Глава 38.2. Торговля

В Порт-Ройяле стоял прекрасный день.

В особняке губернатора Суонна день тоже начался с суеты слуг под ясным, ласковым небом.

Губернатор Суонн был известен в городе как добрый, щедрый и справедливый человек, и благодаря этому слуги не чувствовали себя притеснёнными, служа его семье.

Каким бы оживлённым ни казался особняк, единственным настоящим членом семьи губернатора была его дочь Элизабет Суонн, которую он любил больше всего на свете.

В то утро в своих покоях юная красавица Элизабет мирно спала на боку, слегка нахмурив брови.

Ей снилось прошлое.

В своём сне она вспомнила встречу с молодым Уильямом Тёрнером и чёрные, изодранные в клочья паруса корабля, исчезающие в густом тумане.

Последним, что она запомнила, был зловещий корабль «Весёлый Роджер», покачивающийся в тумане, – и с этими мыслями она открыла глаза и, вздрогнув, проснулась.

Сделав глубокий вдох, она быстро успокоилась.

Что бы ни говорили об Элизабет Суонн, её нельзя было назвать трусихой.

Откинув одеяло, она села, взяла с прикроватного столика подсвечник со всё ещё горящей свечой и, поднявшись, подошла к туалетному столику в своей комнате.

Добравшись до него, она открыла ящик и изящными пальцами открыла потайное отделение внутри. Там, в укромном месте, лежало пыльное ожерелье.

Девушка всегда считала его пиратским ме9дальоном и доказательством истинной личности юного Уилла Тёрнера – она сняла его с его шеи, когда они были детьми.

Держа ожерелье в руке, она провела большим пальцем по подвеске, чтобы смахнуть с неё пыль. Под слоем пыли виднелся блеск золота с черепом в центре и странными знаками, выгравированными вокруг него – знаками, о которых она ничего не знала.

Она подняла ожерелье и надела его на свою красивую шею, глядя в зеркало с лёгким восхищением.

По правде говоря, её всегда завораживали рассказы о пиратах, о свободе, о которой они воспевали, и она не могла не мечтать о собственных приключениях, о том, чтобы бороздить моря под пиратским флагом.

Но её восхищение быстро сменилось паникой.

*Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук!*

Раздался тихий стук в дверь, за которым последовал голос её отца: