Глава 67

В тот момент теоретически в моём распоряжении было два варианта. Первый — попытаться разрешить ситуацию мирным путём. Я понятия не имела, была ли эта новая аномалия враждебной. Я имею в виду, что до сих пор все аномалии, с которыми я сталкивалась, были враждебными, но из каждого правила есть исключения, верно? По крайней мере, мне нравится думать, что я — это исключение.

Единственная проблема, связанная с этим путём, заключалась в том, что я не могла говорить. Поверьте, я уже пыталась издавать звуки, но не могу даже выдохнуть. Конечно, в этом, вероятно, виноват тот факт, что у меня нет органов. Но, честно говоря, что я могу с этим поделать? Я такая, какая есть, с самого своего появления.

В любом случае, даже если первый вариант был невозможен, оставался второй: просто устранить аномалию. Не буду врать, эта альтернатива по какой-то причине вызывала у меня дискомфорт. Может быть, потому, что на этот раз у моего противника было практически такое же лицо, как у меня. Думаю, именно эта деталь делала эту идею ещё более тревожной.

Однако, прежде чем решить, стоит ли устранять аномалию, казалось разумным начать с анализа. В конце концов, без знания слабых мест существа будет трудно его победить. Кроме того, по какой-то причине у меня было ощущение, что простая атака на него напрямую не даст особого эффекта.

С этими мыслями я решил действовать. Бросив короткий взгляд на существо, которое смотрело прямо на меня, я активировал свою аномальную силу. В следующее мгновение мои глаза начали светиться всеми цветами радуги, и моё восприятие окружающей обстановки полностью изменилось. Всё вокруг меня преобразилось: фигуры приобрели яркие радужные оттенки, распространившиеся по их телам, чётко выделяя места, где находились их слабые места.

Я заметила, что за колонной в том месте, где явно никого не было, сияли три цвета. Это заинтриговало меня, но я решила отложить этот вопрос на потом — в тот момент нужно было заняться чем-то более срочным. Сосредоточившись, я снова перевела взгляд на существо. Однако, как только наши взгляды встретились, я инстинктивно отреагировала и резко закрыла глаза.

Я почувствовала боль, которой никогда не испытывал с тех пор, как стал аномалией. Честно говоря, я совсем забыла, что такое боль. Но эта боль была другой, несравнимо более сильной, чем всё, что я могла вспомнить, — совсем не такой, как когда я ударялся пальцем о дверь или прокалывал палец чем-то острым. Это было нечто гораздо большее, нечто, что, казалось, пожирало меня изнутри.

Боль, которую я чувствовала, отличалась от всего, что я когда-либо испытывала. Хотя, по идее, болели мои глаза, ощущение было гораздо сильнее. Казалось, что-то внутри меня — возможно, сама моя душа — разрывалось на части.

Боль была такой сильной, что моё тело задрожало, и я отступила назад, прижав одну руку к глазу, который болел сильнее всего. Другой рукой, которая болела чуть меньше, я уставилась на новую аномалию, появившуюся из купола.

Я не мог скрыть своего удивления. Это, несомненно, был один из тех редких случаев, когда на моём обычно бесстрастном лице отразилась какая-то эмоция. Причина? Аномалия улыбалась, глядя на меня. В её улыбке было что-то тревожное, что-то, что заставляло меня нервничать. Она словно насмехалась над моей тщетной попыткой, передавая почти осязаемое чувство веселья.

Однако, несмотря на то, что он, казалось, смотрел на меня со стороны, что-то подсказывало мне, что он просто наслаждается ситуацией. Конечно, я понятия не имела, почему я так подумал или почему мне показалось, что ему весело. В конце концов, разве аномалии могут веселиться? Насколько я знаю, я единственная известная мне аномалия, которая играет в видеоигры.

Пока я погружалась в свои мысли, женщина, которая, казалось, возглавляла секту, встала и медленными, уверенными шагами начала приближаться к аномалии передо мной. Я растерянно посмотрела на неё, на мгновение моргнув единственным здоровым глазом. Дело не в том, что другой глаз был не здоров — боль уже прошла. Однако ощущение было таким странным, а боль такой сильной, что я всё ещё чувствовала её присутствие, даже не ощущая её.

Как бы то ни было, отойдя всего на несколько сантиметров от фиолетовой аномалии, которая всё ещё смотрела на меня с весёлой улыбкой на лице, женщина бросилась на землю и встала на колени. По какой-то причине мне показалось, что она вот-вот заплачет… и действительно, она заплакала. Поначалу это меня удивило, но вскоре я свыклась с этим. В конце концов, она была сумасшедшей, и я ожидала от неё чего угодно.

— Ах! Моя леди! Причина всей моей жизни, ты снова передо мной! Я так долго ждала этого момента, столько лет… С того дня я не могла забыть тебя!