Глава 46

— Хечжин! Говорите, чуть больше повернувшись сюда! Лица не видно.

Начались полноценные репетиции на сцене.

В процессе мы буквально разбирали сценарий по косточкам, анализируя его со всех сторон.

Читка сценария была само собой разумеющимся этапом.

Примерно шесть недель репетиций были направлены на то, чтобы «сыграть спектакль без ошибок».

Идеальное выступление.

Это было основное требование к качеству такого продукта, как театральная постановка.

— Соён.

— Да.

Помощник режиссёра Ким Чонун потёр подбородок, глядя на стоящую перед ним девушку.

Обычно в театре руководство актёрской игрой полностью ложится на плечи помощника режиссёра. Ким Чонун повидал множество актёров, но Соён среди них была особенной.

Гениальная девочка-актриса Чу Соён.

Её реальные способности намного превзошли то, что Ким Чонун о ней знал.

В основном, в хорошем смысле.

— Пока ещё чувствуется влияние игры в дорамах, но эмоциональную линию ты держишь отлично.

— А, спасибо.

— Но было бы хорошо поработать над передвижениями по сцене. Взгляд и жесты у тебя действительно хороши.

— Передвижениями? А где именно… — спросила я, недоумевая, где именно мои перемещения были неудачными.

— Вот тут есть часть, где ты произносишь монолог, глядя на Сим Чонсока? Попробуй здесь больше перемещаться поперёк сцены.

— Но это же монолог, не будут ли передвижения слишком широкими?

— Зато эмоции будут выглядеть более бурными. И ещё, попробуй произносить монолог так, будто разговариваешь со зрителями.

Будто разговариваешь со зрителями. Услышав это, Соён кивнула.

‘Она поняла?’

Такие вещи не всегда можно понять сразу, просто услышав объяснение. Даже для Соён это…

— Окей! Давайте попробуем.

После слов Ким Чонуна к нам подошёл Сим Чонсок.

— Итак, начнём.

Услышав его слова, Соён спокойно сосредоточилась.

Хон Чжонхи — девушка, преследующая айдола Пэ Сонхака.

Прочитав поверхностные эмоции персонажа, она выдохнула.

‘…Каждый раз поражаюсь’.

Метод Станиславского (прим.: в оригинале 메소드 연기 — Method acting, актёрская техника, часто ассоциируемая со школой Станиславского).

Есть такое понятие, но то, что делала сейчас Соён, было иным.

В её игре тонко ощущалось присутствие самой «Соён».

Когда я спросила её об этом, она ответила:

— Сейчас же репетиция.

На прогонах постараюсь сыграть более полноценно, — добавила Соён.

‘Насколько же «полноценно» она может сыграть?’

Давно, в той дораме, я видел её игру. Недавно Ким Чонун пересмотрел ту дораму. Это была слишком эмоционально насыщенная игра для ребёнка. Вероятно, это и было главным достоинством Соён.

Но, как ни парадоксально, в театре такая эмоциональная игра не всегда является сильной стороной. Эмоциональная игра Соён была очень тонкой, и её истинная ценность раскрывалась лишь при крупном плане, но в театре зрители не могли уловить все эти нюансы. В зависимости от места в зале, что-то могло быть вообще не видно, и передать такие тонкие эмоции было на удивление сложно.

Поэтому важны были жесты и передвижения по сцене, чтобы выразить эти эмоции. Но эти два аспекта противоречили методу. Если полностью погрузиться в персонажа, жесты и движения неизбежно могут стать несколько неловкими. В конечном счёте, определённая доля «театральной техники» была необходима.

Репетиции Соён были процессом максимально естественного вплетения этой техники в её игру.

— Не могу поверить. Ну почему! Почему оппа (прим.: кор. 오빠 — обращение девушки к старшему брату или парню) встречается с такой девчонкой?!

Реплика Соён, обращённая к зрительному залу, прозвучала отчётливо.

Ким Чонун, слушая её из зала, наблюдал за естественными перемещениями Соён. Она двигалась именно так, как он просил. Монолог тоже был произнесён с ощущением диалога со зрителями — очень удачно.

— Ну как?

— Очень хорошо.

Ким Чонун показал большой палец Соён, вернувшейся после сцены.

Наблюдать за талантливым актёром — одно удовольствие.

Однако…

‘Что-то неуловимо цепляет’.

Ким Чонун немного поколебался, стоит ли говорить об этом. На самом деле, даже если промолчать, большой проблемы не будет. Более того, в таком виде игра тоже казалась вполне завершённой.

— Сначала мне нужно посмотреть других актёров, так что пока немного отдохни.

— Хорошо.

Услышав слова помощника режиссёра, Соён незаметно отошла в сторону.

‘Что-то было не так?’

Реакция Ким Чонуна была странной. Но если бы что-то было не так, он бы сказал об этом первым.

…

Немного подумав, Соён подошла к Сим Чонсоку. Он тоже был на сцене во время её игры.

— А, это? — сказал он так, будто сразу понял, о чём речь. — Проблемы нет, но ощущение, что она есть.

— Что ты имеешь в виду?

В ответ на вопрос Соён Сим Чонсок сел на стул и закинул ногу на ногу. Затем он большими пальцами потёр виски, обдумывая, как бы лучше выразиться.