы выслужиться, а не металась бы по всяким-там орденам и не искала проблем на свою задницу.»

В глазах Флица сиял восторг: смотрите-ка, от горшка два вершка, а сколько надменности!

«Ого! Какие жаркие слова. Ты, может, и талантлива, но не слишком ли высокого мнения о себе? Ладно по мне не попасть, я-то вон какой сильный весь, так ты даже того паренька, как его… Хм… Вроде Егоркой зовут… Даже его победить не можешь!»

«Щеночек» гневно зафырчал:

«Старые кости, следи за своим языком! Он, между прочим, самый перспективный молодой боец в нашей семье! Да и потом, он всегда сражается с разницей в две ступени выше, но никогда не на равных, как последний трус!»

Старик расхохотался:

«Да уж… Если бы такая разница останавливала твою сестру, думаешь, она бы стала гением номер один?»

«Заткнись, заткнись! Чёрт, как я тебя ненавижу! Вот почему ты всё время о ней говоришь, как и все они?!» — Юнона зловредно выставила Флицу подножку, которую тот переступил даже не глядя. Досадливо рыкнула: «Только посмей ещё раз что-то об этом вякнуть! И про Егорку ни слова, после его прошлого проступка я думать о нём не хочу!»

Флиц не понял, что за проступок сделал парень, но ответ ему точно неинтересен.

«То есть, ты не хочешь стать сильнее?»

«Хочу, конечно!» — раздраженно цыкнула девушка.

«А-ха-хэ! Давай я потренирую тебя сражаться?» — с хитрым прищуром предложил Флиц.

«С тобой не хочу.» — даже не раздумывая, отрезала Юнона.

Огоньки в глазах старика потухли, мир на секунду поблек. Формацевт тряхнул головой, отгоняя печальные мысли:

«Ты первая, кто отказывается позаниматься со мной… Юнона, если тебе не справиться даже с Егоркой, то, может, будешь сражаться с равным по силе?»

«Ну уж нет! Я что, похожа на воспитательницу в детском саду?! К тому же все мальчики, да и парни, только и могут, что слюни свои пускать во время боя! А ты знаешь, как я ненавижу извращенцев. Вроде тебя.» — мстительно припечатала маленькая вредина.

«Ты пойми, сражаясь с манекенами, ты многое теряешь! Да, у тебя есть талант, взойти на пятую ступень за три месяца… Об этом многие только и мечтают, но без навыка вести бой – какая разница, насколько ты развита? Тебе будет приятно, если кто-то ниже тебя на десяток ступеней спокойно поставит тебя на колени?»

Плечи девушки поникли. Вздохнув, она едва слышно прошептала:

«Ты прав… Конечно прав. На самом деле, я не против с тобой заниматься, но на какой срок ты останешься в этот раз? Ты ведь нужен семье… Формацевт фигов…» — подняла на старика тоскливые глаза, прекрасно зная ответ.

Флиц, умилившись, протянул руку погладить эту милейшую девушку на свете, но осёкся, тут же сжав кулак.

«Нужно спросить у главы и старейшин, а также пообщаться с твоим братом. Наверное, Мартин не будет там долго работать, так что мне придется вернуться обратно… Прости.»

«Вот и я о том же.» — фыркнула Юнона, торопливо продолжив движение вперед.

«А что, если я приведу к тебе человека, не пускающего слюни? И чтобы он сражался прилично, а не был мешком для битья, как в те разы?» — Флиц вспомнил ту груду мяса, не сумевшую пережить с Юноной и дня. И ещё нескольких таких же «счастливчиков»… По спине пробежался холодок.

«Почему же, я и от мешка не откажусь.» — хихикнула очаровательная тиранша в юбке.

«Будь серьезнее! Это же тебе нужно!»

«Знаю я. Ну хорошо… Найди кого-то крепкого, но чтобы был слабее меня, и никаких слюней! И… Чтобы мне было приятно иметь с ним дело, бить, в смысле. Сам понимаешь — чтобы его хватило на дольше.»

Флиц смерил девчонку осуждающим взглядом. То, что она вытворяет с “мешками для битья”, не достойно звания госпожи, внучки патриарха столь высокородной семьи. Недовольно покачал головой:

«Обещаю, я найду тебе кого-нибудь.»

Юнона присела на лавочку, помолчала, с задумчивым видом любуясь луной.

Вечное пребывание в тени сестры, наконец, позади, но от этого не легче. Ей казалось, что она рождена для того, чтобы превзойти Эльзу, но судьба притормозила её развитие, чтобы соревнование было равным. И вот она тронулась с места… Пора догонять, пора заявить о себе всем, кто презирал её, кто сравнивал со старшей и до сих пор сравнивает, кто видел в ней лишь маленькую девочку, способную только умилять своей внешностью. Отныне её жизненная цель – уложить сестру на лопатки перед всеми. Доказать своё величие.

Юнона не сумела сдержать сладкий зевок – уже была глубокая ночь. Приобняла худощавого старика, тихо произнеся почти в самое ухо:

«Спасибо, Флиц, что узнал про сестру ради меня.»

Старик был тронут – редко можно было услышать от этой ходячей катастрофы искреннюю благодарность. Рука сама собой потянулась к пушистой макушке, но пальцы вдруг скрючило, и он просто обнял её в ответ.

«Не за что. Давай я провожу тебя в комнату.»

«Не нужно, я сама.» — еще один зевок.

«Ну, в таком случае… Спокойной ночи, мисс Юнона, королева манекенов.» — улыбнулся старик. И как только этой вредине удавалось одним своим видом поднимать ему настроение?

Девчонка отмахнулась и, позёвывая, ушла спать.

(П.А. так её видит автор, но не обязательно вы.)