Глава 131. Творение-Пять
В храме Госпожи Ши Цзи царило опустошение. Главный зал был разрушен, алтарь, посвящённый каменной владычице, обратился в пыль от чудовищной ударной волны. Величайшие мастера тринадцати кланов, включая Ли Сяочжэна и Сюй Чаншэна, были тяжело ранены и теперь безвольно валялись на земле вперемешку с обломками.
Мир снов Сюй Чаншэна был разбит вдребезги. Зеркало Прозрения Пустоты клана Чжан — согнуто и искажено.
Алый и Зелёный старцы потерпели жуткое поражение: один по самую макушку вошёл головой в землю, другой был неестественно переломлен пополам, так что верхняя часть его туловища свисала с одной стороны стены, а нижняя — с другой.
Ли Сяоци рухнул на колени с такой силой, что под ними в крошево обратилась каменная плитка.
Ли Сяочжэн был впечатан в стену, которая выгнулась назад уродливым горбом. Рядом с ним в той же стене застрял Гу Хаочжи, прославленный мастер из клана Гу.
Ядовитая на язык Фэй Цици угодила лицом в курильницу и теперь отплёвывалась пеплом.
Ма Гуанцзи придавил собой Цзян Пинъюня, его голова безвольно свесилась набок. Чжай Гочжэн почти целиком ушёл в землю — снаружи осталась лишь блестящая лысая макушка. Пытаясь противостоять Силачам в жёлтых повязках, он использовал слишком яростную технику своего клана, и от чудовищного напряжения все волосы на его голове просто-напросто сгорели.
Цуй Юньшань и Янь Цзиши тоже представляли собой жалкое зрелище: один застрял головой в ограде лестницы, другой раскинулся на ступенях, словно морская звезда.
А Ся Чжэнгун, обладатель высочайшего уровня совершенствования, стоял на коленях перед руническим строем Чэнь Иньду. Из его спины торчали четыре чёрных знамени, и его тело, сотканное из Воды Ста Семей, стремительно распадалось — плоть и кровь отваливались от него кусками.
Что до остальных учеников тринадцати кланов, то все они были мертвы. Никто не уцелел.
Самым же ужасающим было то, что единственный удар, нанесённый головой Госпожи Ши Цзи через тело Чэнь Ши, почти полностью уничтожил великий рунический строй, оставленный Чэнь Иньду. В воздухе повсюду плавали тускло светящиеся талисманы.
То и дело один из них с тихим треском взрывался, вспыхивал на миг и угасал.
Когда голова Госпожи Ши Цзи призвала Силачей в жёлтых повязках, Ли Сяочжэн и остальные даже представить себе не могли, что эти духовные воины могут быть настолько могущественны.
В юности, когда их силы были скромнее, на уровнях Божественного Алтаря или Божественного Зародыша, они и сами порой прибегали к Талисманам Жёлтого Силача, чтобы одолеть врага или укрепить собственное тело.
Но те Силачи давали лишь скромное усиление, и мощь их была невелика. Враги то и дело сокрушали их, обращая в киноварную пыль.
Силачи же, призванные «Чэнь Ши», были совершенно иными.
Их тела обладали поистине божественной, несокрушимой мощью. Когда они обрушились на мастеров тринадцати кланов, вся их магическая сила, их зарождающиеся души, их артефакты и заклинания — всё оказалось хрупким и бесполезным. Всё рассыпалось в прах от одного прикосновения.
Их жизни спас рунический строй Чэнь Иньду.
Великий строй принял на себя основной удар множества Силачей, поглотив львиную долю их ярости. Лишь благодаря этому они не погибли на месте.
В противном случае хватило бы одного удара, чтобы все они — мастера уровней Божественного Нисхождения и Возвращения в Пустоту — были стёрты с лица земли. Никто бы не выжил.
— Кха-кха!
Ли Сяочжэн закашлялся, с трудом выбираясь из стены, и сплюнул сгусток крови.
Среди выживших он был самым молодым, и тело его оказалось крепче прочих, потому и в себя он пришёл первым.
Он коснулся ногами земли, пошатнулся. Перед его лицом с треском взорвался ещё один парящий в воздухе талисман.
Огненная вспышка ударила ему в лицо. Ли Сяочжэн дёрнулся, но увернуться не успел. Пламя опалило половину его любимой бороды.
В воздухе запахло палёными волосами.
Ли Сяочжэн мысленно осмотрел свои внутренние органы и понял, что раны его весьма тяжелы. Тело пока отказывалось повиноваться. Но ещё сильнее пострадала его зарождающаяся душа.
Повреждение зарождающейся души — дело серьёзное. Исцеление могло занять год или два, а некоторые так и не оправлялись до конца жизни, навеки застыв на своём уровне совершенствования, лишившись всякой надежды на продвижение.
Ли Сяочжэн был лучшим в своём поколении клана Ли, его сила превосходила даже некоторых старейшин. Мысль о том, что его путь может оборваться здесь, была невыносима.
В этот миг раздался ещё один мучительный кашель. Ли Сяочжэн, собравшись с силами, поглядел на звук. Это Ядовитая на язык Фэй Цици из клана Фэй вытащила голову из курильницы. Она кашляла, выплёвывая то пепел, то кровь, смешанную с ним.
Её раны были ещё тяжелее, чем у Ли Сяочжэна: из-под рёбер женщины торчали окровавленные обломки костей.
В глазах Ли Сяочжэна мелькнул непонятный огонёк. Он отвёл взгляд, осматривая остальных.
Большинство людей из тринадцати кланов погибли в этой катастрофе. Выжили лишь мастера уровней Божественного Нисхождения и Возвращения в Пустоту.
И раны каждого из них были тяжелее его собственных.
Он был в расцвете сил, тогда как Сюй Чаншэн и Алый с Зелёным старцы, хоть и достигли более высоких уровней, но тела их уже увядали, а потому и пострадали они куда сильнее.
«А что, если…»
Ли Сяочжэн быстро подбежал к своему третьему брату, Ли Сяоци. Глаза его покраснели.
— Третий брат, как твои раны?
Сердце его при этом бешено колотилось.
«А что, если я убью их всех?»