экстра 28

экстра 28
— И тут, бац! Ты ударишь себя ножом в сердце и умрешь, вот так. Если ты будешь цепляться за него, тогда о тебе позаботится кто-то другой. Или ты сойдёшь с ума. Вот какое будущее тебя ждет.

Сидиха встал со своего места. Он оперся всем телом о перила. Шурайна услышала скрип ржавого металла и встала в нервном ожидании. Сидиха откинул голову назад и наслаждался ощущением дождя на своем лице. На вкус оно было горьким.

— Если ты, как и другие женщины, которые не могли его забыть, то неплохая идея — просто прыгнуть отсюда прямо сейчас.

Когда часть лестницы наконец обрушилась, а Сидиха упал навзничь и чуть не разбился насмерть, Шурайна быстро поймала его за воротник и не позволила упасть.

Сидиха усмехнулся, глядя на растерянное состояние Шурайны.

— Если ты думаешь, что сможешь сбежать, поднимись по лестнице и беги. Вот твоя сумка.

В отличие от человека, который буквально несколько минут назад собирался умереть, он спокойно протянул Шурайне ее сумку – он тайно вынул ее ранее.

— Ты выглядишь ошеломленным? Похоже, ты мне не веришь. Говорю тебе, Эв сейчас тебя использует. Подумай обо всем, что ты получила от Эва во имя любви.

Он увидел Шурайну, совершенно спокойную и лишенную какой-либо реакции, и подумал, что она еще не поняла. Или, может быть, она пыталась убежать от настоящего? Поэтому он задал ей вопрос, чтобы заставить ее сосредоточиться на истине. Но ответ, который он получил, был таким, чего он не ожидал.

— Лиса… плюшевая?

— Что? Зачем ему брать что-то столь бесполезное? Глаза были сделаны из гигантских бриллиантов или что-то в этом роде?

— Я выиграл его в игре.

— …..игрееее? Зачем ему тратить время на что-то вроде игры, если для него эффективность – это вопрос жизни и смерти? Это была азартная игра?

На последний вопрос Шурайна яростно покачала головой. Это была силовая игра, в которой нужно было разбить кирпич головой.

— Эв ни разу не шептал мне о любви. Я знала, что у него мизофобия, но никогда не слышал, чтобы он не любил прикосновения. Кажется, ему это действительно нравится?

Шурайна подумала о том, как он поцеловал ее спящую. Она проснулась посреди поцелуя и толком не помнила, но ей казалось, что ее глаза встретились с его глазами во время поцелуя. Она могла бы разозлиться и потребовать объяснить, что он делает, но он казался таким грустным и отчаявшимся, что она просто закрыла глаза на это.

— Он никогда не давал мне ни ножа, ни меча. Хотя сегодня я видела, как он нарезал ножом овощи для омлета.

— ……?

Выражение лица Сидихи становилось все более и более искаженным, когда Шурайна рассказывала об Эвансе, которого она видела. Видел ли этот ребенок галлюцинации? Тогда это еще хуже.

— Спасибо за твой рассказ.

Такова была ситуация. Эванс знал, что этот человек из Сидихи собирался с ней поговорить, и имел краткое представление о том, о чем пойдет речь. Вероятно, Эв тоже знал, что она тоже выберет Сидиху из списка дизайнеров. Нет, он сделал так, что Сидиха был единственным действительным вариантом, посредством различных запросов, которые он предоставил.

Он выглядел маньяком, но это правда, что у Сидихи было слабое место, и он пытался помочь по-своему. Эв использовал личность Сидихи, чтобы попытаться выразить что-то ей, не делая этого самостоятельно.

— Я не видел его таким, но думаю, что он трус. Видя, как он поступает.

Эванс очень заботился о Шурайне, и Шурайна тоже заботилась об Эвансе. Это были отношения, рожденные из жалости.

— Определенно похоже, что с ним что-то не так.