Глава 24: Кошмар

Елена включила свет, едва сев в постели. Она услышала шум за дверью и тяжело сглотнула, нахмурившись.

— Элайджа?

Он открыл дверь, все еще в костюме, хотя верхняя пуговица его рубашки была расстегнута, а галстук развязан. Он прислонился плечом к косяку, наклонив к ней голову с мягкой улыбкой на лице.

— Елена?

Она была возбуждена, и она знала, что он видел ее насквозь, потому что его взгляд метнулся к ее ногам, хотя они были прикрыты одеялами.

Она не просила того, чего требовали гормоны.

— Мы можем поговорить?

— Тебе не надоело сегодня разговаривать?

Она сглотнула.

— Мне ещё есть что сказать.

Он, не торопясь, прошёл в комнату, рассматривая блестящее покрывало.

— Возможно, я устал слушать.

Она посмотрела на свои руки, лежащие на коленях, и снова начала колупать заусенцы.

— Ты имеешь на это полное право, — согласилась она. — Ты не обязан оставаться, если не хочешь, ты же знаешь. Я не сломаюсь, если ты будешь время от времени говорить мне «нет».

— Я всегда отвечу на твой зов, — сказал он и взял ее за руку, заставив ее прекратить причинять себе боль. Он прижался губами к свежей ране. Элайджа посмотрел на нее из-под ресниц, слегка прищурив глаза. — Хотя, получишь ли ты от меня то, что хочешь, я не могу сказать.

— Я хотела поговорить, — она пожала плечами и убрала руку. — Я хотела заснуть в твоих объятиях.

— На эту просьбу я скажу «нет», — тихо прошептал он.

— Все в порядке, — сказала она, уткнувшись в одеяло. — Я понимаю.

— Нет, ты не понимаешь, — сказал Элайджа и сел рядом с ней на кровать. Он терпеливо ждал, пока она посмотрит на него, прежде чем заговорить, нежно коснувшись рукой ее щеки. — Мои чувства к тебе сложны.

Она замерла.

— Ты собираешься заставить меня что-то забыть? — пробормотала Елена.

— Нет. По крайней мере… — он погладил ее по волосам. — Не сегодня.

Это не успокоило ее.

— Почему ты так поступил бы со мной?

— Чтобы все было проще, — он наклонил голову, глядя на нее. — Разве ты не думала об этом? Что было бы, если бы я придумал для нас другую историю? Ту, которая не осложнена временем, магией и обстоятельствами? Представь, если бы мы влюбились, когда я встретил тебя в Мистик-Фоллс?

— Мне очень нравится наша история, — обиженно ответила она.

— Хм. Хорошо. Я этого не сделаю, — он положил руку на колени. — Я часто думаю об этом. О том, как я заберу у тебя ожерелье и создам новую историю любви, в которой не будет никаких убийств или страха.

— Я не… — она замолчала. Он говорил не о ее страхе. — Элайджа, я бы никогда не помешала тебе быть частью их жизни… ты ведь это знаешь, не так ли?

— Знаю ли я? — он поднял брови, глядя на нее. — Ты сбежала, Елена, ты скрывалась от меня несколько недель, и я даже не имел ни малейшего представления о том, где ты. Ты не связывалась со мной, чтобы сообщить, что они в безопасности. Я даже не знал, что есть еще один ребенок, пока ты не сказала мне, когда я нашёл тебя. Это нас ждёт, Елена? Такой будет наша семья? Я стану Майклом в твоей истории?

Она сосредоточилась на своем дыхании, пытаясь прочитать выражение его лица, но он смотрел на нее как на пустое место, и она боялась его больше, чем когда-либо в своей жизни. Ей снова захотелось убежать, и Елена заерзала, но Элайджа прижал ее к матрасу, подняв руки над головой.

Его галстук щекотал ее грудь, вес переместился на ее ноги, его идеально причесанные волосы были взъерошены. Его темные глаза, не моргая, смотрели на нее.

Она сжала губы и ничего не сказала.

Он наклонился и поцеловал ее в щеку.

— Если бы я захотел, я мог бы сорвать это ожерелье с твоей шеи. Я мог бы внушить тебе вести себя прилично. Тебе бы это понравилось?

— Нет.

— Нет? Ты уверена? — он провел носом по ее горлу. — Я мог бы сделать так, чтобы тебе понравилось.

— Я не хочу этого.

— Ты так любила, когда тебя связывали, — протянул он, прикусывая ее горло. — И мне так нравилось видеть, как ты сопротивляешься. Не мог отвести от тебя глаз.

Она начала извиваться под ним, ее тело, более года тренированное ассоциировать Элайджу и ограничения с приятными чувствами, против ее воли наполнилось жаром. Она запрокинула голову, пытаясь избавиться от его обжигающего рта.

— Я мог бы заставить тебя хотеть этого, — продолжил он. — Я мог бы заставить тебя поцеловать меня так, как ты целовала моего отца. Раз ты так убеждена, что я слишком похож на Майкла. Возможно, мне стоит исполнить твоё желание.

— Я никогда, — сказала она, задыхаясь. — Никогда не хотела, чтобы ты стал своим отцом. Я испугалась, поэтому убежала. Но сейчас я здесь…

— Я мог бы часами держать тебя на грани оргазма, — он сорвал одеяло и целеустремленно положил руку ей между ног, двумя пальцами аккуратно потирая ее прямо над клитором через нижнее белье. — Я мог бы заставить тебя ждать, пока ты не сядешь на мой член.

— Прекрати, — пробормотала она. — Мне это не нравится. Ты…

— Неужели? — он вонзил зубы ей в горло и заставил ее закричать от боли. — Но ты так близка, дорогая, не так ли? Такая мокрая для меня. Всегда готовая. Конечно, я мог бы заставить тебя кончить, но что ты говорила? Разве ты не говорила, что хочешь, чтобы тебя трахнули как следует?

— Прекрати, — снова сказала она, более настойчиво пытаясь вырваться из его хватки. — Элайджа, прекрати.

— Тогда, возможно, я просто воспользуюсь тобой, — проворковал он, проводя языком по ее уху, обильно слюнявя его. Проворные пальцы сорвали нижнее белье и неожиданно проникли в неё, заставив ее тяжело вздохнуть и сжать бёдра в попытке остановить. — Похоже, тебе не очень нравится идея о том, чтобы я доставлял тебе удовольствие, несмотря на то, что с тебя практически капает, пока мы говорим.

— Элайджа, отстань от меня…

— Я тогда просто использую тебя как игрушку, — прорычал он, двигая пальцами. — Трахну тебя только ради собственного оргазма, тебе понравится?